Сталь
Шрифт:
– С золотом у нас плохо, - насупился один из пиратов.
– Отчего же? Посмотрите на север. Вы туда переправили столько золота, что Королевство вот-вот лопнет... Поэтому я предлагаю подумать... Заметьте, господа, я не требую. И не заставляю вас нестись куда-то сломя голову. Я лишь предлагаю подумать вот на какую тему... Весной вредный король собирается напасть на северные границы Ариса. Чешется ему, никак не может успокоиться. И я готов вам обещать, что ни один, ни два, ни десять полков не помогут Барбу захватить наши земли. Все, кто заглянут в гости, пойдут на удобрения... А это значит, что ослабленные
Встреча продлилась трое суток. Заключали мирный договор, обсуждали правила будущей торговли. Согласовывали границы патрулирования между соседями, чтобы в случае какой-нибудь глупой случайности пограничные дозоры не сцепились друг с другом. А так же раз за разом возвращались к идее похода на север. Посеянные зерна ненависти к Барбу давали всходы. Вспоминали старые обиды. Считали недополученную выгоду от перепродажи награбленного. И уже примеряли на себя чужие земли, на которых пиратские кланы смогли бы развернуться в полную силу. Весной. Как только Арис отобьет чужую атаку...
Возвращаясь Балдсарре вел с собой еще три новых корабля. Это был подарок хозяев, решивших задобрить столь опасного соседа. Проданные Барбом барки сменили владельца, чтобы усилить чужую эскадру. А еще в трюмах было полно разных товаров, которые взяли за бесценок для торговли на своих рынках. Похоже, пиратам было плевать, кому сдавать захваченное чужое имущество. Вполне возможно, что следующим летом поток грузов сменит направление. И уже Южный Арис будет наживаться на чужом горе. Что вполне устраивало хозяина “Мечей юга”.
Мать Ягера провожала сына в дорогу. В который раз. Что его отец, мотавшийся по поднебесью, что старший сын. Нет им спокойной жизни на земле, забрала их души синяя даль раз и навсегда. Одна надежда, что младший останется с ней, а не распахнет крылья и не скроется среди облаков.
– Осторожнее, всеми богами заклинаю...
– Я всегда осторожен, мама. Поэтому и жив до сих пор... Узнаю, что там в городе и обратно вернусь. Не волнуйся.
– Так оставался бы сразу здесь, что тебе в Хапране делать? Староста бумаги подписал, ферму мы выкупили. Земля есть, скотина будет весной. Стоим двор в двор рядом с дядькой Рахимом. Родня, поддержат при любом случае. Что тебя несет к солдатам под бок?
Юноша приобнял мать и упрямо поджал губы. Как ей объяснить, что не будет он ходить вслед за быками и пахать узкий клин в лесу? Что не его это, ухаживать за скотиной и трястись над скудными урожаями? Не бортарь
– До весны я тебе оставил и припасов, и медью отсыпал в кладовке. Лишний раз соседям не говори, мало ли что. Но должно хватить. И у Рахима золота отложил на черный день. Там надолго хватит, он обещал приглядеть. И уж он точно не обманет, все же наша кровь, не пришлый.
Последние беды сильно подкосили женщину. Она резко сдала, постарела. И при любом громком звуке пугливо сжимала голову в плечи, заставляя Ягера сжимать кулаки в бессильной злобе. Ну, поквитался он с уродом, но сделанного не воротишь.
– Ладно, не волнуйся. Я не буду задерживаться. Надо лишь узнать, что там на самом деле делается в Хапране. Что с торговлей, что с заказами. Если там работы нет, то у местных подряжусь на рынок возить. Хватит с нас, намотались. Дома, вернулись. Здесь на кусок хлеба заработаем.
Поцеловав седую прядь, юноша обнял сестер и опустился на колени рядом с младшим братом:
– Мамку береги, понял? Считай, что за старшего защитника.
Двухлетний карапуз важно кивнул, протягивая вперед крохотный игрушечный меч, вырезанный из деревяшки:
– Я справлюсь, Яг. Я старший!
Перешагнув через борт, капитан не глядя распустил парус и поднял лодку в небо. Старый баркас легко заскользил в серой дымке навстречу медленно поднимающемуся солнцу. Пошарпанные борта, давно не крашенное днище - все это превращали крохотный кораблик в непритязательного трудягу, визуально состарив его на лишний десяток лет. Но Ягер был доволен покупкой. Крепко сколоченное суденышко отлично слушалось руля, а пара парусов позволяли ловить любой порыв ветра. С крупными кораблями ему не тягаться, но сюда добрались без проблем, да и дальше грузы от соседей на рынок возить - большего и не надо.
Когда они опустились посреди двора дядьки Рахима, тот был безмерно удивлен. Но без лишних вопросов приказал приготовить гостевую комнату, а поздно вечером после обстоятельной беседы решительно рубанул мозолистой рукой и распорядился:
– Хватит вам по чужим углам мотаться. Надо же - и дома лишили, и чуть самих не сгубили. Южане, что еще скажешь, всегда там одна смута и зависть к соседям... У меня вон двоюродный брат сорвался тоже на зиму глядя. Оставил хозяйство под залог и все, лови ветра в небесах! Так что, десять золотых за выкуп я наскребу, селитесь через забор. Я даже калитку сделаю напрямки, чтобы на дорогу не выходить. И твоим поддержка, и мои невестки рады будут. На хуторе каждый человек на вес золота.
– Я заплачу. И за скотину, сколько потребуется, - отозвался Ягер.
– Наберешь? Деньги-то немалые... Хотя, ты же все время с контрабандистами общался, как только голову не свернули... Ладно, дело твое. Но что решил? С чем вернулся?
– В Хапран загляну, может у властей что-то денежное будет: почту развозить или воякам посты на дальних заставах менять. А если ничего не будет, то и здесь буду помогать. Что зря телеги по местным дорогам трепать, на рынок всегда быстрее будет со мной добираться.