Стань единственной
Шрифт:
— Кто вы? — Девушка была явно удивлена.
— Я его жена, — спокойно ответила Лиззи.
Это было почти правдой. Через несколько часов она станет его женой, а звонок незнакомки Элис вызывал стойкое желание заявить на Дэвида свои права, что она и сделала, раньше времени ею назвавшись.
— Это что, шутка? — Красотка (а Лиззи решила, что на другом конце провода красивая женщина) явно злилась. — Позовите Дэвида к телефону!
Лиззи уж было трусливо решила бросить трубку или отнести телефон в ванную комнату, но тут же передумала. Ей безумно надоело всех бояться, а уж тем более она не станет слушать какую-то
— Послушайте, я и не собиралась шутить, вам ясно? — сказала она твердо. — Дэвид сейчас принимает душ, поэтому я сообщу ему о вашем звонке в ближайшие… сорок минут.
— Да кто ты такая, чтобы... — начала Элис.
— Я. Его. Жена! — раздельно повторила Лиззи.
— Неделю назад, когда он трахал меня, у него не было жены, — прошипела стерва.
Горло сдавило железными тисками, желудок скрутился в узел, а перед глазами все поплыло.
— Пошла к черту, сучка! — выпалила Лиззи и нажала отбой.
«Неделю назад, когда он трахал...» Она отшвырнула от себя мобильник на другой конец кровати, как будто он заразный. В груди разлилась неприятная тяжесть. Лиззи со всей силы стукнула кулаком по подушке, но от этого не стало легче. Шесть дней! Шесть дней, как они снова вместе. «Неделю назад, когда он...» Она мысленно застонала. Это ужасно! Это мерзко! Отвратительно!
«Это было до тебя, — говорила она себе. — Пусть за один день, за два, или даже за несколько часов, но ДО тебя». Он был свободен, она же сама бросила его! Лиззи несколько раз вздохнула глубоко и постаралась успокоиться. «Даже не пытайся сбежать от меня снова!», «Я люблю тебя», «Я так скучал по тебе»... Воспоминания помогли немного прийти в себя.
«Если ты сейчас уйдешь от него, — сказала себе она, — ты будешь всю жизнь жалеть об этом! Если ты сейчас снова бросишь его перед свадьбой, ты навсегда закроешь эту дверь, и больше никогда он не примет тебя. Вдох-выдох. Раз, два, три, четыре...»
Она дышала глубоко, закрыв глаза, до тех пор, пока не досчитала до двадцати. Дэвид любит ее. Лиззи была уверена в этом на сто процентов. Дэвид счастлив с ней! Все, что было ДО — ее не касается. Сейчас Дэвид принадлежал ей, и она ни за что не откажется от него. Ни сегодня, ни завтра, никогда.
Лиззи взяла телефон, абсолютно спокойно удалила информацию о входящем вызове от «Элис» и положила его на тумбочку.
Ее жених вышел из ванной через минуту. Он был одет лишь в полотенце, обернутое вокруг бедер. Несколько капелек воды стекало по рельефному торсу, и ей захотелось слизнуть их. Дэвид взъерошил свои влажные волосы и улыбнулся.
— Доброе утро, детка.
— Доброе утро.
Он забрался в постель, не заботясь о том, что потерял полотенце по дороге, и поцеловал ее. Лиззи смутилась и отвела глаза, чем заставила его усмехнуться.
— Как спалось?
— Нормально.
— Ты какая-то бледная. — Дэвид с тревогой всмотрелся ей в лицо, и от его заботливости захотелось расплакаться. — Плохо себя чувствуешь?
— Нет. Просто немного не по себе. Сегодня особенный день.
— Волнуешься? — Он погладил ее по щеке.
— Да, есть немного.
— А я счастлив! Через пару часов ты станешь миссис Сандерс, и будешь принадлежать только мне!
Его глаза светились
— Что хочешь на завтрак?
— Не знаю. — Лиззи пожала плечами. — Наверное, кукурузных хлопьев будет достаточно.
— Тогда я пошел готовить завтрак. — Дэвид чмокнул ее в нос.
Не мужчина, а просто мечта какая-то! И стерве Элис он не достанется! Это ее мужчина, отец ее ребенка, ее муж! Да она выцарапает глаза любой сучке, посмевшей посягать на ее счастье! Сэм бы ее поддержала, решила Лиззи, направляясь в душ.
В ванной комнате приятно пахло его шампунем. Лиззи с удовольствием втянула влажный воздух и постояла так несколько секунд, прежде чем раздеться и зайти в душевую кабину. Каждый раз, принимая душ, она вспоминала их первую близость и то, как они вместе стояли под дождем теплой воды. Она была так смущена тогда, но он не позволил ей закрываться в своей раковине и дал понять, что ему нравится ее тело. Сейчас она уже преодолела барьер стеснения и могла спокойно заниматься с ним любовью при свете дня. Они делали это в постели, на диване, в душе, и даже на кухонном столе — ей нравилось везде, как и ему. Лежа, стоя, сидя, быстро, медленно, страстно, нежно, грубо — ей даже было страшно представить, что он делал это еще с кем-то, кроме нее. А он делал...
Лиззи понизила температуру воды, чтобы прочистить мозги. Сегодня Дэвид станет ее мужем, и будет принадлежать только ей. Ей одной.
Глава 16
«Орган — музыка для души», — подумала Лиззи, смахивая слезинку с щеки. Ничего прекраснее она в жизни не слышала. Полчаса назад, когда они приехали в Нотр-Дам, она и подумать не могла, что попадет на вечернюю службу. Совсем забыла, что сегодня воскресенье. Огромная толпа народа, снующего туда-сюда, не останавливалась ни на минуту, но даже равнодушные туристы прекратили свою болтовню, стараясь передвигаться тихо и не мешать прихожанам, поющим вместе с хором. Голоса хористов звучно переливались, накладываясь друг на друга, и уносились ввысь, согревая сердца.
— Это чудесно, — прошептала Лиззи.
— Я знал, что тебе понравится, — тихо сказал Дэвид.
Закатное солнце пропускало свои лучи сквозь разноцветные витражи, некоторые из которых до сих пор сохранили часть оригинального стекла. Несколько сотен лет. Подумать только. Она с благоговением взглянула на Западную розетку и в очередной раз восхитилась ее красотой.
— Спасибо, что показал мне это, — сказала она, когда они покинули Собор Парижской Богоматери и медленно побрели в сторону моста, пересекающего Сену.
Вот уже несколько дней они наслаждались красотами Парижа, бродя по узким улочкам, посещая достопримечательности и заглядывая в магазины. Лиззи впечатляло все! Но больше всего поразил Лувр. Она готова была часами стоять перед картинами Леонардо да Винчи, Тициана, Рафаэля и других, не менее прекрасных художников, впитывая в себя гениальность каждого мазка, и лишь усталость Дэвида, который еле держался на ногах после четырехчасового похода по залам музея, заставила ее прервать свое занятие.