Стая

Гетто Виктория

Поднимаюсь, выхожу в коридор, где меня ожидает сьере Рат Миро. Он не скрывает своего испуга – ну, ещё бы, после того, чему был вчера свидетелем…

– Вам помогло, сьере барон?

– Что?

– Этот человек?

– Можно сказать, что да.

Он облегчённо вздыхает, а я машу головой:

– Идёмте в ваш кабинет, сьере бургомистр.

Мужчина снова напрягается, но я успокаиваю его:

– Мне нужно написать пару писем.

– Разумеется, сьере барон…

Неуклюжее перо скрипит по бумаге. Спустя час послания закончены, запечатаны личной печатью, уложены в специальные тубы. Одно – дожу дель Лари. Я хочу приобрести несколько станков для металлообработки. Второе – императору: мне нужно его разрешение на покупку подобного оборудования. Третье – второе за

этот срок для Льян. Если в первом я сообщал о своих аристократках и спрашивал насчёт возможности амнистии для них, то сейчас прошу сообщить всю имеющуюся у рёски информацию о пиратских островах. Надеюсь, она не откажет в помощи. В конце концов, Ниро – практически единственный морской порт Фиори. Так что Империя очень заинтересована в его целости.

Протягиваю все тубы с посланиями Рату:

– Позаботьтесь отправить их как можно быстрее, сьере магистр. От этого зависит судьба провинции и города.

Бургомистр торжественно подносит послания к груди:

– Исполню немедленно, ваша светлость.

– Хорошо. Сейчас мне нужен сопровождающий для проверки городского арсенала и ревизии укреплений.

– Разумеется. Сейчас пришлю, сьере барон.

Он исчезает за дверью, а я поднимаюсь с кресла и подхожу к забранному решётками стрельчатому окну башни. На улице довольно прохладно, но солнечно. Народ спешит по своим делам. Облачка пара вырываются изо рта. Громыхает телега, запряжённая двумя лошадьми, полная хвороста. Под навесом торгуют горячей наттой. И как я вижу, дела у торговца идут неплохо. То один, то другой горожанин бросает мелкую монетку, получает взамен парящую кружку и жадно её осушает. Эх, хорошо-то как!

Потягиваюсь, с хрустом разминая затёкшую спину. Скрипит дверь, и я резко оборачиваюсь – на пороге стоит мужчина в одежде городского стражника. Несколько мгновений разглядываю человека в кожаном колете и широких тёмных брюках. На широком поясе – ножны со средней длины прямым клинком. Чуть ниже – рукоятка ножа. Это Гарм. Делаю приглашающий жест в сторону лавки, на которой сидел «знаток», и бывший рыцарь спокойно усаживается. Плотно. Основательно. И это мне нравится. Я навёл кое-какие справки и теперь знаю, что рыцарь не солгал ни на йоту. А ещё – он старый вояка, прошёл не одну кампанию. Правда, до масштабов войны за Империю его битвы не дотягивают, но тем не менее он далеко не новичок.

– Ваша светлость, вот список того, что находится в городских арсеналах. – Протягивает мне лист пергамента, на котором написана всего одна строчка: «Они пусты».

– Мара их побери! – срывается с моих губ фраза на русском языке.

Гарм смотрит с любопытством, но молчит. И ладно. Если что – скажу, что на северном языке.

– Совсем ничего?

– Годного, ваша светлость. Есть каменные ядра для боевых машин, зато сами баллисты и катапульты сгнили до основания. Стрелы – кривые и гнилые. Без наконечников. Ни копий, ни мечей, ни доспехов. Ничего. Часть подземелий затоплена. Тайные ходы либо тоже под водой, либо обрушились. Словом, город совершенно беззащитен, ваша светлость…

Скрип моих зубов нарушает воцарившуюся тишину, и рыцарь вздрагивает от неприятного звука. Машу рукой:

– Не обращай внимания, Гарм. Это я от злости на прежнюю власть. Значит, у нас пусто… Сколько у тебя стражников?

– Полсотни тех, кто умеет надевать доспехи и таскать копьё. Ещё полсотни только пришли и ничего не умеют.

– Значит, всего сто стражников?

В ответ следует кивок. Констатирую:

– И городского ополчения у нас не имеется вообще.

Опять кивок. Но с пояснением:

– Последний раз ополчение собирали на войну с узурпа… императором. Но так ничего и не вышло. По спискам там числится пятьсот горожан. Но беда в том, что часть из них уже в Садах Высочайшего, а остальным ни чего не надо. Да и вооружать их нечем. Так что даже не знаю, что нам делать.

Мои губы искажает злая усмешка. Я отворачиваюсь к небольшому окошку, несколько мгновений смотрю на суетящихся во дворе слуг, затем снова поворачиваюсь к главному стражнику Ниро.

– Скажи, Гарм, только честно – ты хочешь умереть?

Он напрягается, не зная,

что ответить. Озадаченно подбирает правильный ответ. Прихожу ему на помощь:

– Я лично такого желания не имею. Да и никто из живущих на белом свете, думаю, тоже. Так что будем воевать.

На лице мужчины появляется облегчение, он шумно выдыхает, затем кивает.

– Я слышал, вы дрались в армии Неукротимого?

– Было дело. Командовал Восточным фронтом…

– Ужас Рёко?!

Вся невозмутимость слетает с него, словно бюджет демократического государства во время распила. Достало меня, честно говоря, это прозвище. Но деться некуда. Заработал в своё время.

– Одно время меня звали так.

Внезапно мужчина расплывается в широкой улыбке:

– Теперь я спокоен, ваша светлость! Мы точно отстоим Ниро и накажем пиратов! – И глаза у него загораются такой фанатичной верой, что мне становится слегка не по себе.

На улице белым-бело. Сегодня выпал первый снег за зиму. В Ниро теплее, чем в других областях Фиори, потому что рядом море. Оно смягчает климат, греет воздух зимой и охлаждает летом. Точнее, не охлаждает, а делает перепады температур ровнее. Во дворе резвится невесть откуда приблудившийся и прижившийся пёс, которого подкармливает лично Яяри. Впрочем, о саури я думать не хочу. Нет ни малейшего желания забивать себе голову дурными мыслями. Она у меня сейчас занята совсем другим – предстоящей битвой с пиратами. Спасибо Льян! Не подвела по старой, так сказать, дружбе. Отписала всё, что ей известно. Словом, по весне придёт сотня кораблей, которыми будет командовать Гонитель Ветра. Так зовут пиратского вожака. Следовательно, я рассчитываю на пять-шесть тысяч нападающих, что не так смертельно. Так что мы должны отбиться.

Горожане работают на строительстве. Восстанавливают стену, чинят пришедшие в запустение башни на концах мола, перегораживающего бухту Ниро. Кузнецы изготавливают большую цепь, которая перегородит вход в неё. Механизмы, опускающие и поднимающие немудрёное защитное заграждение, когда-то стояли в тех самых башнях, которые сейчас восстанавливают. Кроме того, Гарм тренирует городское ополчение. Человек он толковый и умелый. Даже одно время воевал в Тушуре в качестве наёмника. Выжил, значит, драться умеет. Обучает горожан строю, нескольким приёмам с мечом, собрал охотников, сформировал из них отряд лучников. Городские кузнецы работают не покладая рук и не разгибая спины. Что меня удивляет – все трудятся без возражений и окриков. Впрочем, чем больше я узнаю о делах пиратов, тем больше понимаю живущих в городе и округе людей.

Но есть одна особая стройка, которая меня занимает больше остальных, – громадный каменный сарай. Его можно было бы принять за обычный склад, если бы не мощный фундамент и идеально выложенный тёсаными плитами гранита пол. Плюс крытая черепицей крыша. Это – будущее ядро моей фабрики. Первый цех, так сказать. А там будет видно. Дож не подвёл и прислал большой обоз из Лари, привёзший станки. С ним прибыли и мастера-наставники, что проделало в моих финансах довольно значительную дыру. Но я надеюсь поправить дело, когда фабрика заработает. Сейчас наступила последняя стадия строительства – пол застывает. Ведь плиты, его составляющие, клали на известковый раствор, и скоро он схватится, тогда можно будет устанавливать механизмы на положенное им место. Очень плохо, что поблизости нет рек и водяное колесо не поставишь, поэтому придётся первое время крутить станки при помощи людей. Для этих целей построено и установлено большое колесо, внутри которого будут они бегать. Или ходить, вращая длинный вал, от которого уже шкивы приведут в движение собственно станки. Их немного, потому что хотя по местным меркам я несметно богат, но в реальности деньги тают гораздо быстрее, чем я их зарабатываю. А точнее, просто испаряются со страшной силой. Поскольку поступлений никаких нет. Правда, магистр пытался мне что-то всучить, но я просто отмахнулся в то время. Хотя сейчас и эти гроши мне очень пригодились бы… До весны денег с трудом, но хватит. А там – либо зубы на полку, либо драть с крестьян и горожан три шкуры. И чем я тогда буду лучше прежних лордов?