Стать сильнейшим - 2
Шрифт:
– Вы уже разогрелись?– широко оскалился Кеншин, а его меч и щит окутались плотным белым пламенем, норовящим испепелить все, чего коснется.– Мне можно начинать?
Получасом ранее, Сейрейтей, полигон девятого отряда номер 4
Лейтенант девятого отряда остановился и повернулся к своему противнику.
– Я думал, ты сбежал,– обронил Хисаги.
– Похоже, что у малыша Сюхея самомнение выросло до небес,– широко оскалился Кицунэ, обнажая катану. Красноватый оттенок клинка, волна в виде языков пламени, оранжево-алая оплетка рукояти с такой же оранжево-алой кисточкой,
Хисаги также обнажил занпакто и слегка согнул ноги, срываясь в бой. Мощный рубящий удар снизу вверх и наискось… ушел в молоко, а клинок противника едва не сделал из одного лейтенанта двух, но поменьше. Стремительный прыжок, сальто назад– и вот Хисаги стирает капельку из неглубокого вертикального пореза на щеке.
– То, как ты ведешь себя и как ты меня атакуешь…– Кицунэ поднял взгляд, заставивший Сюхея сглотнуть, и словно вспыхнул оранжево-красным пламенем, распространяя вокруг себя жуткое давление реацу.– Оскорбляет меня, сопливый ты мальчишка, дорвавшийся до лейтенантского звания! Я– командир специального подразделения быстрого реагирования, собранного, курируемого и тренируемого лично капитаном десятого отряда Кеншином Карасу, Акира Кицунэ! И я не позволю наглому мальчишке так издеваться надо мной…
Реацу в виде языков пламени, чудовищное давление, более присущее капитану, чем реко, языки пламени, окутавшие клинок катаны, радужка глаз, состоящая, казалось, из языков пламени… очень редко Акира Кицунэ приходил в ярость, и гнев его был страшен. Сюхей сглотнул: пробудить стихию занпакто без высвобождения могли лишь капитаны.
Внезапно пламя, окутывающее Кицунэ, погасло, породив порыв ветра, но радужка глаз по-прежнему пылала, а клинок по-прежнему окутывали языки пламени. Сюхей Хисаги отступил на шаг назад, стискивая потными ладонями рукоять занпакто и пропуская в клинок свою реацу. Даже несмотря на то, что превосходство противника в силе и опыте очевидно, он не сдастся.
– А теперь покажи мне, чего стоят нынешние лейтенанты Готей-13,– Кицунэ сорвался в сюмпо и с силой ударил противника. Хисаги успел парировать и ощутить, как дышит жаром клинок его врага, после чего полетел вперед и едва успел обрести контроль над телом, как на него сверху обрушился еще один рубящий удар, сбивший парня с воздуха на землю. Здесь Хисаги не успел обрести контроль над пространством, и удар о землю оказался настолько сильным, что оставил после себя внушительных размеров вмятину и поднял клубы пыли. Хисаги легко вскочил: Карасу-сама научила его держать и не такие удары.
– Коси, Казешини!
Для Акиры не стал неожиданностью стремительно вращающийся диск на цепочке, вылетевший из облака пыли, он сам поступил бы точно так же. Парень легко уклонился и отбил второй летающий диск. Хисаги дернул цепочку на себя, кусаригама замерла в воздухе и на огромной скорости полетела обратно, стремительно вращаясь и грозя рассечь Кицунэ пополам.
Акира хмыкнул и завел катану за спину, без заметного напряжения отражая удар шикая лейтенанта. Казешини беспомощно
Правое бедро вспыхнуло болью, кровь обильно хлынула из глубокой рубленой раны, нога подкосилась. Хисаги отмахнулся, ударив примерно туда, где стоял его противник. Тяжелый двойной клинок кусаригамы пропорол пустоту, а левая рука, которая держала этот клинок, вспыхнула острой болью и брызнула потоком крови от костяшек пальцев и до плеча. Сюхей шагнул в сторону и парировал уцелевшей рукой следующий колющий удар, направленный ему в глаз. Сверкнули пылающие огнем глаза, в живот с силой врезалась нога, сшибая Хисаги с ног, а ему вдогонку понесся ало-оранжевый серп режущей энергии.
Все, что успел сделать лейтенант девятого отряда– выставить скрещенные кусаригамы в парирование этого удара. Раны на руке и ноге брызнули кровью с новой силой, тело со свистом отправилось в отнюдь не мягкие объятия земли-матушки, проделывая там внушительную воронку, над которой взвился грибок из дыма, пыли и огня.
– Бакудо шестьдесят два, Хяппораккан!– выдохнул Хисаги. Акира сместился, уходя от града сиреневых шестиугольных шестов, стремящихся пригвоздить его к первому попавшемуся твердому объекту или просто проткнуть.
Правая рука, вытянутая в направлении Кицунэ, повторила судьбу левой. Удар ногой по лицу отшвырнул лейтенанта девятого отряда на спину. Рука Хисаги потянулась к Казешини, но в запястье вонзился окутанный огненной реацу клинок, пригвоздив руку Сюхея к земле и порождая полный боли крик. Лейтенант выгнулся дугой, не зная, как избежать ослепительной боли. Кицунэ безжалостно повернул клинок в ране, порождая новую волну диких криков боли, и выдернул катану из раны. Хисаги тут же скорчился, прижимая изуродованную кисть к груди.
Пинок в плечевой сустав заставил его снова распластаться на дне воронки, удар в левое бедро, рассёкший кость с такой легкостью, словно эта кость была сделана из сливочного масла. Новая волна криков– новый удар, на этот раз превративший нос и губы в единую кровавую лепешку.
– Карасу-сан научила тебя сражаться, но не научила терпеть боль,– бросил Кицунэ.– Спали дотла, Китсунеби!
На лице лейтенанта девятого отряда Сюхея Хисаги отразился ужас, после чего его крик боли слился с ревом пламени, на миг поглотившим воронку.
На краю колонны бушующего пламени возник Акира Кицунэ. Огонь скользнул по его телу и не причинил никакого вреда, тут же отступая, парень вложил окутанный пламенем клинок в ножны, запечатывая занпакто. Пламя тут же опало, Кицунэ оглянулся через плечо на обгоревшее, едва дышащее тело на дне воронки.
– А ты куда крепче, чем я ожидал,– бросил он Хисаги, но лейтенант не услышал его слов, поглощенный борьбой за собственную жизнь.
– Хисаги-сан!– пронзительный крик заставил Акиру обернуться. Парень грязно выругался, сетуя на свою невнимательность: подпустил еще трех детишек так близко… знакомые детишки!