Стань диким!

Хантер Эрин

Пятеро котов по узкому травяному ходу направились к выходу из лагеря. Львиное Сердце как раз возвращался с дозора.

— Счастливого пути! — промяукал он. Синяя Звезда кивнула.

— Я знаю, что оставляю лагерь в надежных лапах, — сказала она в ответ. Львиное Сердце посмотрел на Клубка и наклонился к нему.

— Помни, — сказал он, — ты уже почти воин. Не забывай, чему я тебя учил. Клубок посмотрел на Львиное Сердце преданным взглядом.

— Я ничего не забуду, Львиное Сердце, — промяукал он и потерся головой о золотистый бок могучего кота.

Они двинулись по знакомой тропе к Четырем Деревьям — кратчайший путь через территорию племени Ветра. За ней была Каменная Гора.

Спускаясь

на дно лощины к Великой Скале, Огонек учуял запахи ночного кошачьего собрания. Он прошел по зеленой лужайке и стал подниматься вверх по склону — там, на другом склоне оврага, была территория племени Ветра. Поросший кустарником склон, по которому они взбирались, становился все круче, все каменистей. Прыгая с уступа на уступ, в конце концов коты влезли на самый верх утеса.

Оказавшись на самой вершине, Огонек остановился передохнуть. Перед ними лежала плоская широкая равнина. Здесь дул порывистый ветер, пуская волны по зеленой траве и пригибая макушки деревьев. Почва здесь каменистая, и вся равнина была, как пятнами, усеяна огромными неровными валунами.

В воздухе еще чувствовался запах племени Ветра, но он был давний. Гораздо более свежими и тревожными были едкие метки, оставленные воинами Сумрачного племени.

— Все коты имеют равное право на свободный проход к Лунному Камню, но, кажется, Сумрачное племя больше не считается с воинским уставом, так что будьте бдительными, — предупредила Синяя Звезда. — Мы не должны охотиться на чужой территории. Мы будем соблюдать воинский устав, даже если Сумрачное племя его нарушает. И они зашагали по тропе, вьющейся меж кустиков вереска. Солнце тем временем поднялось высоко. Огонек привык жить под сенью деревьев. Сейчас над головой его не было спасительной тени, огненно-красная шубка его быстро нагрелась, вспотела, и спину его жгло, как огнем. Хорошо хоть сзади, со стороны леса, дул ветерок. Вдруг Коготь остановился как вкопанный.

— Осторожно! — прошипел он. — Чую дозорных Сумрачного племени. Огонек и другие путешественники задрали носы — и действительно, ветер донес до них запах воинов Сумрачного племени.

— Они с той стороны, откуда дует ветер. Мы можем продолжать путь — они все равно не почуют нашего присутствия, — сказала Синяя Звезда. — Но нужно спешить. Если они зайдут вперед, то нас заметят. До границы территории племени Ветра осталось совсем немного.

И они быстро пошли дальше, прыгая через большие камни, продираясь через душистый вереск. Огонек то и дело останавливался, нюхал воздух и оглядывался через плечо: не появились ли дозорные Сумрачного племени. Но постепенно запах становился все слабее и слабее. «Наверное, они повернули обратно», — подумал он с облегчением. В конце концов они добрались до края возвышенности. Здесь пейзаж резко менялся — Двуногие исковеркали землю до неузнаваемости. Широкие земляные тропы вдоль и поперек исполосовали зеленые и золотистые луга. Кое-где виднелись жалкие тощие рощицы, то тут, то там были разбросаны дома Двуногих. Издалека Огонек увидел знакомый широкий серый путь, и терпкий запах, принесенный ветром, обжег его горло.

— Это Гремящая Тропа? — спросил он Клубка.

— Да, — отвечал Клубок. — Она доходит сюда с территории Сумрачного племени. Видишь за ней Каменную Гору? Огонек посмотрел вдаль. Там вздыбленная, вся искромсанная земля конусом поднималась к небу, на ней ничего не росло.

— Мы что, должны перейти через Гремящую Тропу? — спросил он.

— Ага, — мяукнул Клубок. Голос его теперь звучал уверенно и строго, чуть ли не радостно: наконец-то им предстоит настоящее испытание!

— Идем! — мяукнула Синяя Звезда и рванула вперед. — Если не терять темпа, мы попадем туда прежде, чем взойдет луна. Огонек вместе со всеми последовал за ней: вниз по склону холма, все дальше от

унылых охотничьих угодий племени Ветра, на территорию Двуногих.

Держась близ изгородей, кошки продолжали путь. Пару раз Огонек почуял в кустах запах дичи, но травы Пестролистой не дали разыграться чувству голода. Солнце напекло спину, ему было жарко даже в тени живых изгородей. Они обошли дом Двуногих. Он находился на высокой плоской белой скале, а по краям скалы лепились домишками поменьше. Пригибаясь к земле, кошки дошли до забора, идущего вдоль белой скалы. Вдруг послышался лай и раздалось рычание — кошки завертелись на месте. Собаки! Сердце у Огонька бешено заколотилось. Он выгнул спину дугой, шерсть стала дыбом — от кончика носа до кончика хвоста. Коготь глянул в щелку забора.

— Все в порядке. Они привязаны! — шепнул он.

Огонек посмотрел и увидел двух собак, скребущих когтями камень. До них было не больше десяти хвостов. Они были совсем не похожи на тех неженок, которые обычно живут в садах у Двуногих. Эти зверюги смотрели на него дикими глазами убийц. Они вставали на дыбы и изо всех сил рвались из ошейников, рычали и лаяли, скалили зубы, пока голос невидимого Двуногого не утихомирил их. Кошки продолжили путь.

Когда они добрались до Гремящей Тропы, солнце уже клонилось к закату. Синяя Звезда знаком велела им остановиться и ждать под зеленой изгородью. Огонек сел и стал смотреть на снующих туда-сюда чудищ. От их вонючего дыма в глазах у него щипало, в горле першило.

— Будем переходить по одному, — мяукнул Коготь. — Горелый, ты первый.

— Нет, Коготь, — вмешалась Синяя Звезда. — Первой пойду я. Не забывай, ученики впервые будут переходить на ту сторону. Пусть сначала посмотрят, как это делается. Огонек не сводил глаз со своей предводительницы. Она подошла к краю Гремящей Тропы и огляделась по сторонам. Она терпеливо ждала, пока чудища одно за другим проносились мимо нее, взъерошивая ее шерстку. Потом, когда разрывающий уши рев на мгновение смолк, она рванулась вперед и перебежала на другую сторону.

— Теперь ты иди, Горелый. Ты понял, как это делается? — мяукнул Коготь.

Огонек видел, что глаза у Горелого стали огромными от страха. Он понимал, что чувствует его товарищ. Он чуял и собственный запах страха. Маленький кот подошел к краю тропы. На ней никого не было, но Горелый не решался сделать шаг.

— Иди! — зашипел Коготь из-под куста. Огонек видел, как Горелый напряг мышцы, приготовившись бежать. Потом земля под его лапами задрожала. Еще одно чудище пронеслось мимо. Черный кот отпрянул, но потом рванул через тропу — к Синей Звезде. Появилось новое чудище и промчалось в другую сторону, поднимая клубы пыли там, где только что ступали его лапы. Огонек почувствовал, что шерсть его дрожит, и глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.

Клубку повезло. Он пересек тропу без приключений, потому что на некоторое время наступило затишье. Настала очередь Огонька.

— Теперь ты, — прорычал Коготь. Огонек перевел глаза с Когтя на Гремящую Тропу, затем вышел из-под зеленой изгороди. На самом краю он задержался, как это делала Синяя Звезда. К нему с воем неслось очередное чудище. Огонек посмотрел на него и решил: «Вот после него и пойду». И стал ждать, когда оно пробежит. Вдруг сердце его сжалось в комок: он понял, что чудище свернуло с Гремящей Тропы и с грохотом скачет по траве. И несется прямо на него! Из отверстия в его боку выглядывал Двуногий и скалился. Огонек отпрыгнул, выпустив когти. Чудище с ревом промчалось в двух усах от его мордочки, едва не задев его, лишь обдав резким порывом ветра. Он съежился в пыли, весь дрожа, и смотрел, как оно, вновь свернув на ровную серую тропу, исчезает за горизонтом. Кровь еще звенела у него в ушах, но Огонек понял, что теперь путь свободен, и рванул вперед так быстро, как еще никогда не бегал.