Старые долги
Шрифт:
— А что не так? — спросил Марк.
Вздохнув, Ишу уселась в кресло рядом с верстаком и покачала головой.
— На планете можно выйти и подышать свежим воздухом, сходить в магазин, бар… Да просто погулять. А тут… Круглые сутки одно и то же. Стены, иллюминаторы с космосом, да те же рожи каждый день. И так — четыре через восемь. И общая кают-компания со столиками. Хорошо, что десантура не с нами есть, а в своей зоне…
Уолберг покачал головой и снова оторвал взгляд от панели управления.
— Это нормально. К такому ритму привыкаешь. А через год-два уже и экипаж воспринимаешь не то чтобы семьей, но своими.
— Ага… Они ещё те ублюдки, но они наши ублюдки, — хмыкнула Натаци, — Как это знакомо… И как же от этого тошнит…
— Это жизнь, — пожал плечами механик, — Не яхта с бассейном и казино, но и не прозябание на заводе в какой-нибудь глуши.
— Я работала на ремонтном заводе, — покосилась Марка Ишу, — И меня всё устраивало.
Мужчина фыркнул, после чего, закончив проверку алгоритма работы верстака, нажал кнопку активации на интерактивном экране-иллюзии, и повернулся к своей собеседнице.
— Ты вообще осознаешь, что твоя прежняя жизнь закончилась? По твоим же словам, стоит тебе появиться в пространстве Федерации, как тебя ждёт камера.
— Осознаю, — буркнула Натаци.
— Тогда в чем дело? Или у тебя появились суицидальные наклонности?
Девушка с неприязнью покосилась на Уолберга и покачала головой.
— У тебя есть виски или бренди?
— Обойдешься, — усмехнулся механик, — До завершения ходовых испытаний на борту судна — сухой закон. Как и во время боевого выхода.
— У нас всё время боевой выход! — возмутилась девушка, — Моц берет контракты один за другим… Я тут четвертый месяц, а «Сын Фортуны» побывал в двух боях!
— И что? Это нормально. Мы же каперы.
Натаци вздохнула и поморщилась. Упоминать о том, что по пути в систему Статар «Сын Фортуны» совершил заход в Кал-Дергу, где Моц сдал местным воротилам, занимающимся киднеппингом, экипаж и пассажиров пассажирского транспортника, которых перед этим был перехвачен и взят на абордаж. Именно это и называлось культурным словом «каперство».
Вообще, фрегат «Сын Фортуны» сложно было охарактеризовать как-то однозначно. С одной стороны, он поддерживался экипажем и владельцем в полностью исправном состоянии. Моц старался не доводить судно до поломок, регулярно проводя обслуживания в условиях закрытого дока, а механики более чем дотошно подходили к своей работе. Однако, на фоне всего этого, назвать корабль идеальным тоже язык не поворачивался, поскольку «косметическая» составляющая тут была второстепенной. Не как в случае «Золотой Жилы», где ситуация дошла до откровенного обветшания, но… То и дело взгляд ремонтницы цеплялся за поцарапанную краску обшивки, вмятины на переборках, треснувшие рамки пультов управления дверями или иногда моргающие светильники… Таких примеров хватало.
Фрегат не был запущенным и не создавал атмосферу «корабля-призрака», но общее впечатление производил отталкивающее. Будто бы порядок тут наводят по остаточному принципу. В какой-то мере так и было. Инженерный отсек, помимо основной своей работы, занимался ещё и ремонтом брони и оружия, истребителей и абордажных ботов, поскольку в ангарах для ремонтных служб места не осталось — Селестин Моц полностью убрал их, для того, чтобы увеличить авиагруппу фрегата.
С дроидами на борту тоже всё оказалось… сложно.
Из-за того, что «Сын Фортуны», фактически, постоянно участвует в боевых
Между тем, Марк, настороженно покосившись на свою подчинённую, задумался. Мужчина, находясь с ней в постоянном контакте, неоднократно замечал странности в поведении девушки. И списать их на последствия пережитых потрясений не получалось. Уж что-что, а подобных вещей механик успел насмотреться за свою жизнь. Потому с каждым днём Натаци вызывала у него всё большее количество вопросов.
По мнения Уолберга, было в ней что-то фальшивое. Будто бы он не с живым человеком находился в одном помещении, а с роботом, имитирующим живое существо. Однако, он видел кровь девушки, когда та умудрялась порезаться, видел её слезы в первые дни на борту… Натаци — живой человек… На первый взгляд.
В какой-то момент Марк подумал было, что его подчинённая — клон, но затем отбросил эту мысль. Да, современные технологии позволяют вырастить полностью здорового взрослого человека, точную копию оригинала. Даже память можно имплантировать, но… Такой существо, из-за того, каким именно способом оно появилось, очень быстро состарится. Клоны, созданные по технологии экстренного роста, с такой же скоростью и умирают. Чтобы избежать этого, требуется проводить дорогостоящие курсы гармональной и генетической терапии. А ими занимаются далеко не на каждом углу, а лишь в нескольких системах, куда соваться клонированным существам не стоит в принципе — их без разговоров отправят в утилизатор.
Оставалась одна версия, которая могла объяснить странности, демонстрируемые Натаци. Шпионаж. То есть, как предположил Уолберг, Ишу может быть совершенно другим человеком, которому сделали пластическую операцию и отправили в нейтральный космос. Например, внедриться в криминальный мир. От сюда могут быть и те нюансы в её поведении, что вызвали подозрения механика.
Естественно, Марк своими наблюдениями и выводами поделился со стармехом, а тот не забыл доложить капитану и командиру «палубной команды». Это несколько успокоило Уолберга, но не избавило от напряжения и опасения поворачиваться спиной к Натаци. Из-за этого парень и пытался выяснить истинную причину желания девушки побывать на планете Статар-16. Ответ о покупках ему категорически не понравился. Либо Ишу соврала о реальной цели и новый АИП ей вообще не нужен, либо… Речь вообще не о походе по магазина, а «нужные устройства» ей попросту передадут и они будут не простыми, а с особыми возможностями, благодаря которым на борту фрегата можно провести диверсию.