Срезы
Шрифт:
— Дашка тихо, пап спит, — шипящий голос жены змеей забрался в голову Коляна.
— Да я и так тихо, — тут же громким шепотом возмутилась дочь, — включу мультики на телеке, он и не услышит.
— Включай я не сплю, — заспано прохрипел Колян.
— Вот видишь, — продолжила шептать Дашка, секунда и противно пискнул телек.
Николай перевернулся на спину, протер глаза костяшками пальцев, сморщился от боли. Хорошо дочь увлек нарисованный мир, и на его физиономию она не заметила.
— Я жду объяснений, — голос жены нес улил ничего хорошего.
— Иду, — печально отозвался Николай.
— Пошли кофе пить, горе ты мое.
Колян
— Топорик положи, — прилетел приказ из дверного проема, а следом показалась женщина в строгом деловом костюме, с черными зализанными волосами назад, и стильными солнцезащитными очками.
Колян тут же подчинился, а как иначе. Приказали же.
— Так мамаша, ребёнка в охапку и гулять, — Маша, сбиваясь с ног метнулась выполнять приказ, — дура ребенка одень. Да не тут на лестнице. А ты за мной.
— Ага, — и Колян проследовал за хозяйкой.
Женщина пнула ближайшую табуретку, и скривила точеное личико, но все же уселась на соседнюю табуретку.
— Ну и свинарник, хоть раз бы что-то стоящее. Ты, кстати, чтоб дверь открывал с первого удара понял?
— Так точно госпожа, — Коляну стало нестерпимо стыдно за свою промашку.
— 17 числа, в 17:17 будь возле дома 17 на своей улице. И чтобы без нытья и соплей… иначе ты у меня… — она тяжело вздохнула и толкнула пальцем чашку с кофеем, горячая жидкость растеклась пятном по столу, — животные.
Николай было дернулся встать на четвереньки, но передумал, приказа то не было. Хозяйка его жизни более ничего не говоря ушла, оставив парня сидеть за столом в глубокой задумчивости.
Глава 5
Спокойно вышагивая по хорошо вычищенной дорожке, Николай едва сдерживал улыбку. Приятный зимний вечер, на термометре хорошо если минус пять, жирные снежинки рассекают лучи фонарей, а гул машин наполнял город жизнью, задавая ритм и темп всем живущим. И он как часть единого организма идет выполнять задание хозяйки.
С момента ухода хозяйки миновало почти десять дней. Колян за прошедшие дни, сходил в парикмахерскую, впервые за долгие годы, до этого он стригся у знакомого. Ему изыски в прически не к чему, а Славка за бутылку пива легко и непринужденно избавлял его от лишней растительности на голове. Но не в это раз, сегодня надо выглядеть на высоком уровне. Перед выходом он побрился, чуть надушился, и одел новенький спортивные штаны, кофту, и поверх куртку. Очень хотелось облачиться в деловой костюм тройка, но здравая мысль, посетившая его в последний миг, сообщила: выполнять поручения хозяйки лучше в удобной одежде. Было и маленькая ложка дегтя во всем этом благостном вечере. Машка на него очень сильно дулась, если не сказать больше. Дуреха не понимала важности задания от хозяйки. Ничего со временем придет понимание и к ней.
Проходя мимо дома с табличкой шестнадцать, он расплылся в улыбке еще шире, и ускорил шаг, что со стороны легко можно было спутать с бегом. Но следующая табличка разочаровала, 18а. Николай сбился с толку, но сразу взял себя в руки, и полный надежд нырнул в арочный проем, уводящий внутрь
Встретил его яркий свет от десятка фонарей, убивающих любой намек на тьму. В центре жилого колодца, располагалась детская площадка, вокруг, словно часовые стояли припаркованные автомобили. Возле ухоженных подъездов, обязательные атрибуты лавки и мусорные урны. Прям не двор, а образец для кино сьемок. Сделав еще с пяток шагов, Колян заметил группу людей, стоящих возле архаичной выбивалки для ковров, обнесённой невысокой кирпичной кладкой. Он поспешил к ним, цифра семнадцать на стене, не оставляла никаких сомнений о месте прибытия. Стоило пересечь детскую площадку как на Николая обратили внимание. Две девушки и столько же парней, правда у Коляна сложилось стойкое впечатление, они хоть и находятся в одной группе он каждый держаться особняком. Низкорослый парень в дутой куртке и короткими светлыми волосами, отлип от стенки и двинулся навстречу, протягивая руку.
— Здорова! Я Владимир для друзей Стэн, — он энергично потряс руку Коляна, давясь улыбкой.
— Николай.
— Гуд. Пойдем, — они поравнялись, новый знакомец двинулся рядом, подстраиваясь под Колянов шаг, — вон тот рыцарь печального образа, Генка. Суровый и кратэ знает… как пишется. Эти две Алина и Анжела, но ты на них не рассчитывай, они лесбиянки, всегда трутся друг с другом… понял гы.
Юмор у парня хромал на все конечности, и передвигался исключительно на локтях, становясь плоским. И Колян невесело констатировал что подобный юмор смешен только из уст близких друзей, и в правильном контексте.
Девушка в сером пальто и с черными волосами, вытянула руку из кармана и показала средний палец, юмористу самоучке, отпечатав на лице презрительную ухмылку. Блондинка и вовсе проигнорировала сказанное, продолжая с прищуром рассматривать падающий снег.
— Ведёшь Колян с кем работать приходиться. Но ты привыкнешь, у нас тут коллектив, что клубок крыс. Все личности и все презирают других, и я такой, но к тому же болтать люблю.
Николай, подойдя вежливо поздоровался, но не получил ответа. Что его ничуть не удивило, складывалось впечатление они все тут не по своей воли.
— И вас Хозяйка прислала? — после этих слов у него в душе случился сбой, благость ожидания задания пропала, взамен же маслянистым пятном выползало раздражение.
— Они уроды, — с легкой ненавистью в голосе сказал белобрысый, опираясь спиной о кирпичную стенку, — скоты, ты их будешь ненавидеть люто до изжоги, но продолжишь радостно выполнять приказы. Вот такой парадокс.
И только сейчас смотря на абсолютно разных людей, он понял, насколько все это ему противно. Но стоило подумать об уходе, как все естество возопило о недопустимости столь кощунственного поступка.
— Я что под гипнозом?
— А кто его знает под чем ты? — хихикнул Владимир, — но все мы тут под волей наших господ. Но не кисни ты, подумаешь раз в месяц, сбегать куда-то по приказы, будто ты этого не даёшь каждый день на работе. Дяденька приказал, а ты как собачонка побежал, и не всегда за деньги.
Колян нахмурился, силясь разобраться в своих чувствах, но безрезультатно, лишь внутри колыхнулась злость. А гнев родил вопрос.
— А кто они такие?
— Пфф. Они хозяева, наших судеб. И еще, мы хз откуда они взялись и что им надо по жизни. Полная неизвестность, — сделав акцент на первом слоге, продолжал болтать Владимир, — я на них уже почти два года впахиваю. И вообще не в зуб ногой, что они из себя представляют. Верно говорю Крокодил?