Стая

Фрост Джанин

– Уходи, - прорычал серый волк неразборчиво, но довольно понятно.

«У меня снова галлюцинации», - подумала я. «Может, я отключилась. Может, прямо сейчас меня рвут на кусочки».

Что-то прошмыгнуло мимо меня. Я отпрянула, увидев рядом с собой ещё несколько волков. И начала махать здоровой рукой в жалкой попытке отогнать их, но они не обращали на меня внимания. Казалось, их взгляды были прикованы к другим рычащим волкам.

Заметив обнаженного мужчину, присевшего рядом со мной, я поняла, что разум у меня точно

помутился. Поэтому даже смогла издать смешок. Может, всё это просто ужасный сон, и я проснусь в палатке, чувствуя себя в полной безопасности.

– Ты в порядке? – спросил мужчина, оглядывая меня сверху донизу.

Теперь я была уверена, что засмеялась. Но это был близкий к истерике смех.

– Лучше и быть не может.

Я посмотрела на его лицо и остолбенела. Его глаза были янтарного цвета и казались такими же раскосыми, как глаза волков. В них таилась та же дикость.

«Боже, пусть это будет лишь сон!»

Мужчина встал и навёл пистолет на серого волка.

– Ты зашел слишком далеко, Габриэль, - произнес он. – Охота на людей запрещена. Стая будет судить тебя за это.

Волк зарычал:

– Они охотятся на нас.

– Они не знают, как отличить хорошее от плохого, - ответил мужчина. – Но мы-то знаем. Или ты пойдёшь с нами, или я пристрелю тебя из её же пистолета.

Я качала головой из стороны в сторону, хотя, казалось, на меня больше никто не обращал внимания. Говорящих волков не бывает. Мускулистые мужчины не бродят голышом по лесу, беседуя с несуществующими говорящими волками. Почему я никак не могла проснуться? И что это за шум? Он становился все громче и громче и походил на звук приближающегося роя пчел.

Когда серый волк сел на задние лапы, задрожал, и его шерсть начала словно втягиваться в тело, я даже глазом не моргнула. Мое внимание было поглощено поиском источника жужжания. Сейчас оно почти оглушало.

Последним, что я увидела, прежде чем звук достиг своего пика, и в моих глазах потемнело, было то, как волчья шерсть сменилась на кожу… и там, где секунду назад находился серый волк, появился обнаженный мужчина.

Глава 2

 Боль пронзила ногу. Мои глаза распахнулись в приступе паники, как только последние воспоминания бурным потоком ринулись в голову.

«Волки. Нападают на меня».

– Нет!
– закричала я, пытаясь защититься.

Что-то большое удерживало меня. Я была так напугана, что не сразу поняла, что оно не было покрыто шерстью и не кусало меня.

– С тобой всё в порядке. Доктор просто вправляет твою лодыжку, - послышался глубокий голос.

Голова казалась ватной. Я попыталась встряхнуться и обнаружила, что нахожусь в постели. Пожилая светловолосая женщина с сердитым видом склонилась над моей лодыжкой. Кто-то мертвой хваткой удерживал верхнюю часть моего туловища. И кто бы это ни был, он мало походил

на медсестру.

– Отпусти меня.

Однако хватка не ослабла.

– Док?

– Можешь отпустить ее, Дэниел.

В следующий миг я была свободна и, пользуясь случаем, оглядела помещение, в котором находилась. Деревянные стены, простая грубая мебель, кровавые бинты на полу – всё это мало походило на больницу. Вряд ли с моего последнего посещения медицинского учреждения стандарты здравоохранения могли снизиться настолько сильно.

Мне потребовалась секунда, чтобы узнать высокого человека с каштановыми волосами, стоявшего у постели.

– Ты тот голый парень, - выпалила я.

Незнакомец, в данный момент одетый в джинсы свободного покроя и рубашку с длинным рукавом, напряжённо улыбнулся.

– Ты помнишь.

Не всё. Я знала, что он остановил волков, но не могла вспомнить, каким образом. И что казалось более важным, почему он находился в лесу без одежды.

И с этими волками что-то было не так. Что-то действительно важное, что мой помутившийся рассудок никак не мог вспомнить.

– Волки… - начала я.

– Мне нужно закончить, - прервала меня белобрысая. – Лежи тихо. Ты почувствуешь небольшое давление.

«Она, безусловно, говорит как врач», - подумала я. Профессионально, равнодушно используя слово «давление» для описания, вероятно, чертовски болезненной процедуры.

Мое предчувствие оправдалось. Жгучая боль возникла в лодыжке, когда докторша, бормоча что-то себе под нос, обследовала ее, передвигая мою ногу.

– Где я? – спросила я, сдерживая крик. – Это лесничество или что-то подобное?

Мужчина пристально посмотрел на меня. Его карие глаза, казалось, изучали моё лицо так же пристально, как безжалостные пальцы врача прощупывали лодыжку.

– Как тебя зовут?

– Марли. Марли Питерс.

– Действие обезболивающего не должно было так быстро закончиться, - произнесла врач, заметив мои безуспешные попытки скрыть боль и не дёргаться, когда она пробовала вправить лодыжку на место, куда та категорически отказывалась возвращаться. – Ты знаешь это, Дэниел.

– Так дайте мне ещё, - произнесла я, стиснув зубы, когда боль начала пульсировать. «Давление»! Как бы не так!

Дэниел – этим именем назвала его врач - вздохнул и пробормотал:

– Чертов Габриэль.

«Габриэль».

Имя воскресило в памяти образ огромного серого волка с кровоточащим глазом. «Они охотятся на нас», - сказал он. А затем начал корчиться на земле, и вся его шерсть исчезла...

Я попыталась выпрыгнуть из постели, но Дэниел уложил меня обратно ещё до того, как я успела освободиться от одеял.

– Все в порядке, Марли, - произнес он.

– Чёрта с два! – остаточное действие болеутоляющего улетучилось при проблеске этого воспоминания. «Беги!» - призывало мое сознание.