Спящий зверь
Шрифт:
Чуть помедлив, Руслан набрал номер Князева. Если в нем и зародились какие-то подозрения, то и. о. начальника милиции развеял их, сообщив, что знает о перестрелке в доме Скачкова, уже направил туда оперативную группу и сам выезжает.
Хачиров швырнул трубку на рычаг. Вот теперь точно придется ехать, чтобы лично уладить конфликт. К тому же он не успеет послать к Олегу своих людей. И вообще, есть ли смысл? Одних уже послал.
Радзянский проклинал Олега, но в первую очередь — себя. Боевики приехали на джипе — его красную крышу было видно из окон кухни, и во время перестрелки внедорожник не тронулся с места, значит, бандиты
Сейчас, пытаясь завести заглохший двигатель «Жигулей», Лев несвойственно для себя искал отговорку, что у него не было ключей от машины, что не было времени пошарить по карманам бандитов... А Олег словно издевался над ним: «Погоди, Лев, я домою коврики».
— Ну давай, заводись! — Радзянский вытянул подсос, понимая, однако, что при горячем двигателе делать этого не стоит.
Пора бросать раздолбанную колымагу и ловить частника, но вот мотор ожил. Несколько секунд троил, потом прочихался и заработал достаточно мерно.
Лев утопил педаль газа, и «Жигули», оставляя за собой шлейф черного дыма, рванули вперед.
Радзянский следовал указаниям Олега — по объездной можно добраться быстрее, нежели плутать по коротким дорогам города. Выехав на Парковую, Лев выжимал из «Жигулей» все, на что они были способны. А способны они были лишь на сотню в час. Да еще нервировали дорожные знаки, ограничивающие скорость порой до сорока километров. Приходилось придерживаться правил, иначе можно было нарваться на засаду постовых.
Вот и съезд с Парковой на небольшую площадку, от которой вверх потянулся зеленый тоннель, выводя к кафе «На Тенистой». В связи с этим перед глазами возник тщедушный человечек и прозвучал голос Олега: «Не знаю, с чего начать... В общем, Поляков... он изнасиловал твою дочь». «Знать бы это раньше, — скрипнул зубами Радзянский, — воспользовался бы не пистолетом, а тупым ножом».
Так, вот тут нужно загодя сбросить скорость — впереди, перед поворотом, знак, но его пока не видно. Как не видно патрульной машины и чувствительного радара на ее крыше.
Лев достаточно резко притормозил — тормоза вели себя непредсказуемо: то схватывали в самом начале хода педали, то в самом конце, — и тут же нарвался на негодующий, второпях сыгранный сигнал идущей позади машины: «Не слышны в саду даже шорохи». Его обогнала «десятка» с московскими номерами, водитель которой, облаченный в белую панаму, выставлял на обозрение средний палец.
«А вот это совсем неплохо», — подумал Лев, проезжая мимо резвого москвича, остановленного постовыми. Как правило, две машины кряду они не останавливают, тем более что Радзянский правил не нарушал.
А вот и последняя прямая, следующий поворот выведет к турбазе «Сапсан», от нее нужно подняться по Донской и через пару кварталов свернуть на Бородинскую — длинную, считай, загородную улицу. В самом конце — единственная дорога, ведущая вниз, прямо к воротам Хачирова. Руслан сейчас должен уехать из дома. Второй вариант у него — остаться, послав к Скачкову боевиков. Третий — прихватить с собой заложницу. Даже двух. Нет, вряд ли Руслан пойдет на такой шаг, поскольку ему придется объясняться с оперативниками, прибывшими
На подъеме «Жигули» замедлили скорость, пришлось переключиться на третью передачу. «Что за черт!» — выругался Радзянский, когда машина снова замедлила ход.
Вторая передача... и снова безрезультатно. Когда Лев переключился на первую, «пятерка» опять заглохла. Он потянул ручной тормоз... Что говорить про ручной, когда основные тормоза практически не работали. А возвращать к жизни машину, держа ногу на педали тормоза, было неосуществимой мечтой.
Радзянский снова выругался, понимая, что теряет время. Он отпустил тормоз, и машина покатилась вниз. Полуобернувшись в кресле, Лев выискивал место съезда с дороги. Такая возможность представилась только в самом начале подъема. И каждую секунду ожидал увидеть спешащего к Скачкову Руслана, помня слова оперативника, что эта дорога до его дома самая короткая.
Но Руслан что-то уж долго соображает. Может, петляет сейчас по городским улицам? Или Олег медлит со звонком.
Когда Араб оставил злополучную машину, мимо пронеслась знакомая «десятка», обдав нестареющей мелодией.
Последний раз Лев пользовался услугами частника, когда торопился в Туапсе за своей машиной. Тогда и таксистов и частников было хоть отбавляй; и сейчас машин на дороге было предостаточно, но все проносились мимо, будто не замечали голосующего человека.
«Пешком доберешься быстрее», — закипая от злости, подумал Радзянский, когда дошел до того места, где сдохла «пятерка».
Наконец, мигнув правым поворотом, затормозила «Ауди»-бочка, судя по номерам — местная.
— До Бородинской. — Лев «засветил» двадцатидолларовую купюру, чтобы не доводить дело до торгов. Он был настолько взбудоражен, что готов был вместо денег сунуть под нос водителю трофейный «ТТ».
— Садись быстрее, — поторопил его шофер, седоватый грузин с пышными усами. — Здесь нельзя останавливаться, а сзади гэбэшники едут.
Что бы ни произошло у Олега, думала Грязнова, Хачиров с легкостью брандмейстера погасит конфликт и вернется. Но уже вместе с Олегом. Теперь следователь засомневалась, что с Олегом мог быть Радзянский. Сомнения вызвала упомянутая Русланом милиция. «Скорее всего муж, этот долбанный бывший муж, не знает, что я здесь» — это объяснение было вполне логичным. С трудом, правда, сюда можно прилепить сам звонок Олега. Может, он поступил правильно, поставив Руслана в известность. Наверное, все-таки это единственный шанс ответить за все в присутствии двух сторон. А потом...
— Привет, подруга! Тебя Леной зовут?
В этот раз, оставаясь наедине с дочерью Радзянского, Грязнова более внимательно вгляделась в ее красивое лицо, с долей ревности прошлась взглядом по груди, талии, бедрам. «Наблюдал бы эту сцену Руслан, подумал бы, что я и впрямь интересуюсь молоденькими девушками».
— А я Людмила Грязнова, следователь, — представилась женщина, не дождавшись ответа. — Попала сюда за эксгибиционизм — показала себя во всей красе. Ты меня не бойся, я жена Олега Скачкова. Знаешь такого? С мордой «человека дождя». Когда выходила за него замуж, он был просто человеком. — Грязнова приблизилась к девушке вплотную и, оглядываясь на дверь, понизила голос до шепота: — Вот что, подруга, к нам незаметно, но настойчиво подкрадывается издец. Вначале нас закидают палками...