Стать его даас
Шрифт:
Бой еще толком не начался, как вдруг раздался знакомый писк.
Мар, только его здесь не хватало!
Один пралукзи упал.
Мар, нет!
— Кира, усмири их, — приказным тоном сказал я ей.
— Волки, мои хорошие, тише, не надо. Не нападайте.
Она пошла ко мне с вытянутой рукой. Пралукзи еще порывались напасть, дергались в моем направлении. Но невидимая сила их останавливала.
— Бегите, — и Ее послушались.
— Рир, — злобно крикнул я, собираясь отчитать этого негодяя по полной.
— Как я это сделала? —
А мне сейчас было не до Нее.
— Где я сказал сидеть?
Крипс пискнул, разместившись на моей руке. Ему не нравилось, когда на него ругаются. После этого Рир обычно долго отсиживался под рубашкой и никуда не вылезал. Но отчитать ведь надо. Я специально сказал тому сидеть в сумке и не высовываться. И Кире не просто так приказал не вмешиваться. Как уследить за ними, когда и так много противников?
— Сколько раз говорить, чтобы помогал мне только когда попрошу.
— Ой какой хорошенький, — умилилась маленькая зверюга.
Крошечное подобие же молчало и не знало что ответить в свое оправдание.
— Вот и сюсюкайся с ним, — фыркнул я и переложил крипса Кире в руки, сразу же возвращаясь обратно к оставленным у подножья горы вещам.
Меня распирала злоба. Ничего не получилось. Правда, был вскрик в самом начале от Цветочка. Но вряд ли Она увидела именно то воспоминание, иначе бы даже не стояла рядом, валялась без сознания возле того дерева. Да и я бы продолжал чувствовать тяжесть в груди.
Все, и питомца потерял. А так не хотел их знакомить. Он после окончательного расставания с Кирой не последует за мной. Ее крипс точно не покинет.
— Чего он так пищит? — догнала меня Кира.
— Не обращай внимания. Скоро перестанет.
Цветочек только хмыкнула, пару раз погладив мохнатое создание.
— Рир, да беги ты уже куда хочешь.
И крипс быстро скрылся из виду. Красные бобинки… Любит он этот цвет. А тут как раз невдалеке росли ягоды, к которым он и направился.
— Ты его понимаешь?
— А ты нет?
Кира покачала головой.
— Знакомое имя. Разве не Рири? — нахмурилась Цветочек.
— Это мальчик. Ему не нравится твой вариант, — пояснил я. — Почему ты его не понимаешь?
Мне это не укладывалось в голове. Что с этим крипсом вообще не так?
— Не знаю. Зато, ты видел? Те волки меня послушались, — с неким воодушевлением сказала Она. — И такое приятное чувство. Будто они все мои, родные.
Провальная идея.
— Зачем ты вырвал сердце у большой птицы?
Или нет!
— Все-таки вспомнила. И не злишься? Не считаешь меня монстром?
— Я испугалась от того видения, но волки так рычали, их было слишком много. Ари, не делай так больше. Да еще я не могла двинуться и что-то сказать. Может страх, не знаю. Просто…
Она оббежала меня и кинулась обнимать.
— Да что с тобой не так?
— Я испугалась. С ними ведь невозможно было справиться. Я как будто в фильме ужасов побывала. Там обычно стая волков разрывает свою жертву. И…
Меня сперва тянуло спросить по поводу непонятных слов. Но это можно и потом. Мои руки опустились на Ее плечи.
Разве такое возможно? Если бы мы встретились и основательно познакомились другим способом, то Кира относилась бы ко мне иначе?
Эта мысль еще долгое время будоражила. Есть возможность проверить, но стоит ли? Кира изменилась в своем поведении, стала более открытой, легкой, больше не пыталась оттолкнуть, словно наказывая за что-то. Но означает ли это, что в какой-то момент маленькая зверюга снова не попросит оставить Ее, кинется в объятья другого, а после будет смотреть, словно ничего и не было между нами.
Я оставил этих двоих сторожить вещи, а сам поехал в ближайший черш. Это было самое южное поселение во всем Кловерке. Всего то и надо было купить одежду потеплее, набрать побольше еды, запастись водой. Я ехал вперед и постоянно оборачивался. Казалось, вот-вот Кира сбежит. Мне стоило усыпить Ее, попросить крипса сторожить Цветочек очень внимательно и не отходить.
Она убежит. Или наоборот, маленькая зверюга не послушается и последует за мной, зайдет в черш, появится на людях, а потом произойдет что-то плохое.
Но ничего подобного не случилось. Цветочек спокойно дождалась меня, подбежала с улыбкой на лице, обняла и поцеловала в щеку, а затем сама взяла сарена и привязала к дереву.
Кто ты?
— А почему эта ящерка меня так не слушается?
Мне надоело. На самом деле! Сколько можно удивляться, задаваться одними и теми же вопросами, отталкивать Ее и ждать нахмуренных бровей при взгляде на меня?
— Так, иди сюда.
Я достал уту и показал Кире. После был долгий подробный рассказ об утагасии, где она используется и как именно производится. Маленькая зверюга сперва слушала с интересом, но со временем все-таки начала хмуриться. Затем началось другое повествование, в нем я пояснял кто такие Анахари, зачем вообще нужны и чем занимаются день ото дня.
— И ты один из них? — осведомилась Цветочек.
— Да, Кира. И познакомились мы с тобой как раз во время выполнения третьего испытания. Там надо было убить животное, вырезать сердце и принести Охари.
— Жестоко, — поморщилась Она.
Казалось, я сейчас настраиваю Киру против себя, вываливая всю эту информацию. Можно было бы скрыть, но зачем? Мы расстанемся, Она не захочет, попытается остановить, догнать, уговорить. В общем, пусть думает, что я монстр, а не какой-то «тот самый». Пусть лучше так, чем продолжать терпеть все эти приставания и приближаться к пропасти, в которую Она почти затянула вместе с собой.