Срочно требуется лох

Рыжков Владимир Васильевич

— Вот подлец! — в сердцах высказалась мать. — Ну, чего он к ней прицепился? Она же ему сказала, что не изменяла. Чего ещё надо? Неужели не может поверить! Вот издевается над бедной женщиной! Чтоб им, проклятым мужикам, пусто было!

— Ну все, я побежал, — сказал Илья. — Не буду тебя отвлекать.

— Уже уходишь, — удивилась мать, продолжая переживать за несчастную женщину. — Посидел бы!

— Некогда, ма. Времени нет. Ты-то как себя чувствуешь?

Жена продолжала оправдываться перед мужем, убеждая его в том, что он ошибается. Муж продолжал делать вид, что ей не верит. Может, он бы ей и поверил,

но тогда нечего было бы дальше снимать и пришлось бы закрывать сериал. Поэтому бразильская жена продолжала убедительно врать, а бразильский муж пытался найти новые доказательства её измены, рассыпавшиеся на глазах.

— Вот прицепился, мерзавец! — осудила мать и переключила внимание на Илью. — Да я что! Я все одна сижу. Ходить некуда. Телевизор смотрю. И ты знаешь, много чего интересного показывают. Вот сейчас в «Вестях» показывали, как президент на горных лыжах… И на чем он только не ездит, и куда только не летает. Разве только в космос… Тяжелая все-таки у него работа. Поди попробуй, на лыжах-то, на горных…

Илья окинул взглядом комнату и сказал:

— Да, тяжело одной! Надо к тебе, что ли, отца привезти. Пускай у тебя поживет немного. Все-таки вдвоем веселей. Да и мне спокойней.

— Что ты! Он не поедет, — засомневалась мать.

— Почему не поедет?

— Не поедет и все! Гордый слишком. Не был бы таким гордым, знаешь, кем стал бы!

— Кем?

— У-у! — мать махнула рукой. — По таким бы коридорам ходил! На таких бы совещаниях заседал! Вот как эти, депутаты. Сидят себе, обсуждают что-то непонятное. Зарплата идет, пенсия капает. Чем не жизнь? Сказали: «Покажите нам министра финансов». Раз им, и показали. «Хотим, говорят, теперь поглядеть на министра энергетики». Вот он, пожалуйста! «А министр подземного транспорта кто у нас?» А вот этот, который с лысиной. Не знаю, я бы на их месте лучше артистов каких-нибудь заказывала. Или писателей-сатириков. Все веселее, чем на министра-то плешивого пялиться.

— Ты, мам, поменьше телевизор смотри, — пробормотал Илья. — Вредно для здоровья. Ну, пока!

Он открыл входную дверь и ушел.

Во второй половине дня подъехал Тихий. Парни уже изрядно поддали, и он застал их в совершенно развязном состоянии. Видно, они решили нагваздаться до умопомрачения, чтобы забыть этого мужика, который так и не смог проехаться на машине перед смертью. Киря уже лыка не вязал. Он все пытался забыть его печальные глаза, в которых стоял ужас. Почему-то этот ужас передался и самому Кире, заставляя его содрогаться от предчувствия собственной смерти. Димон же казался ещё крепким. Похоже, у него-то причины для тоски не было.

Весь стол в кухне был завален остатками разнообразной закуски, а пол — пустыми бутылками. Тихий мельком прошелся взглядом по пустой посуде. Водку парни разбавили крепленым вином и отлакировали пивом. Значит, коктейль будет «молотовский», и назавтра они уже не работники. Хотя, как раз завтра и надо будет поднапрячься.

— Хватит пить! — резко сказал он и схватил со стола начатую бутылку водки. — Дело есть! Серьезное.

Но это заявление не родило в душах парней энтузиазма. Трудно представить киллера, который радовался бы, получая заказ.

— Ты бабки привез? — спросил Киря, мутным взглядом уставившись на прораба.

— Нет! — рявкнул Тихий, налил

себе в стакашек пятьдесят грамм, выпил, быстро чем-то зажевал. Больше не стал, за рулем все-таки.

— Как это нет! Как это нет! — Киря возмущенно привстал. — Ты че, нас, за лохов держишь? Базар был, бабки сразу, как клиента причешем.

— Не ори!

Тихий сел на табуретку, на всякий случай подальше от пьяного возбужденного парня. Мало ли что. Киря себя уже не контролирует, полезет в драку, придется его утихомиривать. Еще покалечишь, кто тогда работать будет.

— Шеф сказал, что работа не доведена до конца.

— Как это не до конца? — теперь уже возмутился Димон.

— Свидетеля оставили, вот как! Надо было его тоже чпокнуть! Чтоб никого…

Киря вскочил из-за стола, заходил по кухне с желанием чего-нибудь разбить. Или кого-нибудь убить. Из двух охламонов, сидящих за столом, подходящую кандидатуру в покойники выбрать трудно. Один — идейный руководитель, прораб, посредник, добывающий для них заказы. Если его не будет, кто достанет. Второй, вечный напарник, близкий друг и соратник в борьбе с народонаселением, всегда на подхвате и на подстраховке. Без него никуда. Как ни крути, а киллер без напарников — ноль. Хотя он их и ненавидит. Так же как и все остальное человечество.

— Ну вот, начинается! — шумно вздохнул он. — Там этих свидетелей человек двадцать у каждого окна. Давай будем сейчас всех убирать! А чего, я согласен! Только плати. По три штуки за каждого. Приволокем гранатомет и полдома снесем.

Тихий начал терять терпение. Совсем распустились парни — пьют непомерно, приказы не исполняют, в бутылку лезут. Пора приструнивать. Чтобы четко знали, что они исполнители. И только. Что сказали, то и сделали. И без всякой самодельщины. Если оставили след, сами и должны его затирать. И нечего тут разглагольствовать!

— Не всех, а именно этого! Он тебя хорошо запомнил. И значит, ментам может сдать. Тогда тебе четырех штук не хватит! Сотня штук понадобится! На хорошего адвоката! Да и то вряд ли он тебя вытащит!

Димон тоже возмутился.

— Ты предлагаешь нам опять в этом дворе засветиться, Тихий? Соображаешь!

Тот ударил его кулаком по коленке. Больно. Димон вскрикнул, но стерпел. Тихий приблизил к нему лицо, зашептал зловеще:

— А ты что предлагаешь? Чтобы он опознал Кирюху после того, как его загребут менты. Которые потом повесят на него все нераскрытые убийства за двадцать лет.

Киря остановился посреди кухни, вперил тупой взгляд в Тихого.

— Ты чего, в натуре? Я двадцать лет назад в детский сад ходил.

— Не имеет значения. Если почерк совпадет, не отмажешься. А почерк у всех «парикмахеров» одинаковый, можешь быть уверен.

Киря опустился на табуретку и приуныл. Страх, как не хотелось ещё раз появляться в этом дворе, где их уже знает каждая собака. И каждая бабка. Как только его тощая фигура с длинным носом вылезет из машины, весь двор тут же будет показывать на него пальцем. И все тут же побегут за милицией. Хоть менты у нас неповоротливые, но в этом случае примчатся, как на пожар, это точно. Правда, свидетеля можно убрать и на работе. Где-то ведь он работает. Но нужно время, чтобы его выследить и подготовить огневую позицию. А времени нет. Надо доделывать работу и получать бабки. Последние сегодня пропили.