Средняя Эдда

Захаров Дмитрий

– Окей, – согласился Слава. – По дочери так мыслю, старики: инвестбанкира должны год назад на родине заподозрить в работе на российские спецслужбы. А сейчас всплывет какая-нибудь грамота или медаль от нашего правительства за оказанные услуги в деле укрепления там… Дадим через помойки: «КП» или «Московского комиссара». Нормально зайдет.

– Инвестбанкир никому не зайдет, – взялся спорить Овечкин, – это полный зашквар! И с грамотой гнилая тема.

– У тебя всё зашквар, – с неудовольствием сказал Георгий, глядя,

как Овечкин – нога на ногу – покачивается на стуле.

– Саша не вкуривает, – вздохнул Слава. – Саша, ау! Ты на кого работаешь?

– Я на себя работаю.

– Это тебе так кажется. Вот знаешь, старик, когда я учился на истфаке, один наш древний препод всё домогался: кто заказчик журналистского текста?! Мы в толк взять не могли, какой осьминог его укусил. Разное отвечали: общество, там, народ… потом один из нас умным оказался.

– Ты, конечно?

– Да ну… Ты, Саша, регулярно пытаешься мне присунуть, но даже на цыпочках не дотягиваешься, – ласково сообщил Слава. – А заказчиком журналистского текста является редактор. Вот такое откровение… Теперь вернемся обратно к нам. Ты работаешь на Конюшню. Конюшня – на мэрию, а мэрия – на святую Старую площадь. Вот и выходит, что ты – внучатый племянник тех узбеков, что чистят подъезд к АП. А раз так, осознай, что для выебонов нет ни единого повода, и сиди на попной дырочке ровно. Осознаёшь?..

Ни у кого не было лишней сигареты, в сумке их тоже не оказалось, Георгий дважды проверил.

Ситуация, конечно, глупая: то ли стоять как дураку и спрашивать у любого подходящего к курилке, то ли плюнуть – и обратно на четвертый. Но там еще минут двадцать до заседания, а потом сидеть три часа – не меньше. Тронешься.

Георгий без особой надежды доплелся до сувенирного киоска в фойе. Тарелочки, где святой тезка накалывает дракона, пряничные Кремли, гжелевые штофы в виде гранат.

– Нету, – сказала похожая на цаплю продавщица. – Молодой еще, бросали бы это дело.

– Надо, – кисло согласился Георгий и вернулся к курилке.

За время его отсутствия в ней растворились все старые посетители и образовались двое новых. По повадкам – местные, правительственные, у таких должно быть.

– Слушайте, – сказал Георгий, – не спасете сигаретой, а? Страх как не хочется выходить из здания, чтобы потом опять через пропускное бюро.

Зачем эти подробности, сам себе удивился он.

Один из курящих смерил Георгия оценивающим взглядом и, не найдя ничего интересного, протянул ему пачку «Кента».

– Так вот я и говорю, это совершенно очевидная штука. Это как раз-два!

– Ну не зна-а-аю, – нахмурившись, тянул второй, – может, правда какие-нибудь… – он пощелкал пальцами в поисках подходящего слова, не вспомнил и досадливо махнул рукой.

– Какие, Коля? – саркастически поинтересовался его собеседник. – Пионеры-герои? Комсомольцы-активисты?

Дорогой мой, ты когда последний раз видел в своих пионерское рвение?

– Ну… – развел руками Коля. – Думаешь, это действительно может так работать, и никто не пикнет?

– Ну а кто пикнет-то? Всем говорят: картинки по стенам рисуют психи какие-то, Павленский с прибитой мошонкой! А под шумок чикают кого надо – одного за другим.

Господи, подумал Георгий, и здесь станки.

– Думаешь, генерала Госгвардии нет способа проще снять?

– Коля, только не делай вид, что ты глупее, чем есть.

– Да не делаю я никакого вида, – отмахивался Коля. – Черт их знает, конечно.

– Не черт их знает, а железно! – его собеседник понизил голос. – Я на прошлой неделе разговаривал с Анатолием Ивановичем.

– И что?

– И то.

– Блять, – уронил Коля, на которого поручительство неизвестного Анатолия Ивановича подействовало оглушающе. Он затушил сигарету и, отшвырнув ее в сторону, пристально уставился на своего собеседника. – И что, Гореславский тоже в курсе?

– Сложи два и два.

Георгий, который не раз давал себе обещание не вмешиваться в подобные разговоры, снова ему изменил.

– Простите, – сказал он, – а что там с Госгвардией?

Оба местных курильщика перевели на него взгляды.

– А вы, собственно, откуда? – спросил лучше информированный.

Георгий достал из кармашка портфеля визитки и протянул. На фактурной, чуть зеленоватой бумаге значилось: «Смирнов Георгий Иванович. Шеф-редактор объединенной редакции новых медиа. Аналитический центр Правительства Москвы».

– А, – сказал Колин собеседник, – знаю вашего шефа. Привет ему.

Георгий кивнул, приложив руку к груди.

– И вы не знаете еще, что случилось?

– Только утренним из Самары и сразу сюда. Вон, даже побриться не успел. – Георгий для убедительности пошлепал себя по щеке.

– Ну хорошо, про госгвардейца не знаете. А что у вас по поводу остального думают? – включился Коля.

– Остального? Вы про Хиропрактика? Ну, что у нас думают… по-всякому думают.

– Чушь собачья. Отвечайте так своим дурачкам-подопечным. Олдин-то уж точно в курсе.

Курильщики направились к выходу.

– Да что случилось-то с госгвардейцем? – крикнул им вслед Георгий.

– Несчастный случай с оружием.

Точно, подумал Георгий, «Веселый Роджер» сработал. Вот ведь сука. А я тогда Диме не поверил.

– Загибай пальцы, – долетали слова Колиного собеседника, – после «Елки» свалился премьер – раз. Потом «Покемоны» и личный охранник – два…

Главной задачей Георгия было всучить Владу Аверину быстро состряпанную презентацию по мотивам вчерашних посиделок. Он надеялся поймать начальника теруправления сразу после «вторничного рёва» – совещания с главредами.