Спокойной ночи
Шрифт:
Зайдя за поворот и обойдя всю собранную толпу, я добрался до своего шкафчика. Открыв его, тут же стал копошится в нём. Внезапно кто-то положил руку мне на плечо.
Я обернулся. Позади меня стояла девушка с длинными русыми волосами. Одета она была в чёрные брюки и свободный тёмный свитер.
– О, привет, Мэллори, – я поздоровался с подругой и улыбнулся.
– Привет, – голос её был мятым и еле слышанным в многоголосье заполненного коридора.
Мэллори подошла к соседнему шкафчику. Открыла его и, достав сумку, начала копаться, перебирая вещи.
– Как
Ответила она не сразу. Выдержала паузу и лишь после глубокого выдоха ответила:
– Пойдёт.
Усталость висела на его лице ярким баннером. Словно она не спала всю ночь.
– Ты неважно выглядишь, – прямо подметил я.
– Правда? – Мэллори тяжко зевнула.
– И как вижу, ты не выспалась.
– Бенджи посреди ночи начал скулить. Он ещё сильно блевал. Мы обеспокоились, сразу повезли его к ветеринару. К счастью, ничего серьёзного. Промыли желудок ему и прописали лекарство.
– Рад, что всё обошлось.
– Да, я тоже рада, – некое уныние проскочило по её глазам. Словно бы вот-вот и она заплакала бы на месте.
– Эй, ты чего? Всё ведь хорошо, – с улыбкой я потрепал волосы на её макушке.
– Ай! Не делай так! – возмутилась Мэллори, но на её лице высветилась милая улыбка.
– Не хочешь сегодня сходить куда-нибудь?
– Нееет, – зеваючи протянула соня. – У меня сил никаких нет. Прости.
– Не извиняйся.
Мы закрыли шкафчики и, протиснувшись сквозь толпу, вышли на улицу. Когда я пересёк порок университетских дверей, лучики света тут же брызнули мне в глаза. От неприятного ощущения я прикрыл лицо рукой. Я посмотрел в сторону Мэллори, выходящей за мной. Она так же получила по глазам от яркого солнца.
– Что, неожиданно солнце вышло после серого дня? – смех прорезался сквозь мои слова.
– Да уж, – ответила подруга.
На улице и правда было ярко. Густые и тёмные облака продолжали плыть по открытому небу, но множеству лучей удавалось пробиться сквозь них. Зелёные листья деревьев ярко блистали. Их тихое шуршание лелеяло уши.
Минут так пять мы шли с Мэллори по прямой дороги. Тихо шагали рядом, наслаждаясь спокойным днём. Вместе дышали свежим, слегка тёплым воздухом.
Вскоре мы дошли до фонтана. Возле него наши пути расходились.
– Ну, пока, Мэллори, – попрощался я, улыбнувшись.
– Пока, Хилари, – она улыбнулась в ответ.
Мы развернулись спинами друг к другу и шагнули. Но не прошёл я и десяти шагов, как сзади раздался голос этой девушки.
– Завтра!
«Завтра», – повторил в голове я.
– Завтра сможешь?
– Конечно! А где?
– Завтра скажу, – её голос сладко утих. На таком расстоянии я еле услышал её.
– Хорошо! – широко улыбнувшись, я помахал ей рукой.
То же самое сделала и она.
На этот раз мы с неё попрощались окончательно. Развернулись и пошли своими путями. Не спеша я дошёл до остановки автобуса. Транспорт приехал в скором времени. Я зашёл внутрь, расплатился и уселся, облокотившись об окно. Рассматривая серый город в ярких лучах, я думал об Мэллори и напевал строчку из песни «Please, Please Me».
C'mon C'mon…
Дома
Плеер всегда лежал в ящике стола. И только я захотел открыть его, так столкнулся с проблемой. Не хочет открываться. Заедает, не раскрывшись и на половину.
Я схватился за него. Потянул что есть силы. Но ящик никак не хотел мне поддаваться. Попробовал ещё разок. Рукой прошёлся по механизму и смог приподнять ящик. Когда я потянул, он выскользнул наружу прямо как по маслу и рухнул на пол. Половина содержимого вылетела наружу и развалилась по комнате.
Я осмотрел механизм стола. Направляющие немного искривились. Ну, теперь понятно, в чём дело. Должно быть ящик был слишком тяжёлым. Не нужно было его так переполнять. Уже ничего не сделаешь. Можно, конечно, сходить и купить новые. Но будет ли смысл? Стол сам по себе довольно старый. Пусть уже будет как есть.
Закончив осмотр, я принялся собирать вывалившиеся кассеты. Их у меня было десятка полтора. Половина из них, как, например, кассеты с песнями Битлз, была подарена дядей. Парочку друзьями. Некоторые я и сам покупал.
С пола я поднял плеер с наушниками и тут же внимательно их осмотрел. Было бы жалко, если бы с ними что-то случилось. Но, к счастью, всё обошлось.
Из вытащенного ящика выглядывала целая куча свёрнутых, перекрученных и просто смятых чеков из бумаг, большиснтво из которых нужно просто выкинуть. Так я и сделал. Сел перебирать бумажки. Одну за другой, пока не добрался до дна. Вернее сказать, до того, что лежало под ними. Когда я это увидел, мои лёгкие замерли. Кровь остановилась. Уши словно перестали слышать даже саму тишину. На дне лежала коробка. С праздничной жёлтой лентой. Жёлтая полоса, проложенная от одного конца к другому, пересекается с другой линией.
Я услышал, как начался дождь. Нет. Ливень. Свист тормозящих…
Резко я потряс головой в стороны, отгоняя от себя чушь, чуть не севшую на меня.
Взял первую попавшуюся папку и положил поверх. Затем закрыл глаза. Сделал глубокий вдох и выдох.
Всё хорошо. Всё хорошо.
Вскоре безумие утихло. После этого я убрал нужные бумаги и все, кроме двух, кассеты. Сборник песен Битлз и сборник песен группы The Rolling Stones, который мне дал послушать однокурсник. Надо бы завтра его встретить и вернуть кассету.
После уборки, ящик вернулся на место. Я решил расслабится. Упал на кровать с плеером. Вставил кассету. Врубил музыку и надел наушники. Песни играли одна за другой. Тексты каждой из них я знал наизусть. Потому, напевал их, смотря на белый потолок. Белый пустой потолок. Словно бы отражающий сознание.
Слушая музыку, я будто уходил в совершенно иное состояние. Это похоже на своего рода путешествие. Путешествие по мирам, временам, людям…
Понятия не имею сколько я так пролежал. Счёт времени был давно потерян. К последним песням начала побаливать голова.