Стальное жало

Автор неизвестен

— Пожалуйста, мистер Пинкертон, приказывайте! — проговорил фабрикант, все еще не опомнившийся от испуга.

Нат Пинкертон стал объяснять свой план Бёрнсу, после чего фабрикант, вместе с Бобом Руландом, вышел из конторы и направился через двор, в свою квартиру. Когда, минуть черев пятнадцать, он вернулся на свое место, Ната Пинкертона в конторе уже не было…

— Мистер Клоуд — владелец

железных копей, желает переговорить с вами! — почтительно доложил тот же клерк, который объявил патрону и о приходе сыщика.

— Просите! — коротко приказал Бёрнс.

В комнату вошел молодой человек, лет 30-ти, блондин, в безукоризненно сшитом смокинге, с цилиндром в одной руки и массивной тростью в другой.

— Имею честь видеть мистера Бёрнса, фабриканта железных изделий? — вежливо осведомился он.

— Да, это я! Прошу покорно садиться, мистер Клоуд. Чем могу служить?

— Видите ли, мистер Бёрнс, — начал владелец копей. — Я имею богатые железом… Впрочем, вы позволите закурить мне сигару?

— Пожалуйста, сделайте одолжение, — любезно согласился хозяин, но ящика с сига рами не протянул, а ограничился тем, что кивком головы указал на него. — Вот, прошу!

Мистер Клоуд удивленно взглянул на фабриканта, но, все же, вынул сам сигару из стоявшего на столе ящика.

— Я владелец богатых копей железа, мистер Бёрнс! Зная, что ваши заводы принадлежат к числу самых богатых учреждений этого рода, мне хотелось бы завязать с вами постоянные деловые сношения. Кстати, не помните ли вы, в каком количестве тонн была последняя поставка вам железа?

— 10.000 тонн, мистер Клоуд, — послышался ответ фабриканта.

— Да, ведь, это прямо таки, прекрасно! — радостно воскликнул мистер Клоуд, и, должно быть, от радостного волнения, вскочил с места, и начал ходить по комнате. — 10.000 тонн — это почти полная выработка моих копей. Я с удовольствием скину 12% против ваших теперешних поставщиков… Ах! — вдруг перебил он сам себя, — какая прелестная картина висит у вас там, сзади, мистер Бёрнс. Это вероятно, с последней вы ставки?

Говоря это, он зашел сзади, за кресло мистера Бёрнса продолжавшего невозмутимо сидеть на своем месте.

Размаривая картину, мистер Клоуд положил свою правую руку на спинку кресла

хозяина.

Прошло минуты две… Вдруг раздался страшный крик мистера Клоуда, и вслед за этим металлический голос:

— Ваша игра проиграна, мистер Клоуд, или вернее, мистер Роунет! Игла «Невидимки» прекратит теперь свою адскую работу! Боб, надень негодяю наручники, пока я держу его за руки!

Мнимый Бёрнс быстро выскочил из-за стола, раздался сухой треск, и вслед затем голос великого сыщика:

— Так. Неправда ли, вы не ожидали, что за этой портьерой сидит тот самый Нат Пинкертон, которого вы оставили в такой оригинальной обстановке? Что делать? Так всегда бывает с людьми, разбрасывающими по столу записки с перечислением намеченных жертв!

Циничное проклятие сорвалось с уст негодяя, а глаза его, с выражением ненависти, впились в холодное лицо сыщика.

— Проклятый! — проскрежетал убийца. — Сам сатана спасает тебя!

— Немного помог и мой свисток для укрощения змей, любезный Роунет! — насмешливо отозвался Нат Пинкертон. — Однако! Тюрьма давно ждет тебя. Марш вперед, и помни, что малейшая попытка к бегству будет стоить тебе жизни!

Вынув револьвер, великан сыщик направил его на пленника, и указал ему на дверь. Послав последнее проклятие, преступник пошел к выходу, сопровождаемый обоими сыщиками.

Обыск, произведенный на квартире преступника на Полнер-стрит, дал возможность вернуть наследникам несчастных жертв «Невидимки» все похищенные последним деньги и драгоценности: они лежали в несгораемом шкафу, находившемся в квартире негодяя. Домик на Полнер-стрит был очищен от его ужасных обитательниц Натом Пинкертоном и его помощником: разобрав крышу и потолок, отважные сыщики, несколькими меткими выстрелами убили змей и, таким образом дали возможность войти в комнату следственным властям… Маленький шприц, отобранный у Роунета в квартире Бёрнса, оказался наполненным тем ядом, который и предполагал великий сыщик.

Преступления были чересчур тяжелы для того, чтобы присяжные могли вынести «Невидимке» мягкий приговор: он был приговорен к смертной казни, и вскоре покончил свою преступную жизнь на электрическом стуле.