Сплошные чудеса
Шрифт:
Закутанный мальчик очень обиделся, побежал за мной, но сейчас же упал. Он встал, сделал шаг и опять упал.
– Поставьте его у стены, – сказал кто-то, – а то он так будет всё время падать.
Надоедливый Миша
Миша выучил наизусть два стихотворения, и не стало от него покоя. Он залезал на табуретки, на диваны, даже на столы и, мотнув головой, начинал сразу читать
Один раз он пошёл на ёлку к девочке Маше, не снимая пальто, влез на стул и стал читать одно стихотворение за другим. Маша даже сказала ему: «Миша, ты же не артист!» Но он не слышал, дочитал всё до конца, слез со стула и был такой довольный, что даже удивительно!
А летом он поехал в деревню. В саду у бабушки был большой пень. Миша залезал на пень и начинал читать бабушке одно стихотворение за другим.
Надо думать, как он надоел своей бабушке!
Тогда бабушка взяла Мишу в лес. А в лесу была вырубка. И тут Миша увидел такое количество пней, что у него глаза разбежались.
На какой пень становиться?
Он здорово растерялся!
И вот такого, растерянного, бабушка его привела обратно.
И с тех пор он не читал стихотворений, если его не просили.
Лукьян
Катю вызвали отвечать урок, а Маша в окно засмотрелась.
Катя подсказку ждёт, а Маша видит собаку Лукьяна и говорит тихо, вслух:
– Лукьян…
Катя думала, что ей подсказали, и повторяет:
– Лукьян…
– При чём тут Лукьян?! – удивился учитель.
Учитель сердито смотрит на Катю.
Катя сердито смотрит на Машу.
А Маша спокойно смотрит в окно.
И мы помогали
Когда снег с крыши сбрасывали, мы всем двором помогали дворнику. На крышу нас, конечно, не пустили.
Тогда мы собрались во дворе, встали цепочкой, взявшись за руки, и никого не пускали в ту зону, куда снег падал.
Когда люди в эту зону шли, не подозревая об опасности, мы хором кричали:
– Сюда нельзя! В обход!
И все люди шли в обход.
На Ваську небольшой кусок снега упал. Кружился, кружился в воздухе и прямо Ваське на голову опустился. Васька только тряхнул головой, и этот снег на его голове растаял. Он потом всё повторял, что своей головой защитил других. Нескромно, я считаю, такие вещи заявлять. Тоже мне! Как будто это был какой-нибудь громадный кусок льда.
Нас вовсю дворник гнал, а мы не уходили. Так до конца помогали.
А дворник говорит, что мы мешали.
Как же так?!
Не может этого быть!
Язык
Ребята работали. А Петя сел на ступеньку. И так сидел. Очень нужно работать!
Но сидеть надоело.
Он кошку увидел.
Поймал её.
Показал кошке шиш, посвистел кошке в ухо, подул на неё, скорчил несколько рож, спел три песни, язык
Она его цап лапой по языку!
Он сразу петь перестал.
Заорал, кошку выпустил и помчался к ребятам…
Лучше поздно, чем никогда!
Абсолютно верно
– Ты опять завтракаешь на уроке?
Валя быстро спрятала завтрак в парту.
– Что будет, – сказал учитель, – если все будут завтракать на уроке? Класс зашумел. Потому что каждый хотел сказать, что тогда будет.
Коля сказал:
– Будет очень смешно!
Миша сказал:
– Жеванье будет!
Маша сказала:
– Все сытые будут!
– А чего не будет? – спросил учитель.
Класс молчал. Чего не будет – никто не знал.
Учитель хотел уже сам ответить, как вдруг кто-то крикнул:
– Урока не будет!
– Абсолютно верно! – сказал учитель.
Как-нибудь
«Зима. Крестьянин, торжествуя, на дровнях обновляет путь. Его лошадка, снег почуя, плетётся рысью как-нибудь…»
Кто не знает это знаменитое стихотворение!
Володя Полуянов, ленивый мальчик, тоже знал эти строки. Лёжа утром в своей постели, торжествуя по поводу приближения весенних каникул, он переделывал стих на все лады.
Родителям надоело упрашивать его вставать в школу, они махнули рукой на своего сына, оставили ему завтрак на столе, а сами ушли на работу.
Он всегда опаздывал в школу.
А в этот раз решил совсем не идти.
– Весна. Володя, торжествуя, по лужам обновляет путь. Дружок, каникулы почуя, с ним вместе скачет как-нибудь…
Володя вздохнул: каникулы начинались завтра.
– Мы, торжествуя, в кино могли бы завернуть. Дружок, Дружок ты, протестуя, поменьше лай уж как-нибудь!
Дружок вовсю лаял, видя своего молодого хозяина до сих пор в кровати.
– Весна, весна! Тебя люблю я! Зачем за партой спину гнуть? Когда спокойненько могу я часок-другой пока заснуть.
Но спать не хотелось. Вставать тоже не хотелось. Было желание полежать.
– …Ещё зевну я. Каникул ждать – какая жуть! Но ничего! Свободы действий дождёмся лёжа как-нибудь…
Он зевнул.
Пёс залаял.
Володя бросил в него подушкой.
Пёс заскулил.
Володя сочинил:
– Весна! Подушку в пса кидая и без подушки оставаясь, я пролежу уж как-нибудь…
Тогда Дружок, окончательно выйдя из себя, неожиданно стянул с Володи одеяло.
У всех терпение кончается.
У собак, между прочим, тоже.
Вот что интересно!
Когда Гога начал ходить в первый класс, он знал только две буквы: О – кружочек и Т – молоточек. И всё. Других букв не знал. И читать не умел.
Бабушка пыталась его научить, но он сейчас же придумывал уловку:
– Сейчас, сейчас, бабуся, я тебе вымою посуду.