Стать его даас
Шрифт:
Со всех сторон послышалось шипение. Малыши были против, так же как и я.
— Фичитхари! Алеполи заметили, — раздался тихим эхом голос лисички в голове. — Она сдерживает двух человек. Третий убежал.
Беспокойство за нее взяло верх над любыми другими переживаниями. Я побежала на помощь, ведь сама послала многохвостика, не могу оставить ее в беде. Недалеко от ворот сгустился черный искрящийся туман. Он не стелился по земле, лишь плотно окутывал двух стражников. Они стояли столбами, не шевелились, только дико кричали от страха.
— Усыпите до следующего солнца, — попросила
Те без промедления приблизились к фулисам. Один небольшими прыжками добрался до шеи, второй — до руки. И в этот момент я заметила тонюсенькие шипы, покрывающие тело зверьков. Они выглядели как ежики. Их шерстка улеглась, остались только колючки, которыми они и впились в кожу стражников. Те, в свою очередь, пытались скинуть пушистиков, но крипсы оказались проворнее.
Раздался грохот от падающих тел, поднялась пыль. Вместе с ними на земле с соответствующим звоном оказалось и их оружие. И только вдалеке, возле самих ворот, я заметила третьего, убегающего. Его перехватил Герни и двумя молниеносными ударами отключил, подтаскивая затем к стене.
Только теперь я поняла зачем надо было брать лисичку. Ведь если бы не она, то комочки шерсти не смогли бы допрыгнуть. Их заметят, хоть те и меняют свой окрас, придавят какой-нибудь булавой или затопчут ногой. А многохвостик умеет сдерживать, останавливать, гипнотизировать.
Вскоре наша разношерстная компания подошла к воротам. Герни улыбнулся, поторапливая жестом руки. А после началось самое страшное — путешествие по городу.
Мы сразу же заглянули в большое здание, что было частью ворот. Дверь туда открывалась со скрипом, оповещая округу о нашем прибытии. Скрывать алеполи оказалось сложнее всего. Хоть специально для этого я надела черный плащ, накидывая тот на тело лисички, но хвосты, лапы, голова постоянно выныривали из-под плотной ткани. А’или просто не помещалась. Но прятать ее надо было только до этого здания — дальше парни обещали, что будет проще.
Зайдя в маленький коридор, пересчитав всех крипсов, мы открыли вторую дверь.
— Давай, — попросила я алеполи действовать.
Черная полупрозрачная дымка расплылась по полу. Послышались вскрики, взволнованные голоса. Я зашла внутрь и увидела скованных с помощью плотного тумана мужчин, настороженно посмотревших в мою сторону. Они пытались освободиться, узнать кто я такая и зачем сюда пришла. Их было много, таких разных, взрослых и молодых. Но всего лишь алеполи с ее восхитительными способностями смогла обездвижить и заставить волноваться.
Я мысленно попросила малышей усыпить их на сутки. Те начали выполнять, не задавая лишних вопросов. Только один, с серой прядкой, постоянно находился в волосах. Не знаю почему, но я не хотела выпускать. Казалось, он может не справиться, уж лучше пусть посидит, останется под защитой.
— Отлично, — потер руки Герни и повел меня к другой двери.
Поблескивающая черная вата еще не успела отлипнуть от стен этой комнаты и полностью исчезнуть с пола, как устремилась к новым завоеваниям.
Расположение комнат давно отпечаталось в моей памяти. Герни не надо было все это делать — показывать направление и ждать затем
Обойти предстояло четыре большие залы, двенадцать комнат, миновать десять коридоров и зайти во множество дверей. «Глобальная зачистка» — так я назвала первый этап. Это здание напомнило казарму, где живут солдаты, питаются в большой столовой, моются вместе, ходят группками и ни секунды не сидят без дела. Вот только помещения не такие светлые, стены и потолок были из бурого камня. В некоторых местах ощущался сильный сквозняк, двери ужасно скрипели, а из маленьких окон толком ничего нельзя было рассмотреть.
Мне хотелось сравнить себя с героиней из боевика, которая прячется в укромных местах, устраняет препятствия, деловито выглядит и постоянно движется вперед. Но подобное представлялось еще до начала этого этапа. Уже в третьей комнате стало понятно — не главная героиня фильма. Все делали животные, им лавры и почет.
Под конец зачистки малыши начали выдыхаться. Я говорила Герни, что надо бы остановиться и хоть немного переждать, но тот упрашивал без остановки действовать.
— Куда их всех? — указала я на спящих стражников, последних в этом здании.
— Не думай об этой, — покачал головой Герни.
— Не убьете хоть? — моя ладонь прижалась к груди.
— Мы бы тогда не усыпляли. Не надумывай лишнего, — положил он руку между моих лопаток и подтолкнул к следующей двери, ведущей уже к тоннелю.
— Подожди, — затормозила я. — Малышам надо отдохнуть. Им трудно.
— Ладно. Мы остановимся… на полчаса. Я посторожу главный вход, а ты — два связующих.
— А’или, пойдем, — и я повела лисичку к первому выходу.
Та молчала во время всего первого этапа. Я заметила, как она следит за Герни, но ничего не говорит в его адрес.
— Все хорошо? — тихо спросила я у многохвостика.
— Да, — раздалось в моей голове.
Ответ лисички не дал должного спокойствия.
Затем я вернулась в предыдущий зал, с трудом различая там спрятавшихся пушистиков. Казалось, они спали, как и все вокруг. Настоящее сонное царство. Мне так не хотелось их будить. Поэтому я максимально тихо прошла мимо, направляясь ко второму выходу.
— Только ты у меня остался, — взяла в руки последнего крипса.
Я поставила у стены стул, уселась на него, откидывая голову назад, и без остановки гладила необычное существо.
— Покажи колючки, — приподняла я его на уровень своих глаз, но тот только пискнул.
Он был размером с мою ладонь, под цвет кожи, смотрел своими маленькими черными глазами и изредка попискивал. Так жалко, что я не могла понять его. Хотя присутствовала уверенность, что это возможно. Ведь остальных я как-то понимала, воспринимала, примерно угадывала. А этого — не могла. Но тем не менее он был особенным, таким родным и милым. Необычный крипс казался намного ближе чем те, уснувшие в укромных уголках.