Стать Драконом
Шрифт:
— Да, да, конечно, — отозвался Дориан.
Двери контейнера закрылись, а когда открылись, внутри не было ни ящиков, ни коробок.
Передвижная нуль-т кабина, — догадался Мрак. Развернулся на каблуках и пошел к дирижаблю. Остальные потянулись за ним. К двум киберам Конана подбежали четыре более крупных, подняли и понесли в контейнер.
— Катрин, задержись, пожалуйста, на несколько минут, — позвал Дориан.
Мрак сидел на срезе люка гондолы и ждал Катрин.
— Они забрали моих киберов, — ныл за спиной Конан.
— Сходи, пожалуйся, — бросил ему Тайсон. —
— Ты не понял! Киберы в курсе всех наших дел! Они все знают, все наши планы. Завтра об этом будут знать драконы.
— Конан, включи компьютер, настройся на перехват с их очков.
— Точно, — обрадовался тот. — Рядом с ними человек, значит информация идет в компьютерную сеть. Можно послушать.
Когда на экране появилась картинка с очков Дориана, Мрак прогнал Конана и Тайсона от экрана, несколько минут слушал, потом выключил компьютер и вернулся на срез люка. Фигурка в черной куртке уже бежала к дирижаблю.
— О чем они говорят? — спросил Тайсон.
— Иди за штурвал, — приказал Мрак. — Готовься к подъему.
Катрин, запыхавшись, подбежала к дирижаблю.
— Я сейчас тебе все расскажу. Ты, наверно, меня убьешь. Я не знаю, что теперь делать, — она хотела пройти мимо него в гондолу, но Мрак преградил рукой проход.
— Читай мысли, смотри в грядущее. Ты же это умеешь, — сказал он. — Тайсон, подъем!
Винты взвыли и дирижабль начал медленно подниматься.
— Пусти! — Катрин попыталась протиснуться мимо него в поднимающуюся машину, но Мрак повалил ее на спину, сильно толкнув ногой в грудь. — Не бросай меня! — она поднялась с бетона, подпрыгнула, схватилась за обрез люка. Мрак сбросил ее руку. — Мрак! — Катрин огляделась и побежала к якорю.
— Тайсон, руби якорный канат! — приказал Мрак. Трос упал на поле.
— Мрак!!! Не бросай меня! Лучше убей!
— Это мысль, — пробормотал он и достал из кармана пистолет.
— Не надо! — закричал Конан, пытаясь выбить оружие, но Мрак отбросил его ударом кулака. Передернул затвор и начал стрелять по маленькой фигурке, бегущей за дирижаблем. Пули взбивали фонтанчики у ног Катрин. Расстреляв всю обойму, захлопнул люк и лег лицом вниз на подвесную койку. Скорчившись на полу, всхлипывал Конан.
— Не скули, — приказал Мрак. — Она жива. Я дал ей шанс уйти наверх.
— Ты стрелял в нее.
— Я стрелял рядом. Драконы будут думать, что я промахнулся, и не осмелятся вернуть ее в Таун.
Вернулись в дом Бугра светлым, солнечным вечером. Это был первый солнечный вечер после сезона дождей. У дома их ждал черный дракон. На крыльце, ссутулившись, обхватив себя руками, сидела Катрин.
— Мрак, — произнес Платан, — если ты убьешь хоть одну женщину, я плюну на все запреты и разорву тебя на куски.
— Как умело ты избегаешь имени Катрин, — усмехнулся Мрак.
— Хорошо. Ее жизнь — твоя жизнь.
— Когда захочешь меня убить, не подходи близко. Я кусаюсь, — Мрак выхватил пистолет, и пуля впилась в стену дома. С морды дракона упали на землю очки: выстрелом Мрак перебил застежку. — Теперь по пуле в каждый глаз, и победила дружба. Так, кажется, раньше говорили. А за Катрин не беспокойся. Она для меня умерла. — Мрак, не обращая больше внимания
— Что случилось, — спросил Бугор.
— Драконы искали меня, а нашли старую базу, — объяснила Катрин. — Я одна во всем виновата.
— Я больше не занимаюсь экологией, — сказал Мрак. — Хочешь, продолжай, а не хочешь, пошли все к черту. — Кинул несколько вещей в рюкзак и пошел проведать Лобастика. Катрин побежала следом.
— Не подходи ближе километра к бункеру, — сказал он ей. — Это мой бункер.
— Докуда я могу дойти?
Он назвал ориентиры. Дойдя до границы, Катрин остановилась.
Мэгги играла с Лобастиком. Мрак послал ее домой. Посадил Лобастика на колени.
— Знаешь, Лобастик, когда я сюда попал, я думал даже, что убивать на Зоне где-то, как-то справедливо. Сюда же преступники попадают. Раньше за это вышку давали, но теперь законы мягенькие стали, как кошачья лапа. Те, наверху, своих рук кровью испачкать не могут, так я это за них сделаю. А меня кто убьет, тоже справедливо. На то и Зона. Зона все спишет. Но не смогли меня за сорок лет убить. А знаешь почему? Там, наверху, учителя хорошие были, которые меня убивать учили. Это как в воду бросить, чтоб плавать научить. Утонул, так утонул, а поплыл, так на всю жизнь. Еще так древним языкам обучают. Запрут человека в комнате и только на древнем языке с ним разговаривают. Через три недели он родной язык забывает. Так и я — за те три недели все уловки освоил. Они мне в кровь впитались. Даже когда на женщину смотрю, первым делом думаю, где она нож спрятать может. Зона проклятая.
Прибежала Мэгги.
— Хозяин, там Катрин под деревом ждет. Можно, я свожу к ней Лобастика?
— Хочу к маме, — сказала Лобастик и побежала к двери. Когда их голоса затихли, Мрак лег на койку лицом вниз.
— Маугли, — прошептал он, — Лобастик — маугли. А я — волк. Только зубов у меня не осталось. Выбили зубы. Что делать волку без зубов? Сорок лет — одна Зона. Проклят будь тот, кто тебя придумал. Мной и драконами проклят будь. Вот в чем мы схожи. Рычим друг на друга, глотки хотим разорвать, жизнь друг другу поганим, а тот сука, который Зону выдумал, сдох давно в теплой постельке. А драконы — честные, отзывчивые парни. Сколько они тебя, Лобастик, искали… Не отдам тебя им. Гадом буду, не отдам. Но маугли ты не будешь! Всем, что для меня свято, клянусь. Не знаю, осталось ли такое. Должно остаться. Не могла Зона все вытравить. Должно же во мне хоть что-то хорошее остаться, хоть самая малость. Ей и клянусь. Выучу всему, что сам знаю, всему, что на Зоне узнать можно. У нас еще три компьютера остались.
Скрипнула дверь.
— Мама плачет, — пискнула Лобастик. Мрак прислушался. Из-за двери доносилось шмыгание носом. Мрак вышел. Лобастик бежала впереди него. Носом шмыгала Мэгги.
— Тетя Мэгги, почему мама Катрин плачет? — спросила Лобастик.
— Мэг, иди домой, захвати с собой Катрин. Я буду завтра. Передай Кону, чтоб освободил мне один компьютер. — Мрак подхватил Лобастика на руки, вернулся в бункер. Посадил на стол.
— Ты уже большая, скоро день рождения отметим, поэтому пора учиться читать и писать.