Спрятанная красота
Шрифт:
— Эта тоже поможет, — с уверенностью заметил он. — Вот, например, эта глава о том, как правильно писать статью, и о том, что одну и ту же историю можно осветить совершенно по-разному, в зависимости от политических пристрастий хозяина газеты и стиля, которого придерживается редактор. А эта — о том, как правильно оценить уровень газеты. Отличная тема для обсуждения в классе. — Алан снисходительно на нее посмотрел и сказал: — Все это будет им интересно, потому что газеты — часть нашей повседневной
В это время хлопнула входная дверь, и Лоррен узнала шаги матери на лестнице.
— Вы серьезно? — спросила девушка. — Вы оказали бы мне такую услугу!
— Сделаю, — кивнул он.
— Лорри, ты уже в постели? — послышался за дверью голос Берил. Она заглянула в комнату и открыла рот от изумления. Алан поспешно сказал:
— Все в порядке, миссис Феррерс. Не думайте, что я приставал к вашей дочери. Правда, я спрашивал ее, но она ответила «нет».
Берил облегченно вздохнула и улыбнулась:
— Я никогда бы не подумала о вас так плохо, Алан. Я прекрасно знаю, что вы хороший и разумный мальчик.
— Правда? Я польщен!
— Кстати, Алан, — продолжила Берил. — Лорри собирается на ваш праздничный вечер вместо меня. Мне почему-то не хочется идти, Джеймсу тоже. А Лорри уже в предвкушении этого события, правда, дорогая?
Лоррен кивнула, а Алан снял руку с ее плеча и сказал бесцветным голосом:
— Понимаю. Очень хорошо, это избавит меня от необходимости искать себе спутницу.
Лоррен быстро опустила ресницы, пряча свою радость. Алан встал и направился к двери:
— Спокойной ночи.
Берил вышла вслед за ним, и Лоррен наконец легла, но, взбудораженная, долго еще не могла уснуть.
На следующий день в школе Лоррен с Анной долго бились над макетом школьного журнала, чуть ли не сто раз переделывая его, но так ничего и не добились.
— Опять нехорошо, — тяжело вздохнула Анна. — Все не то. Спроси лучше у Алана, Лоррен. Покажи ему, что мы здесь натворили, и попроси совета. Думаю, он не откажется помочь.
Лоррен возражала, но подруга была непреклонна:
— Не съест же он тебя!
Вечером, готовясь к занятиям, Лоррен с нетерпением ждала, когда вернется Алан. Как только хлопнула дверь, она быстро схватила разрозненные страницы школьного журнала и вышла ему навстречу.
Но Алан был не один. Марго улыбалась Лоррен своей обычной слегка надменной улыбкой, пренебрежительно рассматривая девушку с ног до головы. Поздоровавшись, она стремительно
Лоррен, пытаясь скрыть досаду, хотела уйти, но Алан задержал ее и спросил, в чем дело. Лоррен ответила, что это уже не имеет значения.
— С этим можно подождать? — настаивал он, но девушка вновь повторила, что это не имеет значения, и скрылась в столовой.
Марго пробыла у Алана весь вечер, Лоррен слышала их веселую болтовню и звуки музыки, доносящиеся в ее спальню. Совсем измучившись, она задремала и не слышала, как уходила Марго.
На следующее утро Алан спросил, что же она вчера вечером от него хотела.
— Абсолютно ничего, — пожала она плечами и с гордо поднятой головой вышла из дома.
Она сама не понимала, почему была так раздосадована. В конце концов, ее мать, как квартирная хозяйка, не ограничивала его ни в чем: он имел право приглашать любых гостей и они могли оставаться у него хоть на всю ночь. С такими нерадостными мыслями Лоррен направилась к остановке автобуса, а Алан уехал на своей машине в другую сторону.
Вечером он перехватил ее в холле.
— Скажите же, что вам было от меня нужно!
Она вырвала руку:
— Я же сказала, что ничего. Совсем ничего!
Лоррен пошла в столовую, но Алан последовал за ней. Девушка начала раскладывать на столе папки и тетради, вытащила школьный журнал, машинально просмотрела его и засунула обратно. Но Алану нельзя было отказать в наблюдательности. Он быстро подошел к ней, заглянул в портфель и вытащил их творение.
— Теперь понятно, — сказал он, пробегая глазами по неумело расположенным на страницах статьям, и улыбнулся. — Не очень получилось?
— Мы не журналисты. Мы всего лишь простые училки, — сухо заметила она. — Сделали так, как сумели. — Она говорила так резко, что сама испугалась и вдруг поняла, что это совсем не начало переговоров о помощи.
— Ну? Чего же вы хотели?
Алан ждал, строго глядя на девушку, как взрослый, пытающийся внушить хорошие манеры ребенку. И она, как пойманная школьница, жалобно попросила:
— Пожалуйста, не смогли бы вы помочь нам переделать все это?
— Так-то лучше! — заметил он и подвинул стул.
Весь следующий час она была студенткой, а он — профессором. Алан учил ее базовым принципам журнального макета, показывал, как работает редактор, вычеркивал, переставлял, укорачивал, где необходимо, и указывал, какие статьи и как следует дописать.
Когда он закончил, Лоррен объявила, что этот выпуск журнала будет самым лучшим за все время его существования. Алан улыбнулся:
— И вы, как редактор, получите все лавры. Хорошенькое дело! А что получу я, сделавший всю грязную работу?