Старые деньги

Чайка Мирослава

– Извини, Камиль, но так не пойдет, – прошептал смущенно Егор, – в коттедже моя девушка, боюсь, она неправильно поймет, если мы придем с тобой, держась за руки.

Камиль пристыженно прикусила нижнюю губу, тут же отдернула руку и покраснела, да так сильно, что можно было подумать, что ее ошпарили кипятком.

– Ладно тебе, не бойся, я постараюсь быть рядом, а ты сиди и помалкивай.

Просторная гостиная встретила Камиль теплом огромного камина, запахом дорогих духов, смешавшихся с парами алкоголя, и ярким светом старинной люстры из цветного стекла. Около двадцати громко беседующих

молодых людей сидели за массивным дубовым столом, заставленным яствами, которые Камиль видела только по телевизору. Экзотические фрукты, черная икра, устрицы, запеченные рыбины с плавниками, похожими на веер, и сыр с плесенью, источающий невероятно резкий запах, – все оставалось на столе практически нетронутым. Уставшие от ресторанных блюд, гости Кира хотели по-настоящему расслабиться, а значит, сбросить маски, забыть о приличиях, выпить лишнего и отведать простой еды, поэтому все с нетерпением ждали шашлык от Егора.

Однако изысканные кушанья удивили Камиль значительно меньше, чем стоявшая в центре стола среди посуды гипсовая скульптура мужчины, казавшаяся довольно странной. У нее не было ни рук, ни ног и даже головы. Гости называли эту скульптуру торсом – не то Бельведерским, не то Вилветерским, девушка не смогла точно понять, поскольку появление Егора с шашлыком вызвало волну радостных возгласов и на какое-то время про гипсовый торс забыли. Но не прошло и десяти минут, как хозяин дома предложил тост:

– Ну что, господа, выпьем за мою победу в конкурсе, ура!

Молодые люди начали чокаться тончайшими фужерами вперемешку с бумажными стаканчиками, зашумели, вставая и обнимая Кира, или Сухого (как большинство звали хозяина дома, но не столько потому, что носил он фамилию Сухарев, а скорее оттого, что он был высокий и худощавый, как засохший тополь в выжженной пустыне). Но не успели веселые студенты осушить бокалы, как послышался голос темноволосой девушки с иностранным акцентом:

– Если бы Лео участвовал в конкурсе, то неизвестно, кто бы выиграл.

– С чего это?! – недовольно вскрикнул хозяин дома, и брови его взметнулись вверх, словно испуганные птицы. – Ты вообще на чьей стороне, дорогая?

– Я всегда на стороне искусства, caro! И я видела новые работы Лео.

– Да ну?

– Я была у него в мастерской, – заявила иностранка с красивым именем Симона и откинулась на спинку стула, надменно уставившись на разволновавшегося Сухого.

– Это за какие такие заслуги тебе позволили туда попасть? Лео держит ее за семью замками.

– Ясно за какие! – послышался неприятный голос Железяки.

– Захлопнись! – резко оборвал друга Сухой.

Камиль в это время грызла яблоко, но оно показалось кислым и жестким. Разговор о Лео ее почему-то взволновал, будто это говорили о ней самой. А девушка, которая якобы была вхожа в его мастерскую, и неоднозначные намеки на то, что у нее с Лео могла быть связь, и вовсе вывели Камиль из состояния равновесия.

– С каких пор вы с Лео так сблизились, дорогая? – нервно шевеля желваками, поинтересовался Кир.

– А ты что, как это по-русски, завидуешь, то есть ревнуешь? Ко мне или к его таланту? – девушка заливисто рассмеялась. – А может, вы все злитесь, что он держит вас на расстоянии, потому что его семья – old money,

а нувориши и «старые деньги» никогда не станут друзьями.

– Не ломай комедию, Симона, по-моему, Лео просто струсил, – ехидно заговорил Сухой, порывисто приближаясь к иностранке. – Он прекрасно знал, что сегодня мы проводим ритуал, и где он? Вот скажи, piccola, ты его видишь? Нет. Вот и я не вижу нашего безупречного Лео.

В ответ иностранка метнула взгляд на Камиль и, еле шевеля губами, прошептала: «Ты что, забыл? С нами непосвященная».

– Пусть привыкает, ей от нас уже никуда не деться, – надменно процедил Кир и в сердцах выплеснул остатки вина на свою скульптуру, – никому из вас уже никуда не деться! – гаркнул он напоследок, заставляя Камиль, да и всех остальных вжаться в кресла.

Камиль еще раз проверила, ловит ли интернет, но тщетно. «Чертов Лео, – шептала она, – как он мог втянуть меня во все это!» Она нервничала, бегая взглядом то на смуглую, тонкую и юркую, похожую на соболь Симону, то на старинные напольные часы. Каждые полчаса на посеребренном диске из-за циферблата выезжала фигурка принцессы, за ней принца, а следом за ними появлялась жуткая смерть с косой в руках. Это зрелище выглядело увлекательным и шокирующим одновременно. Камиль поежилась, проверяя заточенную щепку в волосах.

«Скорее бы наступило утро, – думала Камиль, снова переводя взгляд на Симону – у нее была ровно остриженная челка и сияющая кожа, она коверкала слова и смотрела на окружающих свысока. – Неужели именно такие девушки нравятся Лео?» – рассуждала Камиль сама с собой так, что не заметила, как молодые люди, заговорщически переглядываясь, стали подниматься со своих мест.

Только когда с правой стороны от камина открылась потаенная дверь и парни, как-то странно приложив руку к груди, начали исчезать за ней, Камиль прислушалась к разговорам в комнате. Она надеялась, что девушки, оставшиеся сидеть на своих местах, будут шушукаться о происходящем. Но они продолжали вальяжно потягивать коктейли, обсуждая предстоящую сессию, делая вид, что ничего странного не произошло, а Камиль и вовсе не существует.

– Куда это парни исчезли? – нагнувшись к самому уху подружки Егора, не удержавшись, прошептала Камиль, метнув вопросительный взгляд в сторону камина.

Она всегда трудно сходилась с людьми, но сейчас, решив, что у Егора должна быть такая же добрая девушка, как и он сам, Камиль попыталась с ней сблизиться. Девушка исподлобья посмотрела на провинциалку, почему-то натянувшую свитер ее парня, и нехотя процедила сквозь зубы:

– А тебе какое дело? У мужчин свои прихоти. Нас это не касается.

И как Камиль ни старалась утолить свое любопытство, никто ни словом, ни делом не пролил свет на происходящее. Только спустя час гостиная Сухаревых вновь наполнилась смехом, звоном посуды и веселыми студенческими анекдотами. Все вечеринки, по мнению Камиль, должны были заканчиваться танцами или по крайней мере игрой в карты. Компания, в которой вопреки своей воле оказалась она сегодня, тоже решила перед сном развлечься, но довольно изощренным способом. Гости собрались вокруг стола, предварительно убрав с него все, кроме алкоголя, и Сухой повалил одну бутылку на бок.