Стать победителем
Шрифт:
– Грожба!!!
Но диковинный хищник, как это ни странно, остался полностью спокоен, молчалив и неагрессивен. И тем не менее пробирающий все внутренности рев послышался с такой мощью и экспрессией, что от непроизвольного вздрагивания всем телом не удержалась даже всего насмотревшаяся в своей жизни зуава.
– Что это?! Или кто?!
Правда, источник звука смогли определить почти правильно, он исходил из валунов, загораживающих средний тоннель для ВИП-персон. Ну а повторный рев, более тихий, но не менее злобный, уже несколько прояснил обстановку. Апаша Грозовая узнала то животное,
– Кажется, там медведь.
При этом ни она, ни трио Ивлаевых не отрывали взгляда от туши хищника, свалившегося сверху, и никто не мог окончательно понять, шевелится он или нет. Неверное пламя от факелов играло бликами на яркой коже с красно-желтыми разводами, из-за чего могло показаться, что существо дышит и осматривается для атаки. Апаша схватила свой меч с пола, выпутав его из веревки, девушки приготовили свое оружие, но уже раздался пятый или шестой медвежий рев, а грожба так и не сдвинулась с места. Стоявшая левей всех по периметру пещеры Мария сделала два шажка в сторону и только тогда смогла рассмотреть одну несуразность:
– Да у этой твари все левые ножки подломлены… Ну да! Словно пересохли и сломались! – Потом уже смелее двинулась вперед, заметила две отвалившиеся лапки у пасти и облегченно вздохнула: – Да это же высохшая мумия!
Остальные тоже с настороженностью стали приближаться к легендарному существу, которое, скорее всего, уже много веков назад обрело последнее пристанище в пробитом людьми колодце. Но к этому времени то ли разбуженный грохотом и вибрацией, то ли разгневанный нарушением его личного жизненного пространства медведь понизил тон бессмысленного рычания и решил наказать пришельцев. Силенки у него оказалось даже чересчур, раз он с бешенством и дикой настойчивостью принялся ворочать валуны со своей стороны, разбирая завал.
Искательницы сокровищ оказались перед выбором: то ли отступать, то ли готовиться к возможному сражению. Первой пискнула Катерина:
– Бежим! У нас есть время!
На что Мария, косясь глазами в зев открывшегося лаза на своде, философски изрекла:
– Все, что ни случается, – к лучшему.
– Тебе нравятся медведи? – кривилась Катя. – От него такая вонь!
– Да нет, мне нравится, как он работает! – Лидер трио прислушалась к стуку ворочаемых валунов. – Он ведь фактически выполняет нашу работу, разбирает завал.
– Так мы что, будем с ним сражаться? – уточнила Вера. – Это же медведь! И если такой сильный, то наверняка и огромный.
На что зуава пренебрежительно хмыкнула:
– Маша права, в этих тоннелях может быть лишь один хозяин: либо наш род, либо этот немытый, скандальный мишка. И если будем действовать слаженно и правильно, легко справимся с любым хищником.
– Но здесь ведь нет места для маневра, – справедливо сомневалась Катерина. – У нас нет ни топоров, ни копий.
– Обойдемся без них. К тому же места для быстрой атаки нет и у нашего дикого противника. Постараемся его убить в тот момент, как он начнет протискиваться между валунами. Да и факелы надо расположить так, чтобы они мишку ослепили.
Грохот камней на некоторое время стих, что позволило Вере предположить:
– Может, он передумает,
Похоже, в тот момент медведь присматривался в просветы и прислушивался, потому что его ответом на предположение девушки стало новое рычание и еще более интенсивное разгребание завала. Оставалось только надеяться теперь на опыт старшей и всезнающей зуавы.
– И как мы его встретим? – стала уже и Мария нервничать.
– Начинаем с факелов, – начала распоряжаться Апаша. – Туда и туда. Два запасных закрепляйте в центре, возле плиты и грожбы. Еще два – у среднего прохода, по которому мы пришли. Готовьте ножи. Цельтесь в глаза, но учитывайте, что голова у зверя необычайно крепкая. Мех тоже густой, кожа со слоем жира – труднопробиваемая. Но постарайтесь попасть в лапы на их сгибе. Чем больше вы ножей в него воткнете, тем быстрее мы его упокоим.
Доступных для нанесения достойных ранений мест на теле хищника оказалось довольно мало. Глаза и лапы, ввиду подвижности во время атаки, могли оказаться не настолько эффективными целями. Но другого пути вроде как и не было.
– Надо забраться наверх, в лаз, и привязать там веревку! – догадалась Вера. – Быстрее! Подбросьте меня.
Времени для этого действа оказалось достаточно. Старшая из двойняшек осмотрелась наверху, нашла к чему закрепить две веревки и опустилась вниз со словами:
– Там нечто вроде тамбура, а вверх довольно круто уходит тоннель. Местами просто уклон, местами выдолблены ступеньки. Но такое ощущение, что по тем ступенькам тысячи лет не ступала нога человека. Наверное, именно тогда и грожба сюда умирать скатилась. Наверх теперь тянет сильный поток воздуха, образовался сквозняк, а значит, где-то наверху есть либо щели, либо вполне нормальный выход.
– Факелы, лампы или светильники заметила? – уточняла Апаша.
– Ничего. Стены голые. По крайней мере, в тамбуре.
– М-да! Вероятнее всего, тот ход никак не может вести к сокровищам. Скорее на траверсу по верхней кромке хребта.
Еще раз успели проверить оружие, как оно хватается, легко ли вынимается. Сняли почти пустые вещмешки и, чтобы не мешали под ногами, уложили в проходе. Скрупулезно распределили места в обороне и прикинули несколько вариантов развития событий. То есть вроде как успели грамотно продумать и приготовиться. И все равно действительность внесла свои нежданные коррективы в поединок с хищником.
Он уже не ревел, как дурной олень, а просто с порыкиванием, словно оберегая дыхание, работал не покладая лап. Наверное, всю свою сознательную жизнь он считал родовую берлогу неприкосновенной для других существ, а легкий сквозняк, уносящий его амбре в иную сторону между камней, воспринимал как своеобразную вентиляционную вытяжку в пещере люкс. Ну и как поступает рачительный хозяин, если в данной вытяжке вдруг заводятся нежелательные соседи? Старается до них добраться и выковырять. И медвежья силища для этого весьма пригодилась. Если бы четыре женщины сами разгребали завал, то потратили бы на это часа три, а то и все четыре, тогда как рассерженное животное управилось минут за тридцать. Но хуже всего, что к непосредственному моменту стычки оно не выглядело ни уставшим, ни истощенным.