Сталин
Шрифт:
Согласно многим данным, военные готовили переворот. Об этом было предупреждено английское посольство.
Однако вместо переворота начались стихийные демонстрации, вызванные перебоями в снабжении хлебом. Эти выступления еще не были опасны для власти, но к ним подключился комитет РСДРП Выборгской стороны, призвав к всеобщей забастовке. На улицах зазвучали лозунги: «Долой самодержавие!», «Долой войну!» Появились первые убитые. Неожиданно одна из рот запасного батальона Павловского полка открыла стрельбу по войскам, разгонявшим толпу. На следующее утро восстал запасный батальон Волынского
Столицу захватила стихия, в которой были только два организованных островка — сразу возникший Совет рабочих и солдатских депутатов и Дума.
Совет стал самоорганизовываться после освобождения из тюрьмы солдатами «рабочей группы» Военно-промышленного комитета, арестованной вслед за убийством Распутина.
Совет и Дума представляли две силы — социалистов, социал-демократов, с одной стороны, и либералов — с другой.
Могла ли коронная власть предвосхитить смуту?
Как пишет один из участников Прогрессивного блока В. И. Гурко, «солдатские бунты возникали почти во всех государствах, принимающих участие в войне. Правительства западных государств это предвидели и приняли соответствующие меры». Так, было разгромлено восстание германских матросов в Киле в 1915 году. В Милане в начале 1917 года вспыхнула настоящая революция, образовавшая действовавшее шесть дней революционное правительство, и она тоже была жестоко подавлена армией, было убито несколько тысяч человек.
Почему же российское правительство не смогло действовать так решительно?
Ответ, по-видимому, только один: во власти не нашлось надежных исполнителей. Даже перевод гвардейской кавалерии в столицу был сорван.
Высшей точкой этого тайного и явного неподчинения явилось единодушное голосование всех командующих фронтами, проведенное генералом Алексеевым, за отречение Николая II. Руководители вооруженных сил воюющего государства не захотели поддержать своего главнокомандующего.
«Кругом измена и трусость и обман», — записал Николай II в своем дневнике 2 марта 1917 года.
В итоге, «держа победу в руках» (У. Черчилль), империя пала, «пожираемая червями». Она была расколота в своей основе. Ее разрушили не немцы и не англичане, не кадеты и не социал-демократы, не Милюков, не Ленин, не Сталин. Она выдержала бы их удары.
Поэтому, говоря о Сталине, мы должны рассматривать трагическую судьбу российского императора как зеркало для грядущего героя. Предали свои, великие князья и генералы, предали благородная интеллигенция, депутаты, промышленники и банкиры, предали союзники… И в конце концов сам император, в своем мироощущении остававшийся в доиндустриальных временах, не понял своей миссии. Когда кредиторы Российской империи поставили под сомнение адекватность Николая II, — его судьба решилась.
Глава девятая
Сталина известие
По пути в Петроград поезд, в котором ехали Сталин, Матвей Муранов и Лев Каменев, делал много остановок. Ссыльных встречали митингами, «Марсельезой», речами. Сталин речей не произносил. «Люди гораздо меньшего веса снова начали оттирать его», — замечает Троцкий.
Двенадцатого марта (ст. ст.) их поезд прибыл в столицу. Ленина там еще не было. Вообще из авторитетных партийных руководителей — никого. Русское бюро ЦК состояло из молодых людей: Александра Шляпникова, Петра Залуцкого и Вячеслава Скрябина (Молотова).
Появление более опытных товарищей было воспринято ими недоброжелательно. По вопросу включения Сталина в Бюро принимается унижающая его резолюция: «Относительно Сталина было доложено, что он состоял агентом ЦК в 1912 году и поэтому являлся бы желательным в составе Бюро ЦК, но ввиду его некоторых личных черт, присущих ему, Бюро ЦК высказалось в том смысле, чтобы пригласить его с совещательным голосом».
В этом решении его ранг сознательно понижен: в 1912 году он был членом ЦК, а не агентом ЦК. Это как назвать генерал-лейтенанта простым лейтенантом.
Четвертого марта вышел первый номер возобновленной «Правды» под редакторством Молотова, второй был напечатан и разошелся в количестве 100 тысяч экземпляров.
Газета встала в оппозицию к Временному правительству, избранному почти из одних членов Прогрессивного блока, и призвала к избранию по-настоящему революционного правительства.
При этом Петроградский комитет партии считал, что Временному правительству не надо оказывать сопротивления «до тех пор, пока его действия соответствуют интересам пролетариата и широких демократических масс народа».
Тринадцатого марта в судьбе Сталина происходит значительное событие, которое стало первой ступенью в его новой карьере. Бюро изменяет первоначальное решение, Сталин становится членом ЦК и членом редколлегии «Правды». Молотов же, ссылаясь на молодость и малый опыт, выходит из редколлегии.
Скорее всего, кандидатуру Сталина как товарища по ссылке поддержал Муранов, который должен был (как и Каменев) помнить дружественное отношение Кобы во время разбора поведения Муранова, Каменева и других депутатов на партийном суде в Монастырском.
Кроме того, Сталин становится и членом президиума Бюро. 15 марта «Правда» поместила извещение, что Муранов, Сталин и Каменев назначены представителями ЦК в Исполнительном комитете Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.
За три дня Сталин вышел на главные позиции в партийной организации Петрограда. Более того, до прибытия из Швейцарии Ленина в течение трех недель он фактически руководил партией. Его деятельность отражалась в те дни на страницах «Правды».
Главный вопрос повестки — что произошло в стране, как относиться к Временному правительству и как готовить (и готовить ли) социалистическую революцию?