СС-инструмент террора
Шрифт:
Добровольческий легион «Нидерланды» оказался на Восточном фронте в январе 1942 года, где попал в сектор Волховского фронта к северу от озера Ильмень. После нескольких недель ожесточенных боев голландские добровольцы в своем секторе провели контрнаступление против Красной Армии, однако в марте, неся тяжелые потери, были отброшены на первоначальные позиции. В живых осталось лишь 20 % личного состава, однако бесстрашие, с которым дрались голландцы, снискало им похвальный отзыв со стороны командования Вермахта.
Весной 1942 года соединение получило значительное подкрепление и вновь оказалось на северном участке Восточного фронта, у Ленинграда, в составе группы армий «Север», где
Весной 1943 года, когда у большинства добровольцев первого набора истекли контракты, мало кто из них выразил желание продолжить службу. Вряд ли кто из них теперь верил в немецкое обещание быстрой и легкой победы на Востоке. Поскольку достаточного числа желающих продлить контракт наскрести так и не удалось, в мае 1943 года добровольческий легион «Нидерланды» был расформирован.
За время своего недолгого существования добровольческий легион «Нидерланды» снискал себе достойную репутацию надежного стойкого боевого соединения. Среди наиболее отличившихся его бойцов был двадцатилетний Моойман, служивший в противотанковой роте. В тяжелом танковом сражении с советской бронетехникой Моойман подбил 13 вражеских танков Т-34 и продолжал вести бой даже тогда, когда остальные его товарищи либо погибли, либо получили ранения. За этот подвиг Моойман удостоился Железного рыцарского креста, а также был повышен в звании до унтерштурмфюрера СС.
ДОБРОВОЛЬЧЕСКИЙ ЛЕГИОН «ФЛАНДРИЯ»
Во фламандской части Бельгии существовало несколько националистических партий, и главная среди них — Vlaamsch Nationaal Verbond — Фламандский Национальный Союз (VNV). Его члены призывали к выходу из состава Бельгии, чтобы затем объединиться с голландцами в «Большие Нидерланды». Когда в мае 1940 года Бельгия оказалась под немецким сапогом, всем другим более мелким партиям и организациям было велено влиться в состав VNV. Немцы были весьма благосклонно настроены к фламандским националистам и даже дали согласие на создание фламандских сил СС. Поскольку фламандцы — народ германских корней, они считались достойным материалом для пополнения рядов Ваффен-СС. Так в 1941 году был сформирован добровольческий легион «Фландрия».
Ядро этого соединения составляла группа фламандцев численностью около 400 человек, выразивших желание служить в добровольческом полку «Нордвест». Первым командиром фламандских добровольцев был штурмбаннфюрер СС Липперт. Особую ценность в глазах немцев представляли бывшие солдаты и офицеры бельгийской армии. Им даже были обещаны, при условии подписания ими длительного контракта, статус и звание, равные занимаемым ими некогда в бельгийской армии. Как и в случае с голландскими добровольцами, фламандцы вскоре обнаружили, что обещание — одно, а жизнь — совсем иное, и вновь, чтобы все вернуть на свои места, понадобилось личное вмешательство Гиммлера. Осенью 1941 года добровольческий легион «Фландрия» был переброшен под Ленинград, на северный участок Восточного фронта, и в начале 1942 года сыграл решающую роль в отражении советского контрнаступления под Новгородом, чем заслужил себе достойную репутацию. В марте 1942 года фламандцам даже на какое-то время удалось перейти в контрнаступление, но вследствие тяжелых потерь они вынуждены были отступить на исходные позиции. Оставшиеся месяцы 1942 года они провели в Волховском секторе фронта, а в начале 1943 года вновь оказались переброшены под Ленинград. В феврале того же 1943 года фламандских добровольцев временно отправили в резерв.
После кратковременного отдыха
Бойцы этого подразделения носили на воротничке специальный знак, так называемый «Трилистник», стилизованную свастику, хотя есть основания предполагать, что некоторые пользовались эсэсовской рунической символикой. Над нарукавной лентой с названием подразделения располагался другой знак — герб со вставшим на дыбы черным львом.
ДОБРОВОЛЬЧЕСКИЙ КОРПУС «ДАНИЯ»
Немцы вступили в Данию в апреле 1940 года мирно, без какого-либо кровопролития. Гитлер довольно прозорливо стремился представить Данию в качестве этакого «образцового протектората». Население практически не пострадало, монархия и парламент остались в неприкосновенности. Покуда датчане вели себя как паиньки, то есть безоговорочно подчинялись немцам, вмешательство во внутренние дела страны было сведено до минимума. В целом датское сопротивление немцам, по крайней мере, в самом начале, приняло форму довольно-таки пассивного неповиновения — датчане просто, насколько это было возможно, стремились игнорировать присутствие захватчиков.
Разумеется, в Дании имелись и свои доморощенные нацисты — так называемая Danmarks National Socialisticke Arbejder Parti — Датская национал-социалистическая рабочая партия {DNSAP), возникшая еще в начале тридцатых годов. Однако мало кто из датчан изъявил желание податься в Ваффен-СС (желающих еще более поубавилось, когда датчанам стало известно о грубом обращении с солдатами со стороны эсэсовских офицеров). К осени 1941 года в СС числилось лишь около 2300 добровольцев, главным образом в полку «Нордланд» дивизии «Викинг».
Последовавшая обработка и тот факт, что Дания в отличие от оккупированных стран пользовалась привилегированным статусом протектората, позволили увеличить добровольческий контингент, тем более что желающим предоставлялись особые, льготные условия. Например, любой, кто ранее служил в датской армии, при вступлении в ряды Ваффен-СС сохранял свое воинское звание и право на получение пенсии. С молчаливого согласия датского правительства приток в ряды СС несколько возрос, и к сентябрю 1941 года под ружьем уже стояло около тысячи датских добровольцев.
В мае 1942 года датское добровольческое формирование, так называемый добровольческий корпус «Дания», было отправлено в поддержку дивизии «Мертвая голова», которая в тот момент вела тяжелые оборонительные бои в районе Демянска. Командир корпуса штурмбаннфюрер СС Христиан Фредерик фон Шальбург, в прошлом возглавлявший молодежный отдел DNSAP, погиб во время этих боев.
Бойцы корпуса проявили чудеса героизма и стойкости в июльских сражениях 1942 года, но, как и их фламандские и голландские братья по оружию, удостоились хвалы лишь ценой колоссальных человеческих потерь. К августу 1942 года в живых оставалось лишь 22 % первоначального личного состава.