Сплошь мертвецы
Шрифт:
Андре не был Мистером Экспрессивность, но я заметила, как на его лице сменились недоверчивость, отвращение и вера.
— И я также думаю, возможно, он сказал Хенрику Фейту, что Софи-Энн собирается его убить. Поскольку он менеджер отеля, верно? И он имеет ключи от номера королевы, где, как мы думала, Хенрик находился в безопасности, верно? Так, чтобы Хенрик продолжил бы суд над королевой, потому что был убежден, что она его убьет. Опять же, Христиан Барух появится, и станет ее Великим Спасителем. Возможно, он и убил Хенрика, после того как тот не оправдал доверия, и
У Андре было странное выражение на лице, как будто до него не доходило сказанное.
— А доказательства есть? — спросил он.
— Ни одного. Но когда я сегодня утром разговаривала с г-ном Донати в вестибюле, он намекнул, что мне было бы интересно посмотреть записи с камер наблюдения.
— Посмотри, — сказал Андре.
— Если я попрошу их, он лишится работы. Вы должны попросить королеву, чтобы она потребовала у г-на Баруха посмотреть пленки вестибюля за тот период времени, когда была установлена бомба. Залеплена камера или нет, но лента что-то покажет.
— Уходи первой, чтобы он не связал тебя с этим.
В самом деле, управляющий гостиницы был увлечен королевой и разговором с ней, или его вампирский слух отказал ему, пока мы о нем разговаривали.
Хотя я была измотана, у меня было приятное ощущение, что я отрабатываю деньги, которые мне платят за эту поездку. И ощущение того, что загадка бомбы Dr Pepper была решена, сняло камень с моей души. Христиан Барух не будет устанавливать новых бомб теперь, когда он был так близок к королеве. Угроза отколовшейся группы Братства задала задачку… Ну, я лишь слышала об этом, и то с чужих слов, и не имела каких-либо доказательств того, какую форму это примет. Несмотря на смерть женщины на стрельбище, я чувствовала более спокойно, пока ходила по Пирамиде Джизех, потому что была склонна приписать убийцу-лучника также Баруху. Может быть, он подумал, что Хенрик может получить Арканзас от королевы, в нем проснулась жадность, и он нанял убийцу убрать Хенрика, чтобы королева получила всё. Что-то не увязывалось в этом сценарии, но я слишком устала думать об этом, и позволила всей этой запутанной паутине полежать до тех пор, пока я отдохну.
Я пересекла небольшой холл по дороге к лифту и нажала кнопку. Когда двери открылись, оттуда вышел Билл с полными руками бланков заказов.
— Ты хорошо поработал сегодня вечером, — сказала я, слишком устав ненавидеть его. Я кивнула на бланки.
— Да, мы неплохо заработали на этом, — сказал он, но голос его звучал не очень радостно.
Я ожидала, что он пропустит меня, но он этого не сделал.
— Я бы отдал все на свете, чтобы стереть то, что произошло между нами, — сказал он. — Не то время, когда мы любили друг друга, а…
— Те времена, когда тебя направили лгать мне? Те времена, когда ты притворялся, что с трудом можешь дождаться встречи со мной, потому что этого требовал приказ? Те времена?
— Да, — сказал он, и его глубокие карие глаза не мигали. — Те времена.
— Ты причинил мне слишком много боли. Этого не случится.
— Ты полюбила другого мужчину? Куинна?
— Ты не имеешь право спрашивать меня об этом, — сказала я. — У тебя вообще нет никаких прав в том, что касается меня.
ДжейБи? Что за глупость? Он мне всегда нравился, и он был красив, но он был пень пнем. Я покачала головой и заскочила в лифт, чтобы спуститься на человеческий этаж.
Карлы, как обычно, и не было, и поскольку было уже пять утра, велика была вероятность, что ее уже не будет. Я накинула розовую пижаму и бросила тапочки рядом с кроватью, чтобы не пришлось нащупывать их в темноте, если Карла надумает вернуться, пока я сплю.
17
Мои глаза продирались с огромным трудом.
— Проснись, проснись, проснись! Сьюки, здесь что-то не так.
— Барри, ты где?
— Возле лифта на этаже для людей.
— Я иду.
Я надела одежду, в которой была предыдущей ночью, не считая «лодочек». Вместо этого я сунула ноги в удобные тапочки. Я схватила бумажник, в котором хранила ключ от комнаты, водительские права и кредитные карточки, и закинула его в один карман, сунула сотовый в другой, и выбежала из комнаты. Дверь захлопнулась за мной со зловещим стуком. Отель казался пустыми и безмолвным, а мои часы показывали 9:50.
Я пробежала черед длинный коридор и свернула направо, к лифтам. Я не встретила ни души. В это время суток это вроде не показалось мне странным. Большинство людей на этаже по-прежнему спали, потому что они бодрствовали вместе с вампирами. Но там не было даже горничных, убирающих холл.
Все эти мелкие тревожные моменты стекались в моем мозгу, словно следы слизняков на пороге, образуя огромную пульсирующую массу тревоги.
Я чувствовала себя, словно была Титанике и только что услышала скрежет корпуса корабля об айсберг.
Тут я заметила кого-то, лежащего на полу. Я настолько неожиданно и резко проснулась, что делала все как-бы в полудреме, поэтому обнаружение тела, валяющегося в холе, не оказалось для меня шоком.
Я вскрикнула, и в тот же момент Барри выскочил из-за угла. Он наклонился вместе со мной. Я перевернула тело. Это был Джейк Пьюрифой, и будить его было бесполезно.
— Почему он не в своей комнате? Что он делает снаружи так поздно? — даже в мысленном голосе Барри звучала паника.
— Слушай, Барри, он лежит в некотором смысле в направлении моей комнаты. Может, он собирался заглянуть ко мне? Да, но он этого не сделал. Что могло быть настолько важным, что Джек пренебрег подговкой к дневному сну? — Я встала, судорожно собираясь с мыслями. Я никогда не слышала о вампирах, которых рассвет застал бы врасплох. Я вспомнила о разговоре с Джейком, и двух мужчин, выходящих из его комнаты.
— Ах, ты ублюдок! — прошипела я сквозь зубы и ударила его настолько сильно, насколько могла.