Среда обитания (сборник)
Шрифт:
— Очередь у вас, не приведи господь…
Мужчина скользнул взглядом по автомобилям. Озабоченно покачал головой.
— Оформляют в конторе больше, чем мы пропустить можем. Покурить еле вырвешься, — он был уже немолод, с пышными, хорошо подстриженными тёмными усами.
«Серьёзный товарищ», — подумал Семен и, достав ключи, стал раскручивать цепочку на пальце:
— Эх, день у меня пропадет. С товарищем несчастье случилось. Попросил вместо него осмотр сделать. Продавать собирается…
— Эту, что
— Ну да. У вас там кто командует? Начальник цеха? Поговорить с ним, что ли?
— Я там старший, — сказал мужчина. — Бригадир. Сегодня запарка. А брелок такой я видел. С долларом…
— У кого?
— Делаю тут парню одному профилактику.
— Не Денису Анатольеву?
Бригадир удивлённо посмотрел на Бугаева.
— Нет. Одному знакомому. Олежкой зовут.
Бугаев вытащил из кармана фотографию.
— Не этому?
— Чего это он? Мёртвый?
— Он? Олег? — быстро спросил Бугаев.
Бригадир взглянул ещё раз. Уже более внимательно.
— Да.
— Вас как зовут? — переходя на деловой тон, спросил капитан.
— Валерий Сергеич.
— Валерий Сергеевич, я из уголовного розыска. — Бугаев показал удостоверение. — О нашем разговоре прошу никому…
Валерий Сергеевич кивнул. И тут же оглянулся на ворота цеха.
— Я вас недолго задержу, — сказал Бугаев.
— Пойдёмте тогда в контору, — попросил бригадир. — А то неудобно перед цехом маячить без дела. Ребята скажут — бригадир лясы точит.
Они пошли по двору.
— С Олегом случилась беда. Погиб он…
— Разбился?
— Нет, не на машине. Машина его здесь.
— Ну да. Я-то смотрю, вроде бы проходил этот «жигулёнок» через мои руки. Первая модель, а задние фонари от шестёрки. Приличная машина, ещё девочка…
— Валерий Сергеевич, расскажите мне всё, что вы знаете об Олеге, — попросил Бугаев, когда они сели на диванчик в конторе. — Фамилию, где живёт, кем работает?
Бригадир с недоумением пожал плечами. Хотел о чём-то спросить, но не спросил…
— Да ведь что я знаю — Олег и Олег… Парень весёлый, при деньгах. За кордон часто ездит, как ни пригонит ко мне карету, всегда сувенир заграничный. Мне вот тоже такой брелок привёз, с долларом…
— А фамилия?
— Не помню. В накладной-то всегда пишется, да я не помню. Простая какая-то фамилия.
«Ну, это всё можно будет выяснить по книге регистрации, — подумал Бугаев, но тут же спохватился. — Он ведь как Анатольев пишется. По краденым правам».
— Ну хоть отчество? — попросил он Валерия Сергеевича.
— Да мы с ним по имени… Олег и Олег. Он как-то раз своего знакомого привозил, доцента. Так тот его Олежкой звал.
— А где жил Олег?
— Не знаю.
— Может быть, кто другой из ваших знает? Могли дома ремонт делать…
— Нет, с Олежкой только я работал.
—
Бригадир улыбнулся.
— Где работает, не знаю. Но человек серьёзный. На генерала похож.
— А зовут как? — с надеждой спросил Бугаев.
— Аристарх Антонович его зовут, — сказал Валерий Сергеевич, — чудное имя всегда хорошо запоминается.
— А фамилия у него не чудная?
— Нет, фамилия у него, как и у меня. Платонов.
Бугаев вздохнул с облегчением.
Расставаясь, он с чувством тряхнул руку Платонова.
— Валерий Сергеевич, договорились? О нашем разговоре — ни слова!
— Будет сделано, товарищ начальник. Приезжайте, тэо вам устроим по высшему классу.
— Приеду, — пообещал Бугаев. — Когда меня машиной премируют. За хорошую работу…
Участковому инспектору Мухину не давала покоя одна мысль — почему этот человек, разбившийся в церкви, оставил свои «Жигули» так далеко? За несколько километров от села. Да ещё загнал машину в такие кусты, из которых ночью не сразу и выберешься. Своими сомнениями Владимир Филиппович поделился с гатчинским следователем Гапоненко, но капитан только усмехнулся.
— Что ж он, по-твоему, прямо у церковной стены их поставил бы? У всех на виду?
— Мог бы всё же поближе. Тут с километр будет…
— Видно, тёртый калач. Думал, что мы собаку пустим. А там — за ручьём. Прошёл по воде, и конец.
Доводы капитана не успокоили Мухина. «Объяснить то всё можно, — думал он. — А вот если в шкуру этого субчика влезть? Он же не на экскурсию пришёл. За иконами! И тащить их в такую даль? А как ночью машину в кустах найти? Тут и свой, деревенский, заблудится, не то что дачник…»
Всех городских Владимир Филиппович называл дачниками. Без иронии, без подковырки — просто по привычке. Выросший в деревне, он привык к тому, что в их избе, да и у соседей летом всегда жили дачники. Орлино — село красивое. Огромное озеро плескалось прямо за огородами. В каждом доме плоскодонка. Чуть снег осядет под мартовским солнцем — дачники уже тут как тут. Ходят от избы к избе, спрашивают, не сдаётся ли.
Капитан Гапоненко уехал в Гатчину, оставив участкового один на один со своими сомнениями. Владимир Филиппович достал из письменного стола лист бумаги и в течение часа прикидывал, кто из односельчан чаще всего шляется по ночам. Первыми в список было занесено десятка полтора парней и девчат, два мужика, часто работавших на Дружной Горке в ночную смену, несколько доярок, совхозный сторож. Потом инспектор прикинул, кто мог оказаться ночью недалеко от церкви. Выходило, что все молодые. Рядом парк — их туда всё время тянет, будто мёдом намазано. Одна доярка жила неподалёку. И конечно, сторож, но с ним Мухин уже говорил.