Стальные волки Крейда
Шрифт:
– Как все это произошло? – я поднял руку, призывая к тишине подъехавших к нам первыми Айма и Сальту. Демоны при взгляде на меня подобрались, чувствуя, что что-то вдруг пошло не так, и целиком обратились в слух.
– Скорее всего, во сне, но… Я просто знаю, что госпожа приказала мне следовать за видящим.
– Так почему ты тогда поначалу не хотела со мной говорить?
– С чего бы мне с тобой говорить? Я вообще редко когда отрываюсь от работы. И если бы не твои слова о моем отце… А о поручении Кильфаты я вспомнила только в разговоре с тобой – это называется ментальной закладкой. Навык также проявился именно в тот момент.
– А
– Зачем, я не думала, что это так важно.
– Вы все! – перекрикивая рев Нергхала, рявкнул я на окруживших меня демонов. – Если кому-то из вас что-то поручит какой-нибудь бог, немедленно докладывайте об этом мне. Это важно!
– Прости, Черный, – видя мое состояние, опустила глаза даресса. – Я, наверное, дура…
– При чем тут это? Каждый из вас видит только кусочек от общей картины и не может сделать правильных выводов. Я тоже этого не могу, но я вижу больше вас, и потому мне легче принимать решения.
Видя побледневшие лица окруживших меня демонов, я вовремя вспомнил, что эмоциональные речи, произнесенные в боевой форме, несколько отличаются от обычных эмоциональных речей, и сбавил обороты.
– Ты же знаешь, Ваесса, что я по-другому вижу ваши умения? Так вот, твой навык… Он действует не только на выходцев из Серых пределов. Я не придал этому значения, но, если бы я знал, что это умение ты получила вместе с приказом следовать за мной, да еще сопоставил это с тем, что какая-то женщина зачем-то забрала из Хантарской библиотеки текст пророчества…
– То что бы ты сделал? Отказался от убийства этого ублюдка? – Ваесса подбородком ткнула в сторону размахивающего щупальцами Нергхала.
– Нет, но я бы поговорил с командиром хантарского войска. Похоже, что только он помнит текст пропавшей книги.
– Дар, а все-таки что произошло? – наконец не выдержал Эйнар. – Как по мне, так все идет шикарно. Мертвяки с собаками грохнут Пожирателя Душ, их добьем мы, заберем трофеи и уже вечером будем пировать в замке.
– Не все так гладко, – жестом остановил его я, – у нежити может не получиться, и у нас тогда останется только два варианта – уйти или все-таки попытаться доделать то, что не доделают скелеты.
– Так в чем вопрос. А мы же весь вечер вчера сбегались и разбегались. – Айм снял шлем, заглянул внутрь, будто пытаясь там что-то найти, поправил волосы и вопросительно посмотрел на меня. – Ты думаешь, мы за ночь все забыли?
– Я думаю, что малейшая ошибка может стоить нам всего, и мое решение будет зависеть от многих факторов. Я все сказал, – обведя подчиненных взглядом, напоследок рыкнул я, – не расслабляйтесь и смотрите за своими людьми. Любой попавший под щупальце идиот сделает нашу победу невозможной. Все свободны – находитесь с бойцами и ждите команды. Ваесса, ты не отходишь от меня ни на шаг и еще раз пытаешься вспомнить все о воле твоей госпожи.
Нет ничего хуже, чем ждать и догонять, и следующие полтора часа превратились для меня в самые кошмарные полтора часа, проведенные в Мире Аркона, за исключением, пожалуй, моего в нем появления. Все было нормально ровно до того момента, как умерла Карса. Случилось это на шестьдесят четвертой с начала боя минуте, и после этого никем не удерживаемый Пожиратель Душ принялся методично уничтожать окружившую его нежить. А если учесть, что до смерти главной костяной гончей Нергхал уже поделил на ноль около четверти замкового гарнизона, я прекрасно понимал, что добивать Тварь
Бассейн с десятиметровой вышки кажется таким маленьким…
– Сотня! – Я поднимаюсь в стременах, чувствуя, как напряглись заранее построенные за моей спиной соклановцы. – В атаку, галопом, м-марш! – и под раздавшийся под багровыми небесами волчий вой с места ухожу в рывок, на ходу оборачиваясь в боевую форму. Ярость привычно поднимается из глубин сознания, но в этот раз я ее выпускаю наружу. В прорезях шлема свистит ветер, на кончике копья увеличивающаяся туша шестирукой твари. – Ваесса, давай! – ору я и, сбив одного из все еще остающихся на ногах скелетов, врубаю единство с яростью Преисподней одновременно.
Копье входит Нергхалу под левую лопатку, а врезавшийся ему под колено Мрак заставляет тварь пошатнуться. Крит! Почти шесть миллионов! Некисло я так разожрался, что даже с учетом трехкратной разницы в уровнях вылетают такие чудовищные числа! Рев Нергхала практически оглушает меня, от вони, исходящей от чудовища и лежащих вокруг трупов, желудок прыгает к горлу, но ярость наконец вырывается из глубин сознания окончательно, смывая все неприятные ощущения.
Лорд отбрасывает в сторону разорванное напополам тело последнего рыцаря смерти и начинает поворачиваться в мою сторону, но тут в его бок с грохотом влетают догнавшие меня гейтары. Шкура чудовища расцветает вспышками добивающих выстрелов лучников и магов, занявших свои позиции, а вокруг отвратительной морды появляется серая дымка. Навык Ваессы сработал!
– Кильфата! Шлюха! Ты где?! Второй раз у тебя не получится! – ревет Великий Лорд Тьмы и наносит по мне удар сразу четырьмя щупальцами.
Одно из них прилетает по Мраку, другое я ловлю на щит, но два с лязгом бьют в правое плечо и бедро, едва не выбив меня из седла. Дыхание перехватывает от нечеловеческой боли, здоровье улетает в желтый сектор, но боль, смытая прилетевшим в меня лечением, проходит практически мгновенно. Меч языком пламени с громким шипением пробивает отвратительную, истекающую гноем шкуру, ледяной клинок следом оставляет на ней голубой росчерк, а системный лог сообщает, что босс к заморозке иммунен.
– Ты со своим хозяином слишком заигрался в богов, щенок, – негромкий насмешливый голос, кажется, звучит отовсюду. Он перекрывает звон стали, висящий над долиной волчий вой и рев избиваемого чудовища. – Ты забыл, о чем я тебя предупреждала?
Очередной удар Нергхала прилетает мне в грудь – я отвечаю, пытаясь понять, откуда идет этот голос. Кому он принадлежит, я знаю. Ваесса! Мельком замечаю, что дочь некроманта в десяти метрах позади меня поднялась в стременах на застывшем, словно статуя, коне и, разведя в стороны руки, смотрит на чудовище горящими голубым светом глазами. Вот и богиня смерти пожаловала! «Лучше бы помогла, право», – мелькает у меня в голове мысль, и я заставляю кабана пятиться под мощными ударами чудовищных щупалец.