Спящие Дубравы
Шрифт:
В столовой было темнее, чем в кармане у тролля, но я уже знал средство от этой напасти. После моей команды хрустальная люстра под потолком тут же засветилась; я плюхнулся на первый попавшийся стул и с радостью обнаружил на столе тарелку с холодным окороком, кувшин и кубок. Есть совершенно не хотелось, а вот пить… Помня о нехорошей привычке Элейн подсовывать взрослым людям мерзкое белое пойло, я внимательно осмотрел содержимое кувшина и даже понюхал. Нет, кажется, все в порядке. Все же с некоторой опаской сделав первый глоток, я прислушался
Не знаю, сколько я так просидел, не спеша прихлебывая ароматный нектар и сожалея, что так и не приобрел привычку курить. Трубочка, говорят, здорово способствует приведению мыслей в порядок. Ладно, обойдемся и без табака. Уж до того, что ситуация грозит зайти в тупик, я и сам худо-бедно дошел. Теперь бы разобраться, как из нее выпутаться…
Наконец, когда уровень жидкости в кувшине изрядно понизился, в голове моей созрело твердое решение. Значит так: завтра с утра пораньше…
— Что, не спится на новом месте?
Голос Элейн раздался так внезапно, что я подскочил на месте, а рука против воли потянулась сначала к поясу, на котором, естественно, не было никакого меча, а потом — к кувшину. Содержимое его, к счастью, осталось неизменным.
— Поговорить не хочешь?
— Нет. А впрочем, я и сам собирался завтра…
— Ну вот, значит, я как всегда вовремя.
Магесса ловко подцепила ногой ближайший к ней стул и села напротив меня.
— Итак?
— Я хотел спросить: вы же прибыли сюда не на корабле?
— Конечно нет, — Элейн подмигнула мне и добавила: — Судя по всему, если я сейчас скажу, что прилетела на ковре-самолете или метле, для тебя это неожиданностью не будет?
Вот так всегда; и после этого она говорит, что не читает мои мысли!
— На самом деле, — уже серьезно продолжала хозяйка, — я, во-первых, страдаю от морской болезни, а во-вторых, предпочитаю телепорт.
— Теле-что?
— Скорее, «теле-куда», — ухмыльнулась магесса. — Описание всего процесса для тебя будет слишком долго, скучно и непонятно. Проще говоря, вся штука в том, что ты входишь в дверь «тут», а выходишь — «там». И расстояние — для меня, по крайней мере, — роли не играет.
— Угу, что-то подобное я и думал… А вы можете и меня так?
Элейн внимательно посмотрела на меня и протянула:
— Странно, а я-то думала, что вы у нас погостите хотя бы пару дней…
Я слегка смутился и отвел глаза.
— Я же сказал «меня»…
— Ох, прости. Когда я не высплюсь, становлюсь такой рассеянной…
Только теперь я заметил, что Элейн одета лишь в шелковый домашний халат и мягкие тапочки. Под халатом, судя по всему, не было ничего. Пару часов назад я бы от нее глаз не оторвал, но сейчас мне меньше всего хотелось думать о женщинах. ЛЮБЫХ женщинах!
Как бы там ни было, я забормотал извинения, но магесса движением руки прервала меня и,
— Ладно, утро вечера мудренее, как говаривала моя бабка Василиса, недаром прозванная Премудрой. Завтра увидим, что я могу сделать, а пока скажу только: не торопись. Может статься, что тебя ждет еще много неожиданного.
— Уж в этом я нисколько не сомневаюсь, — весьма невежливо буркнул я и потопал к выходу.
— Сэд, одну минуту.
Какого лешего ей еще от меня надо?!
— Нет, лешие меня не интересуют, — усмехнулась Элейн, — а вот шишка у тебя на лбу меня совершенно не устраивает. Что случилось?
— С кровати упал!!! — Да что они все сегодня, сговорились что ли?!
Магесса подошла ко мне и чуть прикоснулась кончиками пальцев к шишке. Я тут же почувствовал холод и легкое покалывание неизвестно чего, но продолжалось это от силы несколько секунд.
— Ну вот, так гораздо лучше, — удовлетворенно протянула магесса и повернула меня к зеркалу. Как и следовало ожидать, никакой шишки и в помине не было. Мне даже показалось, что и морщин на моем изнуренном челе поубавилось.
— Спокойной ночи.
— Угу. И вам.
Свет сам собой, даже без команды, погас, так что дверной проем мне пришлось нащупывать. Так же на ощупь обнаружив дверь в свою комнату, я осветил ее и…
Боги, я мог бы поклясться, что минуту назад совершенно не хотел спать, сейчас же веки просто слипались. Из последних сил скинув одежду, я пластом рухнул на кровать. За миг до того, как уснуть, я оценил юмор Элейн и отметил для себя, что впредь в ее присутствии нужно следить за своим языком — раньше просто БОЛЬШАЯ кровать теперь была ОЧЕНЬ БОЛЬШОЙ…
ГЛАВА XX
В которой, наконец, рассказывается о том, чем же все это закончилось
Видимо, спал я весьма долго. Проснувшись, я обнаружил, во-первых, что вся комната залита светом, щедро льющимся через высокое стрельчатое окно, и во-вторых, что перина с пола бесследно исчезла, а вся одежда моя аккуратно разложена и развешена. Сапоги были вычищены до блеска, а рубашка, куртка и штаны — выстираны и выглажены. Чему я больше всего обрадовался, так это своему верному мечу, который кто-то аккуратно прислонил к стулу с одеждой, причем медные бляхи, украшающие ножны, были отполированы, а полуоторванный ремень — заменен на новый.
Только я закончил утренний туалет, как в дверь вежливо постучали.
— Да? — проворчал я, придирчиво оглядывая себя в большом настенном зеркале и раздумывая, надеть все-таки перевязь, или нет.
— Хозяин с Хозяйкой просили передать, что ждут вас к завтраку.
— Скоро буду, — ответствовал я, так и не обернувшись к говорящему. Дались мне, в конце концов, эти аристократические замашки! Нет, сваливать отсюда надо поскорее, а то от моего старого знакомого Сэда ничего не останется!