Спутанные параллели
Шрифт:
Получив вполне ожидаемый ответ, обусловленный отрицательным мотанием белокурой головки, начальник кинулся во все тяжкие эмо-восприятия окружающей действительности:
– Вот с тех пор, выписавшись из поликлиники и попав в детский дом, Катерина и ударилась в неформальный стиль, таким образом, выражая свою негативную позицию к этому жестокому и несправедливому миру!
– А как же Никита Олегович узнал о том, что случилось с Катериной?
– прижав руку к пухлым губам, Анна Васильевна из последних сил старалась не расплакаться.
–
– Даниелю осталось только кулаком себя в грудь ударить и будет готов рыцарь без страха и упрёка.
– Сами понимаете, из-за моего неформального внешнего вида я не вызвал у судьи, выносящего решение об опекунстве, должного доверия, - в этом месте парень виновато развёл руками, как будто извиняясь.
– А вот мой брат - Ник - не вызвал никаких нареканий, поэтому теперь Катерина считается официально нашей младшей сестрёнкой.
– А почему же у неё до сих пор другая фамилия?
– проявила вполне закономерное любопытство учительница.
– Ну, как же, - теперь пришла очередь Ворона вступать в навязываемую игру "Надури блондинку", - не можем же мы насильно заставить Катерину сменить фамилию! Нам с братом кажется, что это должно быть обдуманное и самостоятельное решение нашей сестрёнки, которое не будет продиктовано желанием угодить ни мне, ни Даниелю!
– Ой, как это трогательно и мило...
– всхлипнула Косуля, изящным движением руки смахивая хрусталики слёз с ресничек.
– Бедный ребёнок, - и я удостоилась сомнительной чести быть затисканной в объятиях совершенно посторонней женщины.
Посчитав, что уже достаточно узнала для новых сплетен и выполнила свой долг, как учительницы, Косуля поспешно вылетела из комнаты, ссылаясь на какие-то загадочные дела.
– Фух, я думал, что она уже никогда не уйдёт, - смешно сморщил нос начальник, когда за блондинкой с громким стуком захлопнулась дверь.
– Чего молчишь?
– вопрос адресовывался задумавшемуся Никите, который смотрел куда угодно, но только не на меня.
– Я так понимаю, что версия про автокатастрофу будет отражена во всех необходимых документах?
– Получив от брата согласное мычание и папку с необходимыми документами - оперативность директора Центрального Комитета Безопасности не знает границ, Ворон устало потёр переносицу.
– И где Катерина будет жить?
– Естественно, с тобой, - разулыбался непонятно чему Соларис, довольно откидываясь на высокую спинку стула.
– Понимаешь, Ник, нам же не нужно, чтобы тщательно продуманная и спланированная поэтапно операция провалилась, поэтому приюти Тэ...
– Не хочу знать настоящее имя девушки, - не пошёл на сближение учитель.
– Твоё право, - не стал настаивать начальник.
– Так вот, приюти Радугу на девять дней, а по окончании операции - какой бы результат ни был - она исчезнет из твоей жизни!
– Так же, как до этого исчезли Шелкозуб
– презрительно выплюнул мой новоявленный опекун, недовольно скривившись.
– Даниель, почему ты выбрал именно эту школу, как прикрытие?
– Потому что именно здесь прячется некий Рико, выкравший... Хотя сам прочитаешь об этом в документах - всё же ты не маленький мальчик, чтобы всё тебе объяснять!
– обидчиво насупился хакер и на это он имел полное и безоговорочное право.
– Ворон, скажи, за последний месяц никто не устраивался сюда на работу?
– Нет.
– Ни новых учителей, ни завхозов, ни садовников, ни уборщиц, ни охранников, ни поваров...
– не захотел так легко отстать от брата Соларис.
– Помимо Катерины Радуги никто более не заинтересовался этим учебным заведением, - на удивление спокойно подытожил Никита Олегович.
– Что и требовалось доказать: Рико уже давно работает здесь, значит, найти его будет немного сложнее, чем планировалось изначально, - ни капли не опечалился начальник, довольно улыбаясь.
– Ник, деньги, потраченные на пропитание Катерины, я позднее возмещу. Твои, бестолочь, вещи, школьные книги и форму уже доставили к Ворону домой.
– Хорошо, - вполне миролюбиво отреагировал Ворон, хотя я ожидала как минимум вульгарного скандала, как максимум - кровавого мордобоя.
– С Олегом Витальевичем уже договорились о том, что в стенах учебного заведения будет проходить секретная операция?
– Нет...
– Честно говоря, ответ поверг в шок не только Ворона, но и морально готовую ко всему меня.
– Ты сам сказал "секретная операция", поэтому искренне тебя прошу - не рассказывай никому о том, что Катерина на самом деле сотрудник ЦКБ!
– Ты же знаешь, что это будет нарушением закона, и если всё раскроется, то меня как минимум уволят и привлекут к уголовной ответственности!
– Теперь на лице Никиты Олеговича заиграли желваки, а руки, до этого момента лежащие на столешнице, сжались в кулаки.
– Знаю, - тихо произнёс хакер, не поднимая на Ворона бесстыжих карих глаз.
– Но прошу тебя, как брата, не говори никому...
– Пожалуйста!
– Решив, что поговорка: "Доброе слово и кошке приятно!" появилась не на пустом месте, несмело вступила в разговор, надеясь хоть немного повлиять на исход заранее проваленного разговора.
Стоило мне замолчать, стыдливо покраснев - не знаю почему, но взгляд Никиты я категорически не могу спокойно вынести, как у Даньки громко заиграл сотовый телефон.
Извинившись, начальник поспешно поднялся на ноги и, отойдя в другой конец комнаты, принял вызов. Старательно игнорируя тихое бормотание Солариса, невнятно отвечающего что-то невидимому, а потому загадочному собеседнику, усиленно улыбалась нахмурившемуся Ворону. Наконец, когда мои щёки готовы были треснуть от натуги, а лоб Никиты Олеговича прочертила вертикальная морщинка, Даниель наговорился и вернулся к нашей скромной компании.