Станешь моей
Шрифт:
— Пожалуйста, проходите! — она приглашает меня присесть, разворачивая кресло.
Я неуверенно сажусь и снимаю капюшон.
— Кончики подровнять? — спрашивает девушка, рассматривая мои длинные каштановые волосы.
Я молчу несколько секунд, а затем отвечаю:
— Нет, мне нужна очень короткая стрижка.
Замечаю рядом на столике журнал, на котором изображена Шарлиз Терон со стрижкой под каре. Я показываю на фото девушке.
— Вот такую, пожалуйста.
Девушка вытаращивает глаза.
— Вы смелая! Такие шикарные волосы! И не жалко?
— Нет…
Честно говоря, мне очень жаль. Хотя я всегда мечтала о такой короткой стрижке, но знала, что никогда не решусь на неё. Кто бы мог подумать, что к кардинальным переменам меня подтолкнут такие обстоятельства.
— А вы можете так же осветлить меня на пару тонов?
— Да, без проблем! — отвечает девушка, взяв в руки ножницы.
Спустя пару часов из зеркала на меня смотрит светло-русая девушка с короткими волосами. Получается неплохо, а главное — это увеличивает мои шансы стать не такой узнаваемой. Выйдя из парикмахерской, отправляюсь на поиски магазина.
Спустя некоторое время я становлюсь обладательницей кнопочного телефона с сим-картой, как только произношу, что я от Игоря. Это обходится мне в пять тысяч. Уже минус десять тысяч за сегодня. В итоге, у меня остаётся не так много денег, а у меня до сих пор нет никакого плана. Нужно было купить самую дешёвую краску и острые ножницы, а не идти в салон. Глупая Катя.
Я сажусь на скамейку, держа телефон в руках. Теперь нужно понять кому звонить. Номера Кирилла, точнее Миши, я не помню. Жаль, что не могу с ними связаться. Это сразу бы решило все мои проблемы. Кирилл помог бы мне залечь на дно и спрятал от Макса. Макс… Даже от имени бросает в дрожь. Я надеюсь, что больше никогда не увижу и не услышу этого человека. Он больной. Ненормальный. Помешанный. Я готова бежать на край земли лишь бы не пересекаться с ним. Не слышать его надменную речь и не ощущать на себе его прикосновения.
Встряхиваю головой, прогоняя видения. Даже вспоминать не буду. От этого становится лишь страшнее.
Звонить маме — опасно. Не хочу подвергать её риску. Да и впутывать в это дело её смысла нет. В полицию тоже бесполезно, так как всё взаимосвязано. Что мне делать? Получается даже не у кого просить помощи…
Я вспоминаю еще один номер, который знаю наизусть и, наверное, никогда не забуду. Может это и плохая идея, но всё же. Выбора у меня нет.
— Алё! — я слышу звонкий и такой знакомый голос, что сердце даже на секунду замирает.
— Привет… — тихо произношу я.
Тишина в трубке меня не удивляет. Наверное, я слишком многого хочу…
— Привет… — следует ответ, когда я уже почти уверена, что меня пошлют к чёрту.
— Узнал? — задаю глупый вопрос, краснея так сильно, словно он стоит рядом.
— Да, что ты хочешь? — тон официальный и холодный.
— Увидеться…
— Зачем? Ты вроде всё дала понять из последнего разговора, — нехотя отвечает он.
— Я бы не позвонила, если бы это было неважно…, — мямлю я. Становится противно самой от себя, и я решаю сразу перейти к сути. К тому же у меня нет времени на сантименты. — Как давно ты видел Дарину или общался с ней?
— Кого?! —
Я закрываю глаза и считаю до трёх.
— Хорошо. Через час жду тебя на нашем месте. Пожалуйста, никому ничего не говори! — быстро произношу я и кладу трубку, чтобы он не успел ничего ответить.
Ему я всегда могла и могу доверять. Стёпа… мой бывший… Он никогда не предавал меня. Не обижал, не делал больно. Всегда был рядом и в горе, и в радости. В отличие от меня…
Глава 5
Не думала, что наше первое общение после расставания произойдёт при таких обстоятельствах. Никогда не забуду его глаза, когда я говорила, что ухожу от него. Мы были вместе два долгих года. Но уже после первого я поняла, что не люблю, как нужно любить своего мужчину. Люблю как человека, как друга, как… Да как кого угодно, только не любовника.
Почему не могла сразу оставить его? До сих пор не могу ответить себе на этот вопрос. Он стал частью меня, родной душой в большом городе. А потом, внезапно, я поняла, что смогу уйти и найду в себе силы разорвать отношения. На тот момент я стала проводить очень много времени с Дариной, а Стёпе это не нравилось.
Последней каплей стал наш отпуск с ним. Стёпа долго копил деньги, чтобы показать мне море. Именно там, сидя на пляже, я поняла, что должна его отпустить. Он слишком хороший человек, чтобы быть с девушкой, которая видит в нём только друга.
И я, как полнейшая идиотка, даже не выйдя из аэропорта, выложила ему всё, как есть. Он не проронил ни слова. Долго смотрел на меня, а я плакала и повторяла: «Прости меня, прости! Я люблю тебя, но… прости…».
Он ушёл. Я чувствовала себя последней сволочью. Две недели я проплакала, а Дарина поддерживала меня, как могла. Я даже не могла подумать, что в дальнейшем она ещё покажет себя…
Теперь, сидя в одежде из секонд-хенда, с побитым лицом и содрогаясь от каждого звука, я задумываюсь: а может это карма? Я так поступила с любящим человеком, и вселенная наказывает меня.
Я вызываю такси, не возвращаясь в хостел. Через тридцать минут оказываюсь на месте. О нём знаем только мы. Это заброшенная лодочная станция на окраине города. Очень часто мы приходили сюда вечерами, или, когда кому-то из нас было грустно. Сидели часами, смотря на воду, молчали и наслаждались видом. Плюс в том, что людей здесь почти не бывает.
Я сажусь на проржавевшую перевернутую лодку и закрываю глаза. Ветрено. Я надеваю капюшон и застёгиваю толстовку. На секунду представляю себя ту, не знающую бед и тревог, ни от кого не убегавшую женщину. Женщину, любимую мужчиной, который был готов на всё. А теперь ничего этого нет.
Когда моё отчаяние достигает дна, передо мной возникает образ Кирилла. Его глаза, улыбка, идиотские шуточки, его губы, поцелуи…
— Катя?!
Мои мысли резко обрываются, и я оборачиваюсь. Стёпа. Чуть потрепанные темные волосы, зелёные глаза, которые смотрят на меня с укоризной.