Старый Хелом
Шрифт:
Можно сделать, наконец!
–
Мудрецы запели: -- Да,
Печка будет хоть куда!
Но один, что всех моложе,
Снова голос подаeт:
– Да ведь сливочное масло
Так же тает, как и лeд.-
Мудрецы запели: -- Вот,
Так же тает, как и лeд.
Самый старший из старейших
ассердился: -- Что за вздор?!
– - Вздор...-- ему тихонько вторил
Мудрецов озябший хор.
А мудрейший из мудрейших
Продолжал: --
Лучше пусть растает масло,
Чем замeрзнут все вокруг.-
Мудрецы решили: -- Ясно,
Масло не к чему беречь.
Пусть из сливочного масла
Поскорее сложат печь.
Сложат печь -
Забота с плеч!
И Мороз тогда подумал:
"Я объездил целый свет,
Но мудрее, чем в местечк
Мудрецов на свете нет".
Нет -
И это не секрет!
СУЩИЙ ПУСТЯК
Жил когда-то в местечке Хeлом богач Хаим-Бер.
Однажды в жаркий день он решил искупаться в реке, а
плавать он не умел.
Услыхали его крики, прибежали кто с чем был:
сапожник с колодкою в руке,
парикмахер с ножницами, портной с сантиметром на шее.
Но было уже поздно.
Лишь одежда Хаим-Бера осталась на берегу.
Люди вздыхали, охали. То, что Хаим-Бер утонул, это было
ещe ничего. Плохой
человек был этот Хаим-Бер, первый богач Хелома. Но
Эстер- охл, жену
Хаим-Бера, в Хеломе уважали. Каждую пятницу в доме
богача резали кур к
субботнему обеду. И Эстер- охл всегда отсылала
беднякам потроха. Как же
теперь быть? Кто решится сказать ей о несчастье? Ведь у
вдовы такое доброе и
слабое сердце!
И вот из толпы выступил Шлeма-водовоз. Он был
длинный, тощий, сутулый. В
маленьком картузе и огромных сапогах.
– - Я беру это на себя,-- сказал Шлeма-водовоз.-- Уж я
придумаю что-нибудь
такое, чтобы помягче сообщить бедняжке о случившемся.
Он взял одежду Хаим-Бера и направился к его
дому. Добрая Эстер- охл сидела на крылечке и пила
чай с вареньем. Причeм варенье она брала полными
ложками из большой банки.
– - Добрый день, уважаемая Эстер- охл,-- сказал
Шлeма-водовоз.-- Я к вам. И,
как видите, не с пустыми руками. Иду я сейчас берегом
реки, и что я вижу? Вы
себе не представляете, Эстер- охл!..
Вижу, в воздухе летит
Чья-то шляпа с лентой серой.
Вижу, шляпа Хаим-Бера.
Как еe мне не узнать!
Шляпа, шутка ли сказать!
Это же не просто шляпа,
Ведь еe не бросишь на пол.
Это
Богача! Миллионера!
И летит она, как птица.
И подумал я тогда:
"Не дай бог ей опуститься
Там, где грязь или вода.
Шляпа может зацепиться
За осину, например.
Будет дерево гордиться,
Будто это Хапм-Бер!"
Но не волнуйтесь, Эстер- охл. Со шляпой ничего не
случилось. Я догнал еe и
поймал. Вот она, шляпа Хаим-Бера, богача, перед
вами. И то, что она цела и
невредима, это уже хорошо.
Иду я дальше. И что же я вижу?
Вижу я -- летят штаны
Необъятного размера.
Это ж брюки Хаим-Бера!
Как же мне их не узнать!
Брюки, шутка ли сказать!
Это же не просто брюки,-
Нет таких во всей округе!
Это брюки Хаим-Бера!
Богача! Миллионера!
И летят они, как птица.
И подумал я тогда:
"Не дай бог им опуститься
Там, где грязь или вода.
Брюки могут очутиться
В огороде, например.
Тыква будет в них рядиться,
Будто это Хаим-Бер!"
Но успокойтесь, уважаемая Эстер- охл! Ничего плохого
со штанами Хаим-Бера не
случилось. Я погнался за ними, словно мне двадцать
лет. Я бежал за ними так,
будто руки мои не скрючены работой и ноги не в тяжeлых
мокрых сапогах. И вот
они перед вами -- дорогие штаны Хаим-Бера. И это, как
вы понимаете, ещe раз
хорошо.
Я должен вам сказать, что поймать штаны и шля
пу было
Трудно, но не слишком.
А летящую манишку
Было мне поймать трудней.
Но, как видите, я с ней.
Вот и галстук Хаим-Бера,
Богача, миллионера!
И это, конечно, уже четыре раза хорошо.
А если, добрая Эстер- охл, я к этому добавлю, что
Хаим-Бер утонул, так вы же
умная женщина и, конечно, поймeте, что на столько раз
хорошо один раз
плохо -- сущий пустяк.
МОЖЕТ БЫТЬ, ДА,
А МОЖЕТ БЫТЬ, НЕТ
Был ли еб-Нухем
В чаще дремучей?
Был ли подобный
В Хeломе случай?
Что я скажу вам
На это в ответ?
Может быть, да,
А может быть, нет.
Но слышали все и клянeтся весь Хелом,
Что между селеньями Чeрным и Белым,
Не доходя Воробьиного брода,
В чаще дремучей возле болота,
Где летом котeнок едва не утоп,
еб-Нухем увидел огромный сугроб.
А из него поднимается пар,