Ставка на мир

Черных Дмитрий Евгеньевич

В центре парка, возле небольшого фонтанчика, представляющего собой мраморную скульптуру обнаженной девушки, с задумчивым видом выливающей воду из кувшина, построили невысокий деревянный помост, выкрашенный в фирменный белый цвет, на котором установили микрофон и акустическую систему. Сейчас импровизированная сцена была пуста, а из колонок лилась негромкая классическая музыка, добавляя в столь волнительный миг умиротворения.

В какой-то момент на сцену поднялся лично ректор Академии и многозначительно покашлял в микрофон, привлекая внимание к своей весьма значимой персоне и вынуждая выпускников подойти к небольшой открытой площадке перед помостом.

– Сегодня знаменательный

день! – начал он речь, одернув чуть сбившийся белоснежный пиджак. – Все вы прошли долгий и трудный путь, наполненный лишениями и сложностями. Каждый стал чем-то большим, чем просто курсант! Наверняка многие слышали выражение: «Один в поле не воин!», однако вы даже не представляете, как много для мира может сделать один человек! В нашем случае – это определенный индивид, тот, кому суждено оказаться в гуще стремительно развивающихся событий. Этот человек – каждый из вас. Скажите себе: «Я избранный!» – и будете правы. Вы все закончили обучение и готовы принять ответственность за судьбы простых людей, друзей и родных. Я хочу, чтобы каждый вышел на эту сцену и перед своими братьями и сестрами, шедшими с вами бок о бок все эти годы, принес клятву самому Равновесию этого мира и достойно принял оказанную ему честь! Прошу!

Медленно, в гробовой тишине, на сцену поднялся Ястребов, как командир группы, обладающей лидирующим местом в рейтинге. Артем отвернулся; после недавних событий неприязнь к Андрею сменилась яростью, всепоглощающей ненавистью. Он даже не стал прислушиваться к его клятве, отстранившись и сосредоточившись на мерном журчании воды в фонтане, вблизи которого заняла место его команда. Когда Муха бесцеремонно ударил его по плечу, кивнув в сторону помоста, Покровский собрался и решительно пошел вперед. Выйдя к микрофону и оглядев стоящих перед ним людей в белоснежных парадных костюмах, курсант на мгновение испугался, что совершенно не знает, о какой клятве идет речь, но слова, словно по мановению волшебной палочки, начали сами всплывать в подсознании.

– Я, Покровский Артем Сергеевич, клянусь оберегать свой мир от разрушения, поддерживать в нем Равновесие и защищать его до последней капли крови, всемерно способствуя славе и процветанию его. Клянусь возложенный на меня долг выполнять с полным напряжением сил, имея в помыслах исключительно пользу мира и не щадя жизни ради блага Равновесия. Клянусь быть добросовестным, храбрым и не нарушать своей клятвы из-за корысти, родства, дружбы и вражды.

Закончив с клятвой, командир развернулся к стоящему у его правого плеча ректору и преклонил колено, словно в тумане протянув левую руку вперед. Запястье обожгло резкой болью, заставив болезненно поморщиться. Отметив, что церемония для него окончена, Артем на ватных ногах пошел в сторону команды, на ходу похлопав по плечу идущего к сцене Муху. Все звуки доносились словно сквозь плотный слой ваты, а перед глазами все расплывалось. Лишь когда все друзья закончили приносить клятвы и теперь ошеломленно стояли возле фонтана, дымка сползла с сознания, резко возвращая реальные мироощущения.

– Уф, такое ощущение, будто меня наркотой надышаться заставили, – опередив на мгновение Покровского, сказал Муха. – Может, откат после бурной ночи?

– Не думаю, – ответил Артем, глядя в затуманенные глаза Ромы и Насти. – Тут всех как будто чем-то накрыли разом. Наверное, чтобы мы прочувствовали сей ответственный момент в полной мере, – добавил он и изумленно прервался, скользнув взглядом по запястью левой руки. – Ох, ё-моё…

На светлой коже темнела свежая татуировка, символ Академии – знак бесконечности, часть линии которого заменена красивой вязью латинских букв, образующих фразу «Pax optima rerum est». А

чуть ниже, под одним из колец перевернутой восьмерки, красовалось маленькое перо – символ группы дипломатического обучения.

– Клеймили, – недовольно пробурчала Настя, пришедшая в себя и тоже обнаружившая приобретение. – Что это хоть означает? Никогда не интересовалась…

– Мир – самая ценная вещь, – мрачно ответил Покровский. – Радует, что хоть сделали красиво.

– Да, мне нравится, – усмехнулся также очнувшийся Роман. – Но, конечно, могли бы и спросить, прежде чем что-то на наших телах бить! Или предупредить хотя бы!

– Тебе-то уже не страшно, – пробурчала Николаева, намекая на татуировку змеи на руке своего молодого человека. – А меня папа убьет! Как мне потом мертвой мир спасать?

Незатейливая шутка разрядила тяготящую атмосферу и заставила друзей рассмеяться. Не найдя поддержки, Настя вздернула носик, фыркнула и отвернулась к фонтану, чем вызвала вторую волну смеха. В это время уже все закончили приносить клятвы, и ректор вновь поднялся на сцену.

– Поздравляю всех с принятой присягой на верность высшему Равновесию! С честью и гордостью несите звание выпускников Академии! Сейчас в начале аллеи, между двумя мраморными столпами, будет открыт портал, который перенесет вас в родные миры! Да прибудет с вами удача!

К счастью, уходить команды начали с конца рейтинга, позволив друзьям еще какое-то время побыть вместе и достойно попрощаться со стоящими возле сцены наставниками. Николай Степанович даже приобнял каждого и искренне пожелал сил и терпения, а магистр Фонхербекль весело подмигнул и намекнул, что будет не против, если они когда-нибудь заглянут на чашечку чая и расскажут о своих приключениях. Но к сожалению, время скоротечно, и несколько минут спустя Артем с друзьями замерли возле двух высоких столпов, между которыми реальность словно преломлялась и шла волнами, будто бы взгляд проникал сквозь чистые струи водопада.

– Удачи нам всем, – тихо шепнула Настя, когда друзья обнялись на прощание. – Надеюсь, что у нас все получится! Я вас всех очень люблю!

– Не волнуйтесь, скоро увидимся! – подмигнул Артем. – Вместе до конца, помните?

– Вместе до конца! – хором повторили друзья и, приобняв друг друга за плечи, шагнули в рябь портала, мгновенно погружаясь во тьму.

Глава 14

Тусклый солнечный свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы большого панорамного окна. Пушистое одеяло давало ощущение тепла, уюта и защищенности. В такие моменты, когда небо только начало светлеть, а сонливость предательски куда-то ушла, по телу разливается приятная нега, вынуждая потягивать расслабленные мышцы и прикрывать слипающиеся веки. Особенно увлекательно лежать в мягкой постели и вспоминать интересный, но постепенно уходящий сон. Стоп. Сон? Территория, Академия, выпускной. Все приснилось?

Артем резко распахнул глаза и сел на кровати. Мысли путались и текли крайне медленно, но воспоминания о прожитых годах в мире вне времени равномерно укладывались в голове, доказывая, что этот промежуток жизни сновидением назвать достаточно сложно. Зудящая татуировка на запястье только подтверждала этот факт.

Поднявшись с кровати, юноша раздернул шторы и осмотрел такую родную, но почти забытую обстановку своей комнаты: огромное помещение было обставлено с дорогой простотой. Трехспальная кровать, заправленная шелковыми простынями, дубовый рабочий стол с самым современным ноутбуком, кожаное компьютерное кресло, небольшая тахта возле панорамного окна и кофейный столик рядом с ней – вот и все убранство спальни.