СТАЛИНИАДА

Борев Юрий Борисович

Летописное начало сказывается и в том, что в этой книге важен не только сам Сталин, но особенно Сталин, развернутый в отношениях с людьми, и люди, преломляющие и воплощающие в своих поступках и своей судьбе эти отношения, и эпоха, обнимающая все и всех их, и поскольку тиран существует как властитель до тех пор, пока окружающие относятся к нему, как подданные, постольку эта книга в известном смысле не о Сталине, а о тех людях, которые его создавали, и о тех, которых он создал, и о тех, кто ему покорился, и о тех, кто был им сломлен, и о тех, кто с ним боролся, и о тех, кто был им убит, и о тех, кто раскрыл его историческую

несостоятельность, но не победил его в себе, и, наконец, о тех, кто его исторически преодолел. Эта книга о нашем прошлом, уходящем в еще более далекое прошлое и участвующем в формировании нашей современности, и устремленном к ней, и рвущемся в грядущее.

Существует легенда о царе Мидасе, не оценившем музыкального гения Аполлона. В отмщение Аполлон наградил царя ослиными ушами. Мидас тщательно скрывал их от подданных. Единственный человек, которому под страхом смерти была доверена тайна царского позора, был его брадобрей. Однако нести в одиночку тяжкий груз этой тайны оказалось брадобрею не под силу. Тогда он отправился в поле, вырыл там ямку и сказал в нее: "У царя Мидаса ослиные уши". Жить ему стало легче, но вскоре на этом месте вырос тростник. Он шелестел на ветру: "У царя Мидаса ослиные уши", а ветер разнес эту тайну по миру.

Десятилетия я собирал эти притчи и зарывал их в «ямку». Пусть теперь выросший тростник шумит на ветрах эпохи и рассказывает правду о сталинщине. Для Паскаля человек — мыслящий тростник. Как хрупко это растение и как упрямо живуче. Никаким террором не удалось лишить его свободомыслия. Эти предания — еще одно тому доказательство.

I ПОРТРЕТ ВОЖДЯ

— Папа, кто такой Сталин?

— Наш вождь.

— А я думал, вожди бывают только у дикарей…

Ю. Б о р е в. Земля — воздух

Ни единый человек не сознался, что ничего не видит, никто не хотел признаться, что он глуп или сидит не на своем месте. Ни одно платье короля не вызывало еще таких восторгов.

— Да ведь он голый! — закричал вдруг какой-то маленький мальчик…

— Да ведь он совсем голый!.. — закричал наконец весь народ.

Г. X. А н д е р с е н. Новое платье короля

Не судьба

Мать перед смертью сказала о Сталине: "Жаль, что он не стал священником".

* * *

Принимая грузинскую знать, мать Сталина говорила: во старший (умерший) сын, тот был человеком.

Краткие характеристики

Шолохов о Сталине: "Ходит, улыбается, а глаз кактигра".

Троцкий: "Сталин — самая выдающаяся посредственность". Бухарин называл Сталина: "Чингиз-Хан, прочитавши Маркса".

Крестинский: "Много горя принесет этот человек с тигриными глазами".

Внешний облик

Сталин был низкого роста (169 см.). Когда он стоял на Мавзолее, под ноги ему ставили маленькую скамеечку, и он оказывался вровень с соратниками. Невысокие люди часто страдают комплексом неполноценности и нуждаются в самоутверждении. Лицо было в оспинках (телохранители называли Сталина "Рябой"). Верхняя губа — впалая, нижняя выдавалась вперед. В последние два года одна рука у него не действовала после

инсульта.

Раздражение Сталина выражалось в том, что во время пауз в разговоре он ходил быстрее обычного. Ходил он не поднимая головы. Голос был глуховат.

Психофизиологический портрет

Ученые проделали эксперимент: клетка разделена на две секции; в одной — кормушка, в другой — электрошоковая сетка, покрывающая пол. Крыса, которая ест из кормушки в одной части клетки, замыкает цепь и вызывает электрошок и мучения у другой крысы, находящейся в отгороженной части клетки. Выяснилось, что группа крыс — «альтруисты» — даже умирая от голода не может подвергнуть своих сородичей мучениям. Вторая группа — «садисты» — получает удовольствие от еды под аккомпанемент мучимой током соседки. Третья группа — «болото» — не теряет аппетит, причиняя страдания другим, но переходит в «альтруисты», побывав на месте жертвы. Четвертая группа — "эгоцентрические садисты" — даже перенеся истязания, сохраняют жестокие наклонности. Это все имеет биологический смысл: природа страхует себя и на любой случай готовит вариант, способный обеспечить выживание популяции.

Деспоты, и Сталин в их числе, обладают социальной функцией, восходящей на биологическом уровне к "эгоцентрическим садистам". Тиран — всегда крыса с садистскими наклонностями.

Психологический портрет

Сталин был недоверчив. Бдительность, к которой он всегда призывал народ, в его сознании переродилась во всеобщую подозрительность. Единственная информация, которой он доверял без проверки, — это сведения, порочащие кого-либо. И чем ближе к нему человек, тем убедительнее для Сталина отрицательная информация о нем.

Сталин говорил: "Поскольку впасть в моих руках — я постепеновец".

Терпеливо, с маниакальной последовательностью и целеустремленностью, с волей, перераставшей в фанатическое упрямство, Сталин шел к своей цели.

Он подминал под себя людей и ломал их волю. Ему не были нужны ни друзья, ни советчики, а только исполнители его указаний. Удел даже соратников Сталина рабское подчинение его мнению.

Не обладая большой культурой, Сталин не любил интеллигентность.

Светочами науки для него были Стаханов и Лысенко, а подлинные гении биолог Вавилов или ученый-энциклопедист Флоренский лжеучеными. Его социальное мышление феодально-бюрократично: жители сталинской империи являлись для ее главы крепостными или винтиками большого государственного механизма. Как всякий крепостник, он считал себя вправе распоряжаться жизнью своих подданных.

Небогатый культурно-мыслительный материал, который он почерпнул из непродолжительной учебы, скудного чтения и долгого вращения в среде культурных и полукультурных людей, окостенел в его сознании и превратился в непререкаемые догмы. Рассуждения его логичны, но это формальная логика, не отражающая жизнь в ее сложности. Не случайно в конце 40-х годов Сталин велел опубликовать дореволюционный учебник Челпанова по формальной логике. Примитивная мысль Сталина, опиравшаяся, к тому же, на проповедническую традицию. Усвоенную им в семинарии, была понятна и близка массовому сознанию. Это облегчало восхождение Сталина на пьедестал вождя народа. Теоретически не развитый, но проницательный Ум Сталина усиливался его волей, терпением и хитростью, сочетавшейся с вероломством.