Стать драконом
Шрифт:
Я вышел из палатки, кивнув Шауру, чтобы следовал за мной. Воины Дроу молча посторонились, пропуская меня с телохранителем. Сантиэлль даже из палатки не вышел. Проводов не будет, не в привычке Дроу расшаркиваться и соблюдать этикет. А не очень-то и хотелось! Я сам не любитель всех этих политесов. Дело сделано? Сделано. Так чего расшаркиваться впустую?
– Ну, и как тебе Дроу? – Спросил я Шаура, выстраивая портал. – Не особенно доставали?
– Нормально, – буркнул в ответ мой телохранитель. – Дикие они. И шутки у них дикие, – недовольно закончил он.
"Значит,
– хохотнул я про себя. – Что, предлагали продемонстрировать воинскую доблесть? И как, продемонстрировал? – Уже вслух спросил я.
– Ну,…так… – уклончиво ответил Шаур, – тоже мне, воины! Принцесса Аниам и то дерется лучше. Что мне, калечить их, что ли? Как ни как, а у нас все же переговоры. А если бы случился международный скандал? Поучил немножко, только и всего. – Пояснил он, в ответ на мой вопросительный взгляд.
Обожаю этого Дракона! Представляю, что бы он с ними сделал, если бы не нужно было соблюдать приличия?!
– Давай, двигай уже, великий воин. А то сейчас догонят и наваляют. Переговоры ведь уже закончились, – засмеялся я, подталкивая его к порталу.
– Вот, именно! Закончились! Теперь ведь с ними церемониться не надо, Повелитель, да? – Заулыбался Шаур, подмигнув мне.
– Мальчишка! Еще навоюешься, – уже серьезнее сказал я, толкая его в портал.
Фу-у, вроде все! Домой…
Боль – это расплата души, за радость к жизни.
/ Анжелика Миропольцева /
Аня
Я словно впала в кому, нет ни мыслей, ни чувств – ничего. Даже слез и тех нет. Когда я уже начала проваливаться в сон, раздался лязг двери.
– Мальчики, у меня все есть, мне ничего не надо, убирайтесь к дьяволу, – буркнула я раздраженно, не поворачивая головы. Достали уже со своей заботой.
– А ты уверена, что у тебя все есть? Может чего-то, все-таки, не хватает? – Раздался над ухом такой до боли знакомый и любимый голос.
– Грэм, – прошептала я, подскакивая на своей лежанке.
Сон моментально слетел. Грэммер облапил меня со всех сторон и зарылся лицом в волосы. И вот тут меня прорвало. Больше я не могла сдерживаться. Во мне, словно, прорвало плотину – плотину из слез. Я рыдала, уткнувшись ему в грудь, пока не иссякли все слезы, но даже и тогда я продолжала всхлипывать, вздрагивая всем телом. Грэммер не говорил ни слова, только молча гладил меня по спине, так и уткнувшись в мои волосы. Когда, успокоившись, я подняла свое зареванное лицо, он взял его в ладони и начал осторожно целовать лоб, глаза, щеки.
– Грэм, не молчи, скажи мне что-нибудь, – прошептала я, пытаясь поймать его взгляд.
– Я тебя люблю, – прошептал он в ответ и впился в меня поцелуем.
Мир закачался. Сколько мы целовались, я не знаю. Время остановилось. Были только его губы, которые в перерывах между
– Грэм, – наконец проговорила я, выскальзывая из кольца его рук, – не делай этого, не спасай меня. Ты разрушишь свою жизнь из-за меня. Я этого ни сколько не заслужила.
– Не говори так, – он посмотрел мне в глаза, – ты мое сокровище, ты самое ценное, что у меня есть. Дракон всегда защищает свое сокровище. По-другому он не может.
Я сидела и смотрела на него, не зная, что ответить. Видок у него был еще тот. Лицо бледное, осунувшееся, под глазами синяки. Бедный, досталось ему за последние дни.
– Аниам, все будет хорошо. Я в этом уверен. Четверо из десяти членов совета поддерживают меня. Несколько минут назад был арестован лорд Дауран. Именно он в Совете поддерживал мятежников и слил им информацию о тебе. Вместо него в Совет войдет мой человек. Таким образом, будет пять на пять. Мой голос, в таком случае, будет решающим. Все будет хорошо.
– Нет, не все будет хорошо! – Не выдержав, закричала я. – Как вы не понимаете, что для меня лучше смерть, чем быть прилюдно высеченной. Я не знаю, как в этом мире, а в нашем – это позор. Я им живой не дамся! Предупреждаю тебя сейчас.
– Не смей, слышишь, – голос Грэма заледенел, взгляд остекленел. Он схватил меня за плечи и, как следует, встряхнул. Я подумала, что он меня сейчас прибьет сам. Ага, чтобы не мучилась сама и не мучила его. – Не смей даже думать о смерти! Я обещаю, что достану тебя и у Аида! Я не отдам тебя никому! Мы все выдержим и переживем вместе. У нас еще все будет. Нужно только потерпеть.
– Ага, к позорному столбу привяжут ведь не тебя. – Пробурчала я, вырываясь из его рук, – и хватит меня трясти, я тебе не груша.
– Уж лучше бы меня, – тихо прошептал Грэммер. – Аниам, прошу, выслушай меня спокойно. Я могу устроить тебе побег. Если ты так решишь. Проблемы в этом нет. Проблема в том, что тогда ты будешь вне закона. Конечно, Маэлан при его талантах может искать тебя не одно столетие. Но тогда мы точно не сможем быть вместе. Ты этого хочешь? Видеться время от времени, скрываясь от всех? Я буду вынужден взять в жены другую – государству Драконов нужен наследник. А наши дети, даже если я их признаю, никогда не будут представлены ко двору и, вообще, не будут иметь никаких прав. Ты этого хочешь?
– После такого позора я не смогу остаться, – прошептала я. По щекам опять потекли слезы.
– Я знаю, – тихо прошептал мне в ответ Грэм, – но у меня будет надежда, что ты когда-нибудь меня простишь, и мы сможем быть вместе.
Ночью он любил меня неистово и отчаянно, словно прощаясь. По сути это и было прощание.
Под утро Грэм ушел, оставив мое тело нежиться от истомы, а душу истекать кровью от горя и тоски. Мы никогда больше не будем вместе. Пусть он этого не понимал, но я-то понимала это совершенно четко. Повелитель так и не понял, что потеря чести для меня страшнее смерти. Он в своем эгоистичном желание оставить меня рядом с собой, не заметил, что предал меня, предал мою душу. Я никогда ему этого не прощу. И мне придется все вытерпеть, потому что принести ему еще большее горе я не смогу. Пусть лучше живет с надеждой. Это у меня ее больше нет.