'Стать богом
Шрифт:
– Что «как»?
– Как я могла выжить? У меня рубец слева, ощущение, что бок чем-то не очень острым разворотили, или не церемонились. Как выжил Самаэль? Я пробила его насквозь. Мечем. В живот. Аут артерии. Полная кровопотеря за считанные минуты. Смерть!
– Но голову не срубила. Он выжил.
– Как?!
– Не знаю. Так было всегда. Это дар Отцов. Все живущие могут умереть только лишившись головы. Так повелось.
– Поэтому вы рубите головы демонам?
– Да. Чтобы они не возродились.
– Почему
– Ты дочь Отцов. Ты из мира Отцов. Ты другая. Но я рад, что арханы ошиблись и ты выжила.
Вита не могла сказать того же. Слишком «чудесатой» показалась ей жизнь.
Единственное, на что девушка еще питала слабую надежду о помощи в разгадках всех этих ежедневных загадок, лекарство Свята. Вита прошла к столу и залпом выпила неприятное пойло в кубке. Передернулась и застыла, надеясь, что вторая доза мгновенно вернет ей память, а та даст ответы на вопросы и расставит все по местам.
Однако ничего не случилось.
Никогда приняла настой перед обедом, ни когда перед ужином. Прояснений в памяти не появилось, зато одолела навязчивая мысль — демонов шестьдесят шесть типов.
Шестьдесят шесть, шестьдесят шесть, - крутилось в голове упорно, как Вита не старалась думать о другом.
Даже ночью эта цифра не отставала от нее и словно преследовала, возникая в воображении в разных вариантах.
Вита лежала, таращилась в темноту и никак не могла заснуть. Ей стали мерещиться голоса:
«- …Шестьдесят шесть типов. Ничего число, правда?
– Мне лично не смешно. Удивляюсь, как одобрили твой проект.
Смех, заливистый, веселый.
– Ты ханжа, Виталька!»
Одно и тоже, одно и тоже как заело.
Вита крутилась, зажимала уши, пыталась думать о другом и… потерялась.
То ли сказались переживания последних дней, то ли отравилась полученной информацией, то ли надсадила извилины, пытаясь что-то вспомнить, понять, и заработала горячку. Вита маялась, металась, горела, билась в ознобе, плавала в тумане и утопала в холодном поту. Сквозь марево, что лихорадило ее, она видела два лица — Амин и Свят. Тот самый щуплый мужчина, что сопровождал ее вместе с Уриэлем и Рафаэлем словно поселился рядом. И мучил не меньше видений.
Он постоянно чем-то поил ее, а девушка после не знала куда деться. У нее сводило мышцы, ее гнуло дугой и одновременно вспышками шли картинки в голове, будто разрывая сознания на мелкие лоскуты, не оставляя в покое ни на секунду. А вот его, как раз очень хотелось. Единственного, пусть даже через смерть.
Покоя.
Покоя!
– кричала душа, но телу было наплевать, оно продолжало жить и мучить, мучаясь.
– Что с ней?
– с тревогой спросил архан, третий день наблюдая как мечется по постели Вита, не реагируя ни на что. Ему казалось, она сгорает.
– Ломки, - буркнул Свят.
– Что?
– не понял Амин.
– Ну, типа ломок, - чуть отступил
– Может быть, это от твоих настоев. Стоит прекратить на время?
– Угу. И пустить насмарку весь процесс?
Амин нахмурился неодобрительно, но настаивать не стал.
Вита царапала простыни, мяла их пальцами и скрипела зубами, обливаясь потом. Ей хотелось выть и хоть немного заглушить боль и маету, что поселилась в каждой клетке тела. И не выдержала, свернулась и закричала:
– Господи, Господи! Гооо-сподиии!!!
Амин дернулся к ней, но встретился с взглядом Свята и отступил. Мужчина редкий чудак, но и редкий лекарь. Наверняка знает, что делает.
– Долго еще это будет продолжаться?
– А я знаю? И так форсирую, как могу. Но где я тебе мгновенный антидот найду? Собираю нужные ингредиенты как золотоискатель в древние времена песок мыл. А концентрация маленькая! А заменителя метилметакрилата нет! Заменителя кетролака трометамина тоже нет! А опий не катит!..
– Ты нормально говорить можешь?!
– рявкнул мужчина, не сдержавшись.
Свят смолк и поджал губы. Глянул на архана, как в путь послал. И послал к вечеру, когда тот не выдержал и готов был вытряхнуть из парня точную дату окончания мучений Виты.
А той уже не было ни в комнате, ни в Амилоне. Она ушла в себя и память начала нехотя распахивать перед ней двери…
На платформе снизу полусфера, зажатая колодками. Из ее люка торчали светлые вихры, потом появился их хозяин. Парень смотрел на Виту опасливо и виновато и цеплялся пальцами за крышку люка.
– Ты кто?
– удивленно уставилась на него девушка, и даже на корточки присела, чтобы лучше рассмотреть сверху явление незнакомца свету.
– Вова Святов, - пробурчал тот робким баском и чуть отстранился, видимо боясь, что Вита его сейчас за ухо вытащит «на солнышко».
– Ах, Во-ова, - протянула она.
– И что ты здесь делаешь… Вова?
– Так это… заблудился.
Вита хмыкнула — умнее ничего не придумал?
– И долго плутал? Что начальным пунктом было?
– Нуу… я ж студент, ну и… чего? Практика.
– Где?!
– хмыкнула — ой, мастак на уши спагетти вешать!
– Ты хоть школу-то закончил?
– Чего? Я фармакологическую академию заканчиваю, - покосился дичливо и несмело высунулся из люка уже до пояса.
– Ааа! Ну? Бо-ольшой мальчик. Но глупый. Ты хоть понимаешь, что добровольно «академ» взял?
– Я это… заблудился, говорю…
– Лгать будешь — в капсуле моего возвращения ждать останешься. Внятно?
Парень кивнул так, что подбородок по худой груди брякнул.
– Любопытно стало, че за штука, - пробубнил, не поднимая головы.