Стая
Шрифт:
Теперь, когда Врадес уже давно не поминает о месте ее рождения, девушка вдруг стала замечать, что все чаще думает о городе. Замок представлялся огромным муравейником, полным неведомых тайн и скрытых достоинств. Как стучит сердечко! Сейчас она окунется в другую жизнь. Это щекотало нервы, словно за стеной был другой мир.
Цок, цок, цок. Они шли по маленькому мостику. Внизу весело бежали сверкающие в утреннем солнце струйки воды, лаская острые камни дна. Как же долго продолжается эта высоченная стена! Кота пыталась осознать, насколько велико это сооружение, но
— Какой огромный! — потрясенно прошептала она.
Ковес по-другому воспринял ее заявление и утешительно похлопал девушку по коленке.
— Вон, скоро уже ворота.
Кота разглядела впереди целую вереницу людей. Если там и были ворота, то они скрывались за закруглением стены. При приближении оказалось, что закругление перетекает в высокое узкое здание, одно из двух, что стояли по бокам огромных ворот. Башенки казались сказочными из-за того, что были выложены из камешков, гораздо меньших по размеру, чем те, которые составляли защитные стены. И соединялись между собой каменным коридором, расположенным очень высоко. В широких окнах коридора Кота заметила железные котлы, назначение которых осталось загадкой.
Когда община подошла ближе, стало понятно, почему у входа было такое скопление людей. Усеянные коваными шипами, изготовленные из крепкого многовекового дерева, ворота были наглухо закрыты. Кота окинула взглядом длинную очередь желающих попасть в замок: кто на невысоких плоских повозках, кто на лошадях, а большинство же просто пешком, люди смиренно ожидали, когда их соизволят впустить. Женщины и девушки были одеты примерно так, как всегда одевается Чилва. Кота недоуменно моргнула. Зачем же кормилица ее вырядила так странно?
Они проезжали мимо нескольких женщин в разноцветных платьях. При приближении их группы, веселый щебет прекратился, и девушка ощутила на себе множество неприязненных взглядов. Казалось, что она чувствует, как селянки ощупывают глазами ее тело. Это оказалось крайне неприятным.
— Что все на меня так уставились? — тихо спросила она Ковеса, идущего рядом.
Мужчина недоуменно оглянулся, потом понимающе хмыкнул.
— А-а-а! — протянул рыжий Ковес. — Разреши представить, дорогая сестричка, зависть людская, обыкновенная! Красивая девушка, богатая, роскошно одетая, да еще в окружении таких красавцев, как мы, — он весело подмигнул сестре, — просто обязана вызывать дружную и огромную зависть у других представительниц своего пола. У людей вообще считается неприличным не вызывать зависти. Значит, ты собой ничего не представляешь!
— Совсем рехнулись! — Кота с отвращением передернула плечами. — Не самое приятное чувство, зачем эту мерзость еще вызывать специально? И ведь вроде не уродины, да и не голые… Я с радостью поменялась бы с любой из них платьем. Они же просто не представляют, на что приходится идти ради такой «красоты»!
— Многие идут еще и не на такое, — поддакнул Ковес. — А насчет платья — говори тише. Знаешь, что тут начнется, узнай они твои желания?
— Что? — заинтересованно отозвалась Кота.
Мужчина подумал и осмотрелся.
— Ладно, это
— Кого ты ищешь? — Кота повертелась. — Свои все рядом, никто не отстал.
— Стражу, — ответил за него Ломлес. — Что-то они не торопятся. Как бы привлечь внимание этих бездельников?
— О! — осенило Ковеса. — Все-таки, сестричка, я тебя развлеку. Помнишь, ты спрашивала, что такое деньги? Достань-ка одну монетку.
Кота торопливо порыскала за богато расшитым поясом в поисках сверточка. Достав блеснувший на солнышке кругляш металла, недоуменно повертела в руках. Плоский, абсолютно круглый, с кривыми изображениями на каждой из сторон. Понюхав, попробовала куснуть монету, во рту остался неприятно-кислый вкус. Сплюнув, вопросительно уставилась на брата.
— Деньги тут считаются самым главным, — Ковес презрительно скривился. — Ради них многие готовы на все. Вот смотри, кинь монету туда, где много людей.
Подумав, Кота зашвырнула кругляш в самую середину того скопища женщин, что так внимательно рассматривали ее. Раздался визг. Две женщины одновременно заметили монету и бросились за ней, столкнувшись лбами. Другие, увидав, за чем метнулись подруги, сгрудились вокруг. Каждая старалась перехватить деньги. Вокруг мгновенно поднялось облако пыли. Женщины, еще минуту назад бывшие подругами, дрались за монетку не на жизнь, а на смерть. Расцарапывали друг другу лица, таскали за тщательно уложенные прически, отрывая банты со своих лучших платьев.
Кота уже пожалела о сделанном поступке, но братья казались очень довольными. Не потому, что любили наблюдать за дерущимися кошками, а потому что на шум выбежала стража. Ломлес подкинул такую же монетку вверх, которая тут же была перехвачена одним из людей в железных кирасах.
— Соблаговолите пройти сюда, господа, — поклонился он, указывая путь.
Провожаемые завистливыми взглядами простых людей, спутники двинулись в сторону ворот. Кота оглянулась на все еще продолжающуюся заварушку.
— Вот что с людьми делают деньги, — печально сказал Авес.
— Зато их наличие дает многие преимущества, — хищно улыбнулся Кродос.
Шрам на его лице покраснел, став еще виднее. Стражник, идущий рядом, покосился на него с заметным сочувствием.
— Сокровища, добытые в бою должны приносить двойное удовольствие, — подал он голос. — Сразу видно настоящих воинов. А кто эта прекрасная дама?
— Наша харцесса, — не растерялся Кродос, улыбнувшись еще шире. — И наше главное сокровище!
Стражник понимающе улыбнулся, бросая на Коту еще один восхищенный взгляд.
— О! Так господа — знатные вельможи? Добро пожаловать в славный Бай! Вам понравится наш город. Жаль, что вы не прислали гонца. Не пришлось бы стоять перед закрытыми воротами вместе с простолюдинами, — подобострастно промолвил он и низко поклонился.
Девушка, не привыкшая к столь явному и приятному вниманию противоположного пола, покрылась очаровательным румянцем. Отметив про себя, что молодой стражник очень даже ничего внешне…