Стать Собой
Шрифт:
– Большое вам за это спасибо. Если бы не блокировали, она бы нам ползамка разнесла. Когда я ее вел, от нее шла такая злоба… Я ее боюсь.
– Ты с ума сошел, Лиомиколь? Ты же прошел все испытания. Как ты можешь чего-то бояться? Это тебя все должны бояться.
– Я был в этом уверен, Дирперидиол. Горный тигр и то у меня стал ласковый, как котенок. Но на нее ничего не действует. Может, вы и блокировали ее магию, но не полностью, потому что нашему воздействию она прекрасно сопротивляется.
Имена у них! Я чуть со смеху не покатилась. Аптека какая-то
– Думаю, зря ее похитили. Ничего не получится.
– Как ты можешь подходить к своему заданию с таким отношением, Лиомиколь! До сих пор ты справлялся. Не будем говорить о том, что результатов не было. Когда-нибудь мы их добьемся.
– Забрал бы ты ее у меня, Дирперидиол. Она совершенно сумасшедшая, и я ее боюсь.
– Лиомиколь, если бы она была хоть аронайка, я бы взял ее себе. Но я же не виноват, что с этими, – в его голосе прозвучала брезгливость, – получается только у вас троих. Единственное, что я могу – не торопить тебя. Вместо недели у тебя будут две. Я уговорю владыку.
Интересно, что он собирается со мной две недели делать? На запчасти разбирать?
Дверь хлопнула: вошел кто-то еще. Голос незнакомый. Он начал с порога:
– Господа, мы вляпались в серьезные неприятности. Я проверил информацию. Те двое с ней в палатке действительно принцы. Спасенного принца Теаноферна его брат Аркантейл вез в Калиссу короноваться.
– Нам-то что до этого? Мы занимаемся делом, важным для выживания всего нашего народа, а аронайские принцы приходят и уходят. Не тот, так другой.
Что они сделали с моими мальчиками?! Да если с их головы хоть волос упал, вот сейчас выйду и всех на фиг уничтожу!
– Вы так думаете, Дирперидиол?, – голос говорившего был полон такого яда, что на месте Дроперидола я бы в землю на метр зарылась, – На землях Арроны идет война. Не говорите мне, что вам до нее дела нет, или я буду считать вас полным идиотом. Это действительно вопрос выживания, и не в далекой перспективе, а сегодня, сейчас! Если война продлится, мы останемся без продовольствия. Принц был единственным шансом ее остановить.
– Не волнуйтесь так, ничего мы принцам не сделали. Просто продлили их сон и немного подчистили память. Теперь они и не вспомнят, что была такая девушка. Поедут себе дальше и коронуют кого вам там надо.
Ффууууу! Ребята живы и здоровы. Меня не помнят? Ничего, дайте только выбраться. Вспомнят, как миленькие. А этим я не прощу! Будут знать, как ни в чем не повинных девушек похищать. Что там еще?
– Не уверен, что они так ничего и не вспомнят, – решил вставить свои пять копеек Левомеколь, – на ней до сих пор браслеты, вы их не сняли, значит, не могли снять. И на муже ее они остались. Посмотрит и вспомнит. Такую не забудешь.
Выходит, браслеты на мне? Но я их не вижу. Я потеребила руку у запястья. И не ощущаю! Интересное дело. Значит, они все-таки смогли на меня повлиять? Как бы это увидеть? Магическим
– В любом случае, Дирперидиол, вы сейчас же предстанете перед Владыкой и объясните, как все у вас получилось. Очень вам советую убедительно обосновать свои действия. Иначе вас ждут крупные неприятности. Владыка в бешенстве.
Он произносил «Владыка» как-то так, что становилось ясно: это слово начинается с ОЧЕНЬ заглавной буквы.
Послышались быстрые энергичные шаги, дверь хлопнула, Дроперидол ушел.
– А тебе, Лиомиколь, советую не тянуть с девчонкой. Иначе нам с извинениями придется возвращать ее мужу, а я не уверен, что после этого хоть один из нас сможет остаться на землях Арроны. Нет, самого принца я не боюсь, но тогда придется освободить ее магию…
– Почтенный Кавинтон, я сделаю все, что смогу. Но не уверен, что мне удастся с ней справиться. Она очень необычная девушка.
– Ерунда, справлялся же до сих пор. Ты молод, красив, и эти женщины не внушают тебе отвращения. Никто не может сильно гневаться много часов подряд. Она успокоится, и с ней можно будет работать. После этого ее возвращение к мужу станет неактуальным, я надеюсь. Желаю удачи.
Теперь и Кавинтон ушел. Вся аптека разбежалась. Нет, остался кто-то еще. Может, он тоже что-нибудь интересное скажет? Что именно будет со мною делать этот красавчик Левомеколь, когда я потеряю бдительность?
Сказал, конечно сказал! Вот только я ничего не поняла! Разговор шел на неизвестном мне языке. Вот когда пожалеешь, что сняла амулет-переводчик. Я перестала его носить, когда поняла, что даже не замечаю, на каком языке говорю. Ну и дура, лишнюю цацку надеть поленилась. Теперь бы уже была в курсе, как эти ребята собираются выкачать из тебя силу.
Наконец удалился и тип, говоривший на неизвестном наречии. Звучало красиво, напевно, и невозможно было разобрать, где кончается одно слово и начинается другое. Наверное, это и есть родной язык эльфийских гадов.
Наконец все разбежались, остался Левомеколь один одинешенек. Что он сейчас делать будет?
Парень долго шебуршился: ходил по комнате, вставал, садился. Сделаем вид, что все это время заседали в ванне. Я отползла на исходную позицию, попутно вернув фрукты в вазу, потом пустила воду, намочила ноги и зашлепала ими по полу.
Левомеколь тут же переместился к двери в спальню и позвал:
– Эй, ты девушка! Слушай, что ты там делаешь? Выходи!
– Еще чего! Не выйду!
Что то мне это напоминает. Конечно! Пани Иоанна Хмелевская, «Что сказал покойник»! У героини все получилось, и у меня получится. Если мои мальчики живы и здоровы, они меня не бросят. Во всяком случае дождутся. А эти гады! Да они скоро будут умолять меня уйти и оставить их в покое!
Так, этот тип решил, что я тут буду сидеть вечно? Тогда выхожу. Подкралась, медленно, беззвучно вытащила засов, и резко распахнула дверь!