Спящий (Одержимый - 2)
Шрифт:
Каганаша грустно смотрел на лица слушающих магистров. Вот он и остался один. После смерти Накохая он - последний магистр старой Девятки, Великой Девятки, незримо правившей миром, вершившей судьбы народов, стоявшей за спиной правительств и диктовавшей им свою волю. Последний, видевший время, когда Лига послушно шла туда, куда хотелось Девятке, когда все было обустроено и управляемо и, казалось, еще немного, и наступит время всеобщего благоденствия и счастья, ведь не для себя же они старались, не для себя! Нет, они работали для всех, для людей, защищая их от потрясений перемен и дикости внешнего мира, лелея уют и порядок цивилизации, направляя и контролируя ее рост, смягчая ее собственные деструктивные порывы...
Каганаша улыбнулся закончившему доклад Богалу, кивнул следующему по списку Сахико... Как много изменилось! Естественная смерть магистра теперь вызывает такие подозрения, что создается специальная комиссия, расследующая ее обстоятельства. Что сказали бы те, прежние магистры, скажи он им, что наступит такое время? Рассмеялись бы, скорее всего просто рассмеялись. И посчитали бы его сумасшедшим.
Каганаша тяжело вздохнул, прикрыл глаза ладонью. Эх, Баниши, нехорошо говорить плохо о мертвых, но это была ошибка, это была величайшая глупость за все время существования Девятки. Нельзя было выходить из тени, нельзя! Нельзя было брать на себя нетрадиционную для Девятки роль, отказываться от проверенных веками методов. Знал бы ты, куда приведет твой пересмотр Уложений. Первые Девять были мудры, завещая скрытое воздействие и давление, а не приказы и угрозы, и уж тем более не захват власти. Магистры отбросили маскировку, вышли вперед, самодовольно демонстрируя силу и не скрывая больше своих целей, и что? Девятка вдруг оказалась в самом центре неуправляемых событий, покатилась по пути саморазрушения, уже не свободная в выборе, бессильная что-либо поменять, принимая на себя удар за ударом, теряя не только могущество и ресурсы, но и влияние, доверие людей. И теперь все приходится начинать даже не с начала, не с нуля, а из глубокой ямы, минуса, в который орден оказался отброшен.
Каганаша, улыбаясь, слушал сменявших друг друга магистров. Слушал, но не слышал. Мысли магистра бродили, пытаясь найти выход из тупика, способ вернуть былую невидимую власть Девятки. Выставивший вон посольство магистров Нагир, чиновники Вальпии, шарахающиеся при упоминании ордена, все это было плохо, но не это было главным, не это было самым важным. Все можно восстановить, исправить. Завербовать новых агентов, приручить чиновников взятками, умаслить правителей поддержкой и сладкими словами. Было бы время. Но времени нет!
Каганаша оперся локтями о стол. Времени нет, времени совершенно нет. И все потому, что из-за того же недоброй памяти Баниши, земля ему пухом, случилось небывалое, такое, с чем Девятка не сталкивалась сотни лет. У Девятки появился конкурент! И этот конкурент сейчас быстро прибирал к рукам то, что теряла Девятка.
Магистр закряхтел, беспокойно покрутился в кресле. Белое Братство - вот кто, как ни странно, выиграл от всего хаоса, созданного Гуграйтом, получил неожиданную силу. Как же, они - единственные, за кем числится выигранное сражение с нелюдьми. Их замечательный Великий Гроссмейстер в свое время улепетывал от Гуграйта, хотя и превосходил его силами в два раза, но кто сейчас об этом помнит? Освободители, разбившие кочевников при Лангоре! Некогда не переносивший их Кифт сейчас, фактически, полностью находится под их контролем, им присягает все больше Семей Вальпии... Лишь Нагир, не признавая Девятку, точно так же знать не желает Братства. Это, хоть и не то, чтобы радует...
– Господин Председатель?
– выступавший Аукиши вопросительно смотрел на Каганашу.
– Вы хотите что-то сказать? Вы не согласны?
– А? О, нет, - Каганаша улыбнулся, извиняясь.
– Простите, я, кажется, задумался. Что Вы говорили?
– Братство прислало запрос относительно своего бывшего проконсула в Гиламе.
– Тот самый мальчишка, как его...
– Каганаша задумался.
– Дэлан?
–
– Они обвиняют его в приверженности Дьяволу и убийстве Братьев и просят оказать содействие в поимке. Также предупреждают о его особой опасности и возможности использования им, э-э...
– Аукиши поморщился, вспоминая.
– Они это назвали нечистым видом магии.
– Даже так?
– Каганаша хмыкнул.
– И что?
– Мы предлагаем выпустить листовки с его описанием, обещая награду за помощь в его задержании. Однако, - Аукиши усмехнулся, - в листовке также будут некоторые подробности его жизни, ненавязчиво намекающие на связь его преступлений со службой в Белом Братстве. Для большего впечатления можно записать на него и этот странный пожар в гостинице "Спящий рыцарь". Одно дело - погибшие на другом краю мира солдаты, другое - когда умирает кто-то совсем рядом, кто-то из твоих соседей. Это создаст у людей чувство причастности и незащищенности.
– Неплохо, - Каганаша кивнул.
– Очень неплохо.
– Благодарю, - Аукиши поклонился.
– Но этого недостаточно. Нет, нет, я не про Ваше предложение, - Каганаша улыбнулся собирающемуся заговорить Аукиши.
– Я согласен с ним и поддерживаю его. Я в целом.
Каганаша поднялся, кашлянул.
– Уважаемые магистры! Господин Дэлан помог нам до некоторой степени испортить отношения между Братством и правительством Сардигом, и, надеюсь, поможет настроить против Братства его общественное мнение. Но этого мало. Влияние Братства растет слишком быстро для того, чтобы такие удары смогли в достаточной степени подорвать его. Нам нужно что-то большое, глобальное, нам необходимо втравить Братство в масштабную авантюру, оставаясь самим в стороне, чтобы вмешаться лишь в самом конце, разом расставив все по местам. Я еще не знаю, как это сделать, поэтому прошу вас держать глаза широко открытыми, замечая любую мелочь, любую странность, чтобы первыми взять события под контроль и направить их в нужную нам сторону.
– Может, поход Братьев против орков?...
– Сахико нерешительно замолчал.
– Было бы просто замечательно, но как это организовать?
– Каганаша почесал нос.
– Братья много кричат и бряцают оружием, но все ограничивается призывами и топтанием вдоль границы, так что, думаю, что-либо серьезное произойдет очень нескоро, если вообще произойдет. Конечно, можно попытаться прижать их их же собственными словами... Кстати, относительно орков. Предлагаю отправить к ним магов, по обмену опытом, так сказать...
– Но господин Председатель...
– К оркам?! Господин председатель, Братство...
– Господа!
– Каганаша постучал по столу.
– Во-первых, нам совершенно не обязательно докладывать об этом Братству. С другой стороны, мы признали государство орков, и я не вижу причин замыкаться отношениями только с человеческими странами, надо использовать все возможности. В случае чего, к примеру, мы сможем смотреть представление с двух сторон сразу. И последнее. На меня однажды направляли заряженные арбалеты, и это было весьма неприятное ощущение, которое я не хочу испытывать вновь. Поэтому, если наши командиры поучатся у орков способам эффективно комбинировать мечи и магию, хуже от этого не станет.
– Превожрец, в чем дело? Долго мы будем стоять?!
Мошиф холодно посмотрел на рассерженного фон Кица.
– Ты вызвал меня, сообщив, что все готово, и что?! Где твой портал?!
– Это Вы мне объясните, в чем дело, - первожрец заложил руки за спину, скучно оглянулся на выстроившиеся ровными рядами войска.
– Почему за каждым из моих жрецов ходит по два колдуна и десяток солдат?
– Для охраны!
– фон Киц злобно топорщил усы.
– Ты сам просил обеспечить защиту своим жрецам, так чем ты недоволен?!