Сразу и навсегда
Шрифт:
Пока он шел по песку к воде, делая все, чтобы не думать о Грейс, но тут же увидел ее в волнах. Она стояла лицом к воде, сжимая голову руками, в позе отчаявшегося человека. Джош нахмурился, прибавил шаг, но тут краем глаза уловил, как к нему катится какой-то клубок.
Что-то маленькое.
И злобное.
Что-то по кличке Танк.
Джош подхватил вывалявшегося в песке щенка и отвел руку подальше. Мопс яростно извивался, работал лапами, пытаясь подобраться к Джошу. Но наконец сдался и устремил взгляд на женщину в океане.
–
Грейс была в панике. Одно дело – потерять работу, и совсем другое – полностью потерять работу. Черт! Родители всегда советовали не высовываться и работать на износ. И она делала все возможное, действительно делала.
И все испортила. Но и позвонить им, попросить совета тоже не могла.
Никто из них не понял бы того мыслительного процесса, который заставил ее взяться выгуливать собаку, а тем более, почему она извлекает столько радости из того, что должно служить источником существования.
– Танк! – завопила она волнам. – Танк!
Забежав дальше, так что вода достигла пояса, она повернулась, чтобы пристально вглядеться в берег… и застыла.
На песке стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, излучавший силу, в голубых больничных брюках и темных очках «пилот».
И держал на вытянутой руке ее немезиду.
Танк…
Щенок весело пыхтел, вырываясь, и Грейс могла бы поклясться, что он улыбается. Можно забыть о том, что это поросенок или даже инопланетянин… Танк был крысой!
Облегчение при виде живого негодника едва не бросило ее на колени, но она утонула бы, поэтому сомкнула их как раз в тот момент, когда следующая волна ударила в спину.
Она была слишком занята, сражаясь с валом соленой воды, когда большие руки схватили ее за предплечья и потащили к берегу.
Доктор Скотт, кто же еще.
Она кашляла и задыхалась, что, конечно, выглядело очень привлекательно. Но тут она осознала, что прижата грудью к своему спасителю, а вода бурлит вокруг их щиколоток.
– Я в порядке, – выдохнула она.
– Уверены?
– Да, – сказала она, но он ее не отпустил. – Честное слово. Все в норме.
Он кивнул и продолжал прижимать ее к себе.
Если не считать того, что он вообще не держал ее. Это она льнула к нему, впитывая тепло и силу, излучавшиеся сквозь мокрый костюм.
Вынудив себя ослабить хватку, она отступила, пытаясь вцепиться и не дать ускользнуть своему быстро исчезающему достоинству. Подняв платье до бедер, она гусиным шагом вышла из воды, как можно скорее, чтобы следующая волна ее не настигла. К тому времени как Грейс добралась до сухого песка, чувствовала себя чем-то вроде промокшего котенка. Одного взгляда вниз было достаточно, чтобы удостовериться: она выглядит не как промокший котенок. Так, словно готовится к конкурсу мокрых футболок.
Ошалеть.
Она решила больше не смотреть на себя и вместо этого сделала ошибку, взглянув на
Темная щетина на челюсти была невероятно будоражащей. И сексуальной.
– Тяф! – заявил Танк со своего постамента, в данном случае – ее сумочки, все еще валявшейся на песке. Маленькое дерьмо стоял на нем с абсолютно хозяйским видом. Да еще облепленными песком лапами!
– Тяф-тяф!
Прекрасно! Грейс мысленно подняла большие пальцы, приветствуя развлечение, получаемое от этой работы.
Джош столкнул Танка с сумочки Грейс, попытался стряхнуть с кожи мокрый песок. Танк притворно зарычал и стал зубами тянуть за ремень.
Варвар!
Джош оттащил его и спас сумочку. Сам он из кожи лез, чтобы сосредоточиться на сложившейся ситуации, но это было нелегко, учитывая вид Грейс и одежду, прилипшую к телу как вторая кожа. Половина волос была стянута сбившимся набок узлом, остальные прилипли к лицу. Кончик носа сгорел на солнце, косметика размазана вокруг утони-во-мне голубых глаз.
И ее губы.
Полная нижняя губка, от вида которой ему стало жарко и сразу пришли мысли о сексе. Собственно, все в ней – выражение лица «черт бы все побрал», манера взмахивать руками, словно она пыталась объясниться без слов, нежный звон десятка серебряных браслетов на запястье, заставляло думать о сексе.
Сексе и хаосе.
Чистом, неразбавленном, полном неприятностей хаосе. Беда в том, что он уже побывал там, в другом времени и месте, и это его не интересовало. Не важно, какой бы соблазнительной ни была упаковка.
А упаковка была донельзя соблазнительной. На Грейс было одно из тонких летних платьиц, имевших свойство наводить нешуточное помутнение в мужском мозгу. И тонкие бретельки, созданные с единственной целью – вызывать желание стянуть их… зубами.
А может, дело в нем и том факте, что у него не было секса. Так долго, что уже забыл, каково это.
Почти забыл.
Пульс у основания стройной шеи Грейс бился чуточку сильнее и быстрее, чем следовало. Доктор по профессии, он знал такие вещи. Кроме того, его собственный пульс тоже вышел из-под контроля. В основном потому, что в мокром виде сексуальный сарафанчик был прозрачен, как целлофан. А она определенно промокла.
И замерзла.
У нее белье из белого кружева. Благослови, Боже, белое кружево! И Иисусе. Ему бы кто завязал глаза! Или сделал лоботомию. А может, просто потащил в постель.
Можно подумать, он на что-то способен, если работает двадцать четыре часа в сутки.
Тяжко вздохнув, Джош подхватил щенка, которого притащила сестра с единственной целью довести его до точки, что ей удалось, – и сжал руку дрожащей девушки. Подвел ее к машине, показал на пассажирское сиденье и сунул Танка назад.