Старые долги

Vivian2201

Наши щиты выдержали, но…

В этот момент я понял почему Джим делает упор в своих атаках именно на стихию Воды и холод. Именно они наиболее опасны для меня. Щиты, созданные мной с помощью привычных мне энергий попросту лопнули под напором едва ли не космического холода. Сила, которую вложил в свою атаку Хоган, была настолько велика, что воздух вокруг нас превратился в ледяное крошево, быстро разлетевшееся в стороны под действием боевых заклятий.

Архимаги хорошо изучили меня. Потому и смогли подготовить свою ловушку — учтя собранную информацию. Хорошо, что мне хватило ума не забывать и о классической магии смертных, а не только познавать и развивать демонические силы и

способности. Иначе схватка уже давно закончилась бы моей смертью.

Сконцентрировавшись, я смог раскалить, а затем и расплавить плексобетон под ногами Джима. Одновременно с этим металлические панели обшивки стен тоже потекли, превратившись в потоки светящегося от громадной температуры сплава. Хоган, не став тратить силы на новые щиты, попросту поднялся над полом, продолжая бить по нам замораживающими заклятиями. В ответ мы начали наседать уже с помощью пространственной магии.

— Сука! — выдохнул один из моих напарников, дернувшись и прекратив атаки.

Быстро осмотрев его в энергетическом спектре, я понял — надо либо заканчивать бой, либо древние архимаги возьмут верх просто за счет объёма резерва и опыта. Лингдоу, если мы победим, выживет, но будет долго восстанавливаться. Джим умудрился достать его с помощью магии крови, найдя слабость в щитах. Сейчас парень пытался разобраться с проклятием, разъедающим его изнутри. Некая разновидность заклинания, заставляющего внутренние органы гнить.

Попытка использовать трансфигурацию успеха тоже не принесла. Хоган вовремя заметил мою атаку и не дал воздуху внутри его щитов превратиться в кислоту. В ответ он создал темно-фиолетовый туман, в котором я узнал проклятие, созданное ещё до развала старой Империи — «Туман Забвения». Дрянь, что проходит через большинство щитов, а затем погружает своих жертв в некий аналог «Ментального Лабиринта». Вот только вместо кошмаров жертва видит всё самое важное и желаемое, что было в жизни. Даже опытным мастерам менталистики сложно справиться с этим дерьмом.

Вычислив главный узел заклятия, я попытался ударить по нему, но обнаружил, что Хоган обеспечил своему творению многослойную защиту. Теперь становилось понятно почему Джим достаточно долго практически не атаковал нас, предпочтя действовать от обороны — готовил «Туман Забвения».

Выжимая из себя буквально всё и ещё немного сверху, мне удалось увеличить скорость работы разума, из-за чего виски буквально взорвало болью. Я подступил к той черте, за которой риск угробить себя превышает любые разумные пределы. Однако, иного выхода попросту не было. Только так можно победить более сильного и опытного врага, находясь на его территории.

Пока мой уцелевший напарник наседал на Хогана, не давая тому перейти в атаку, я смог разобраться с «Туманом Забвения», вскрыв щиты на его энергетической структуре. К счастью, мне вовремя пришла в голову идея использовать для этого призрака из оставшихся некротических артефактов. Потому сработавшую ловушку разрядила собой именно нежить.

Этот факт заставил Джима неприкрыто поморщиться. Похоже, что наш противник хотел подловить нас, а не достать прямыми ударами. Учитывая артефакты, разрушающие конструкты на базе некротических и демонических энергий и блокирующие мою связь с Бездной и Царством Мертвых, шансы на успех у него имелись. Меня выручила запасливость — привычка таскать с собой с десяток ловушек душ, содержащих в себе накачанных силой призраков. Правда, и этой нежити в местных условиях не по себе. А разобраться с артефактами — нет времени. Все они хорошо защищены. К тому же, учтя опыт разрушения «Тумана Забвения», я понимал — скорее всего всюду имеются достаточно опасные ловушки, способные убить даже истинного танар’ри,

не говоря уже обо мне.

Позади нас произошло два всплеска некротической энергии, после чего я ощутил формирование высшей нежити. Значит, кто-то из моих соратников уже погиб. Однако, воспользоваться артефактами трансформации, которые дадут возможность протянуть до помощи, смог только один. Это очень плохо. К тому же, учитывая творчество архимагов, бедолага едва ли долго протянет в виде лича. Местные артефакты, вмонтированные в стены, быстро расправятся с ним.

Стоило исчезнуть «Туману Забвения», как я отправил к Хогану оставшихся призраков, приказав вскрыть щиты архимага. Один за другим все пять покойников оказались развоплощены сработавшими ловушками. Впрочем, положительный эффект всё же имел место. Три четверти щитов Джима исчезли, а оставшиеся были созданы артефактами.

«Рискнуть или…» — задумался было я, но в этот момент древний архимаг нанёс свой удар.

Перед нами появилось нечто серо-серебристое, отдающее холодом. Бесформенное облако, мгновенно заморозившее расплавленный металл и текущий от жара плексобетон. Оно же принялось разрушать наши щиты, заставляя отступить. Что дерьмово, эта штука являлась не заклятием и чем-то вроде способности, как моя связь с Бездной и Царством Мертвых.

Сконцентрировавшись на противодействии этой дряни, мне удалось остановить её рост, а затем начать давить, буквально вышвыривая за пределы нашего мироздания. Хоган, судя по всему, поняв что именно я задумал, принялся вливать в своё творение всё больше и больше сил, не забывая бить по мне и моим напарникам заклятиями.

Лингдоу, сумевший справиться с последствиями проклятия, влез в схватку и умудрился пробить один из слоев щитов Джима. Из-за этого архимаг на мгновение отвлекся. Именно это и позволило мне окончательно вышвырнуть его детище куда-то за пределы физического мира. Однако, произошло неожиданное. Я почувствовал как прекратили работу практически все артефакты, установленные нашими врагами. Вот только воспользоваться этим у меня не вышло.

В разгромленном коридоре появились баатезу.

Десяток эриний, двое амнизу и… исчадие!

Все они мгновенно бросились на меня. То ли Хоган и Вейли изначально поставили им вполне конкретную задачу, то ли баатезу распознали мою природу. Как бы там ни было, но они не тратили времени и сил на моих напарников, сконцентрировавшись на попытках достать именно меня.

Их тяжелая огненная сила давила, быстро разрушая щиты. И если эринии били как магией, так и артефактными клинками, метаясь из стороны в сторону под высоким потолком, пикируя для нападения, то амнизу и самый опасный из всех противников, исчадие, «работали» на своих ногах, не забывая сполна пользоваться своими демоническими возможностями.

Увы, но, как выяснилось, это для смертных моих сил было более чем достаточно. Против настоящих обитателей Бездны этого не хватало. Тем более, когда речь шла об исчадии ада — элите, можно сказать, верхушке Баатора. Крылатый гуманоид, покрытый красной чешуёй, окруженный огненными всполохами, быстро мечущийся из стороны в сторону в попытках добраться до меня жуткого вида двуручным клинком…

Оба моих напарника, несмотря на превосходство Джима в силе и опыте, продолжали давить. Более того, Лингдоу даже умудрился ранить Хогана, воспользовавшись некогда показанным ему заклинанием школы трансфигурации. Благодаря нему парень превратил пол под архимагом в стальную гибкую лозу, что обвила тело Джима, превратившись в колючую проволоку с длинными, в десяток дюймов, шипами, покрытыми символами темного наречия. Судя по всему, самый молодой архимаг «Орден Империи» подошел к делу с фантазией.