Стальные волки Крейда
Шрифт:
– Зачем ты все это мне говоришь?
– Ваесса дар Луан – дочь мертвого магистра. Ты ведь собираешься ее навестить?
– И что?
– Когда ты спросил меня про нее, там, в пещере, я не сказал тебе всего. Моя мать знала ее. Можно сказать, что они были подругами. Как ты думаешь, кто меня учил алхимии?
– Ну да, – хмыкнул я, вспоминая, как ловко Риис своим скальпелем разделывает куски трупов.
– Мне она не скажет. Скорее всего, мать взяла с нее обещание, а вот ты, думаю, можешь узнать.
– Зачем тебе это нужно? Ты ведь столько времени жил без отца.
– Никаких претензий у меня к нему нет, –
Вам доступно задание «Поиск отца – I».
Тип задания: уникальное.
Узнайте у Ваессы дар Луан информацию об отце Рииса.
Награда: опыт; неизвестно.
– Хорошо, я попробую узнать, но ничего не обещаю.
– Не надо ничего обещать, – вздохнул демон, – спасибо. А насчет «Колокольчика» ты подумай. Хантара, конечно, не Ниттал, но девчонки там – отменные.
Забавно, похоже на какой-то дешевый бразильский сериал. Впрочем, опыта много не бывает, да и обижать парня не хотелось, мне ведь ничего не стоит спросить об этом у дочери погибшего магистра.
– Впереди конные! Около полусотни! Видимо, дальний разъезд из Хантары, – в канале рейда доложил Ивар, командир группы разведчиков.
– Возвращайтесь назад, – приказал им я. – Риис, поехали вперед, Джейс, давай с нами, – я тронул пятками бока Машки и направил ее к голове колонны.
Как только вернулись разведчики, на дороге показались всадники, направляющиеся в нашу сторону. Впереди скакали трое, следом еще десятка три-четыре. Все одеты в кольчужную броню, в руках короткие копья, за спинами луки. На всех бело-голубые плащи – цвета сатрапа Хантары.
Конский топот придвинулся вплотную, я выдвинулся на лошади вперед и, подняв вверх руку, приказал каравану остановиться. Всадник, вырвавшийся вперед, повторил мой жест, и конные позади него натянули поводья и образовали на нашем пути некое подобие полукруга, расположившись так, чтобы в случае чего не мешать друг другу при стрельбе. Впрочем, никакой агрессии они не проявляли.
У командира отряда был мощный подбородок, глубоко посаженные зеленые глаза и короткие светлые волосы. На вид ему было около тридцати – тридцати пяти лет. Он снял шлем и, держа его в левой руке, внимательно посмотрел на меня, потом перевел взгляд левее, и его брови поползли наверх.
– Джейс? – выдохнул он. – Ты же в Фароте остался.
– Да что там делать? – губы Эйнара расползлись в широкой улыбке. – Стареешь, Торгвар, раньше ты меня быстрее узнавал.
– А нежить-то где? – тифлинг словно не услышал ответа.
– Там где и должна быть – в Серых пределах. – Видя непонимание в глазах собеседника, Эйнар сжалился и пояснил: – Нет больше той полутысячи. Можешь сказать Элиасу, что потехи не будет, – он ведь между холмов встал?
– Да, – машинально кивнул Торгвар, – за стенами ждать смысла нет, около города уже тысяч пять беженцев. Пока всех загонишь, пока разместишь… Ваши утром прошли последние. – Он перевел взгляд на меня и кивнул: – Простите, дар, все настолько неожиданно. Я
– Криан, командир Стальных Волков, – представился я. – Вы доложите сатрапу Горму о моем прибытии?
– Да, конечно, я сейчас же отправлю голубя – вас встретят у ворот.
Тифлинг обернулся к своим и приказал освободить дорогу. Конные подались в стороны, освобождая место, и я, поблагодарив Торгвара и попрощавшись с ним, приказал каравану двигаться дальше.
Остаток дороги я провел, разговаривая с Шеном о том, что именно нужно держать в клановом хранилище и в каком количестве. Бывший трактирщик оказался вполне себе сообразительным парнем, порядок цен и ассортимент у торговцев Хантары он знал наизусть, так что к концу разговора я был бесконечно рад такому ценному приобретению. Единственным минусом стало то, что редкие предметы, выбитые за последний месяц в княжестве, дороже пятидесяти золотых за штуку мы не продадим. В то время как их цена наверху до обновления была в десять-двадцать раз больше.
Не знаю, что сейчас происходит на Карне. Быть может, цены сильно упали, ведь с теми болевыми ощущениями, которые появились в мире после последнего обновления, количество приключенцев наверху, думаю, заметно сократилось. Запас карман не тянет – я дал указание Шену не продавать редкие вещи. Деньги у нас пока есть, да и на продажу отложено столько, что тут и за месяц не разгрести.
Как хорошо было в подобных играх раньше: у любого торговца всегда имелся бесконечный запас денег, и скупал он все подряд. В последние годы ситуация изменилась. В игре по-прежнему торговать легче, чем в реале, но просто так, одним махом ты свой хлам никому не скинешь. Без проблем скупают только ресурсы, а все остальное должно быть действительно востребовано. Поэтому из почти тысячи необычных предметов, скопившихся в клановом хранилище, хорошо бы нам продать хотя бы треть. Остальное на разбор – в клане теперь есть два зачарователя, которые могут разбирать предметы необычного и выше классов на ингредиенты, необходимые для последующего нанесения зачарований на оружие и броню. Заодно и навыки свои поднимут.
Примерно через три часа после встречи с разъездом Торгвара караван проехал узкое укрепленное место между двумя высокими холмами, в котором полутысячу нежити ожидало хантарское войско.
Наш отряд встречали приветственными криками. Видимо, новость об уничтоженном отряде из Суоны уже дошла до рядовых солдат, а может, просто потому, что в хантарском войске хорошо относились к калезцам. Думаю, все знали о том, что Эйнар остался в Фароте прикрывать отступающих беженцев, у которых в войске Хантары служили родственники.
На мой дилетантский взгляд, в армии было около полутора тысяч человек. Магов и конных мало, в основном пехота и лучники. Солдаты занимались своими обыденными делами: кто-то стоял в оцеплении, кто-то готовил пищу, кто-то просто сидел на земле, но по всему было видно, что армия уходит. Первые сотни уже потянулись в сторону недалекого города.
– Дар Криан, дар Эйнар, командующий просит вас проследовать к нему, – молодой черноволосый тифлинг, совсем еще мальчишка с яркими голубыми глазами и открытым лицом, которого сопровождали два всадника, старался выглядеть серьезно, но было видно, что он едва сдерживает радостную улыбку.