Среда обитания

Абдуллаев Чингиз Акифович

– Я не думал, что еще остались такие люди, как вы, – признался Лев Давидович. – Чем-то вы напоминаете мне моего отца. Он был такой бессребреник и очень добрый человек. Только вы злой, хотя и настоящий профессионал. Я был не прав, когда недооценивал вас. Спасибо вам за все.

– Ничего.

Зато у меня появился опыт общения с олигархами. Нужно сказать, что очень поучительный опыт.

– Хватит, – поморщился Деменштейн, – вы меня не добивайте. Скажите честно – мою жену отпустят?

– Она в салоне автомобиля. Но в плохом состоянии. Ведь ей кажется, что ее повезут в тюрьму, обвинив сразу в двух убийствах. Или в организации двух покушений на убийство.

– Я сейчас спущусь, – заторопился Лев Давидович.

– Не спешите. Каждая минута в ожидании тюрьмы, возможно, благотворно скажется на ее дальнейшем характере.

– Вы считаете, что мне нужно с ней жить? Может, лучше развестись?

– Я не специалист по семейно-брачным отношениям, – мрачно ответил Дронго. – Просто учтите, что она пыталась перекупить документы у шантажиста и убрать свидетеля, дважды выстрелив ему в живот. Я бы лично поостерегся жить с такой женщиной. Завтра она решит, что вы просто мешаете ее карьере, и уберет вас, отравив вечерним ужином.

Деменштейн внимательно на него посмотрел. Было непонятно, шутит Дронго или говорит серьезно.

– Вот ваш чек, – ледяным голосом произнес олигарх.

Дронго взял чек. И не прощаясь, пошел к выходу. Лев Давидович проводил его долгим взглядом. Затем подошел к окну, глядя на автомобиль, в котором сидела его жена в окружении сотрудников частного сыскного агентства. Секунды складывались

в минуты. Минуты шли одна за другой. Он стоял у окна, глядя вниз и не зная, как ему следует поступить.

Дронго вышел из здания. Сильный ветер ударил ему в лицо. Он посмотрел наверх. Монументальное здание компании. Своя собственная среда обитания для таких олигархов, как Лев Давидович Деменштейн. Он вспомнил, что ему еще предстоит встреча с Френкелем, и достал телефон. «Они друг друга стоят», – весело подумал он.

– Добрый вечер. Леонид Иосифович, – почти ласково сказал он, – кажется, нам нужно обсудить нашу проблему.

Через минуту он положил аппарат в карман. Теперь нужно поехать в ФСБ и пригласить их сотрудников в качестве свидетелей беседы. Интересно, сумеет ли снова вывернуться Френкель или ему предъявят наконец обвинение в убийстве Ашота Погосова? Кажется, Регина говорила, что один из сотрудников Френкеля, которого сумел переманить Деменштейн, погиб в автомобильной катастрофе. Пусть они проверят и эту версию.

Ветер бил ему в лицо. Непривычный сильный ветер. В последние годы в Москве часто случались такие. Он подошел к своему автомобилю, который уже приехал за ним. Водитель взглянул на Дронго.

– В больницу, – попросил он, – поедем к Эдгару, навестим нашего товарища. Заодно найди хороший магазин, чтобы я мог купить ему фрукты.

Кажется, кто-то сказал такую необычную фразу: «Чем больше я узнаю людей, тем больше люблю собак». А мне остается только перефразировать ее: «Чем больше я узнаю среду обитания олигархов, тем больше мне нравится жить среди обычных людей».