Статус
Шрифт:
– Да.
– Потому что не знаю и всё.
– Понятно.
Чего он хочет добиться? Чтобы она сделала – что? Или наоборот, чего она не должна была делать?
– Мы едем куда-то в определённое место? – всё же задаёт она нейтральный вопрос, не зная, как себя стоит вести с ним сейчас.
– А ты мне в этом доверяешь?
– Да.
– Тогда есть пару адресов, куда скатаемся. Потом решим.
– Хорошо.
Она сцепляет пальцы в замок, потому что хочется протянуть руку и провести по предплечью Саши. Но если сделает это и получит в ответ его недовольство – растеряется так,
Он паркует машину возле небольшого магазинчика – вряд ли Полина сама бы выбрала такое место для покупки материалов, но ведь она обещала доверять ему.
Похоже, Саша хочет сегодня только деловых отношений и ничего кроме. В магазинчике, где выбор оказывается на удивление огромным, он придирчиво осматривает представленную плитку, о чём-то переговаривается с продавцом, уточняя то, что понятно лишь ему. Потом спрашивает у Полины о цвете, изготовителе и обо всём том, что они обсуждали совсем недавно. А она снова отвечает невпопад, как вчера вечером Лёлику, только теперь у этой рассеянности совсем другая причина.
– Ну? Понравилось что-то? – уточняет он, когда заканчивает слушать консультанта и отвечать ему короткими фразами.
– Ты сказал, поедем в пару мест. – Полина кривит губы в улыбке, чтобы он не счёл слова за недовольство магазином, в который Саша её привёз. Просто ей хочется побыть с ним чуть дольше.
– Хорошо. Понял. Тогда поехали.
– Полька! А я думала, до субботы не увидимся! – Полина вздрагивает, когда слышит голос одной из своих многочисленных подруг, с которыми собирались встретиться на выходных. Бросает быстрый взгляд на Сашу, будто Наташа поймала их на месте преступления. И тот, кажется, всё понимает. С коротким: «Подожду в машине», – садится за руль.
Полина видит, каким взглядом провожает его Наташа, и за это, кажется, начинает ненавидеть лучшую подругу. Ревность, да такая, что больше похожа на инстинкт собственницы, поднимает в груди свою змеиную голову и пускает по венам жгучий яд.
– Ну, как видишь, ждать не пришлось, – холодно произносит она, превращаясь в ту Полину, которую знает её окружение.
– А это кто? – Наташка совершенно бесцеремонно пялится на Сашу через боковое стекло. – Водитель?
– Нет.
– Ого! На нового трахаля не похож.
Полине лишь огромным усилием воли удаётся взять себя в руки. Знала бы Ната, чем именно она занималась с Сашей совсем недавно, так бы не говорила.
– Он делает ремонт у меня. Сейчас помогает выбирать материал.
– О! – Наташа радостно улыбается, будто только что сорвала джек-пот, подносит руку к боковому стеклу и несильно царапает его наманикюренными ноготками, понуждая Полину поморщиться. – Что-то сразу ремонт захотелось сделать.
И не успевает Поля возмутиться, как Саша опускает стекло, и они с Наташей начинают о чём-то мило беседовать. Полина стоит, сжав ладони в кулаки. От бессилия и удушающей ревности. Показать своё недовольство – значит дать повод подруге посплетничать за её спиной о том, что должно оставаться тайной. Не вмешаться – собственноручно подарить Наташе возможность взять Сашу на работу. Необременённая любовником или постоянным парнем, Ната точно найдёт,
– Наташ, мы торопимся, – наконец, не выдерживает она, прерывая разговор, больше похожий на флирт. – Давай вы потом всё это обсудите.
– Ой, простите, Александр. Запишете мой номер телефона?
Нет, это ни в какие ворота не лезет, но Полина вынуждена криво улыбаться и ждать, пока Саша забьёт в сотовый контакты Наташи. Наконец, она занимает место рядом с ним, и он срывает машину с места, выезжая на оживлённую трассу.
– Мне кажется, не очень корректно брать работу, пока не закончил предыдущую, – чеканит она ледяным тоном, глядя в окно, чтобы только не смотреть на Сашу.
– Кто сказал, что я собираюсь заниматься ею?
– Кем?!
– Новой работой. Пока не кончу предыдущую.
– Ах, вот как…
– Ты против?
– Против чего?
– Чтобы я работал у Наташи.
– Я?! А почему я должна быть против?
– И правда, почему?
– Пф!
Фыркнув, Полина замолкает, но изнутри её настолько раздирает на части, что это молчание – почти подвиг. Она чувствует себя обманутой, будто они с Сашей были в серьёзных отношениях, а он ей изменил.
Какая несусветная чушь.
– Тебе было стыдно из-за того, что ты со мной? – неожиданно спрашивает Саша, и Поля округляет глаза, не в силах скрыть удивления. Он сейчас это взаправду?
– Ты шутишь так, да? – тихо уточняет, поворачиваясь к нему, будто по тону не ясно, что Саша серьёзен.
– Нисколько. Весьма закономерный вопрос.
– Идиотский.
– Возможно. Но я хочу знать на него ответ.
– Нет.
– Что – нет?
– Мне не было стыдно.
Полина чувствует, как в душе бушует настоящее цунами. С того момента, как они увиделись сегодня утром, это первая попытка поговорить не о «погоде». Только совсем не так она представляла этот их разговор.
– Я ревновала, – признаётся тихо, смотрит на Сашу, жадно ловя каждое его движение и реакцию на своё признание. И видит, как он крепче сжимает руль – но и только.
– Почему?
– Потому что не хочу тебя видеть с другой.
Он просто кивает, и в этом заключается всё, что хочет ей сказать. Она может интерпретировать этот жест как угодно, но, кажется, понимает, что Саша имеет ввиду.
Точнее, кого.
– Поль, я… – Они останавливаются на светофоре, и Саша снимает одну руку с руля, сжимает пальцами переносицу, будто очень устал. – Всё очень непросто.
В его голосе сквозят нотки… отчаяния. А может, ей это только кажется – уже не разобрать. Но в одном она точно согласна с Сашей – всё очень непросто. Отвечать на это не спешит, да ей и нечего. Потому что не знает, что он конкретно имел ввиду, и не дойдут ли они в обсуждении этого «непросто» до каких-то кардинальных решений, от которых ей будет больно.
Наконец, город остаётся позади. Саша сворачивает на песчаную дорогу, ведущую к посёлку. За последние пятнадцать минут между ним и Полиной не произнесено ни слова. Но когда машина проезжает мимо высокого кирпичного забора, за которым остаётся подаренный любовником коттедж, Поля спрашивает тихо: