Сплетение судеб

Блейн Диана

По мере того как длился день, все труднее было избежать встреч с Марком, тем более за обеденным столом. Но Габи старательно избегала встречаться с ним взглядом и держалась на расстоянии. Он заметил это. Не мог не заметить и, похоже, здорово злился. Однажды, столкнувшись с Габи в холле, он начал что-то говорить ей, но она скользнула мимо и сделала вид, что не услышала, когда он позвал ее. Невыносимо было бы смотреть ему в лицо после того, что случилось на берегу. Чем больше она вспоминала об этом, тем большее смущение охватывало ее. Как она допустила такое? Позволила себе отдаться чувствам,

зная, как он к ней относится, понимая, что весь этот спектакль он затеял лишь ради того, чтобы разлучить ее с Джо!

Нетрудно было разгадать его игру. Ясно, он никогда не верил ее утверждению, что они с Джо всего лишь друзья, что она не старается его увлечь. Марк выдал себя — он хочет разлучить ее с Джо. Это было так очевидно, как же она сразу не поняла! Тогда она могла бы оказать ему отпор, устоять против него. Но какое это было счастье, как мучительно-сладостно было держать его в своих объятиях, вкушать его ласки, поцелуи, чувствовать, что ты желанна. Габи знала, что никогда не забудет этот ранний утренний час на берегу, сколько бы она еще ни прожила. Но сейчас она должна уехать, скрыться от него как можно скорее, пока он не утвердил над ней свою власть. Она не может позволить ему снова приблизиться к ней.

Вечером Марк с Ланой куда-то уехали, но позднее присоединились к остальным на праздновании Четвертого июля в клубе. Предполагался фейерверк и прочие увеселения. Габи заметила, что Смиты держатся особняком и Дэйв Смит украдкой наблюдает за ней. Габи встревожилась и заподозрила, что Джо сказал ему о подслушанном разговоре.

По спине ее пробежали мурашки, но она посмеялась про себя над своими подозрениями и веселилась вместе с Джо, наслаждаясь игрой местного оркестрика, духом товарищества, охватившим всех гостей. Все радовались как дети, и Габи с удовольствием ждала обещанного грандиозного фейерверка. Ей передалось всеобщее веселье, и она танцевала все танцы подряд, сама удивляясь, что ноги еще держат ее. Габи веселилась от души и была в отличном настроении, когда подошел Марк и, не сказав ни слова, повел ее танцевать. Оркестр заиграл блюз.

— Ты с самого утра избегаешь меня, — сказал он, не сводя темных глаз с ее лица и прижав ее к себе. На нем был белый смокинг с красной бутоньеркой в петлице и узкие черные брюки, и он был так красив, что Габи затрепетала от удовольствия.

— Разве? — Она пыталась уклониться от ответа, тронула его бутоньерку. — Ты прекрасно выглядишь.

— А ты — просто изумительно, — ответил Марк. Он крепче сжал ее руку, их пальцы сплелись. — Джо мечет на меня свирепые взгляды, — с усмешкой сказал он, двигаясь по кругу и глядя поверх ее головы. — Может, что-то почувствовал.

— Чувствовать совершенно нечего. — Она вдохнула терпкий запах его одеколона. Сколько раз она ложилась в постель, ощущая этот запах на своей коже после его поцелуев на прощание! Габи закрыла глаза и отдалась ритму танца. — У него нет никакого права ревновать меня. Мы с ним друзья, и только.

— Он не совсем так представил мне ваши отношения, — мягко сказал Марк. — Он без ума от тебя.

— У тебя разыгралось воображение.

— Ты считаешь? Ну а он говорит, чтобы я держался от тебя подальше.

Габи подняла на него глаза.

— Он

сказал это сегодня утром? Он видел нас?..

— Боже, какой испуг! — с улыбкой прошептал Марк. — Нет. Никто нас не увидел. Представляешь, что с ними бы было? Я над тобой на коленях…

Габи густо покраснела, спрятала пылающую щеку у него на плече и почувствовала, как он притянул ее своей большой рукой так близко, что она ощущала теперь мощные мускулы его ног. Габи отодвинулась сколько смогла, но он снова прижал ее к себе.

— Оставайся так, — приказал он. — Мне приятно чувствовать твои ноги. Что тебя так испугало? Ты же знаешь, я хочу тебя, зачем же прятаться от того, что нам обоим известно?

— Оставь меня в покое! — взмолилась она.

— Не могу, радость моя, — ответил он. Дыхание его стало прерывистым, она отчетливо слышала его. Он повернул ее так быстро, что на какую-то секунду он прижалась к нему всем телом. — И ты меня тоже не можешь оставить в покое.

— Завтра я уезжаю домой, — задыхаясь, сказала Габи.

— Спасаешься бегством? — поддразнил ее Марк, Его пальцы медленно, нежно ласкали ее пальцы. — Думаешь, это поможет? А не станет ли хуже, если ты не будешь видеть меня каждый день?

— Будь ты проклят, Марк! — со слезами в голосе прошептала она.

— Отчего бы тебе не прекратить этот фарс с Джо? — тихо увещевал он. — Нам с тобой, Габи, будет так хорошо! Перестань встречаться с моим братом, и я научу тебя такому, о чем ты никогда и не мечтала. Ты будешь спать со мной каждую ночь, пока мы не ослепнем от любовных утех.

Габи похолодела. Так вот как он решил сыграть! Вот почему он предпринял на нее атаку сегодня на рассвете. По-прежнему играет роль старшего брата-защитника. Он и вправду уверен, что она хочет завлечь Джо в свои сети, причинить ему зло. Но на самом-то деле, считает он, она охотится за ним, Марком, а потому он готов уделить ей особое внимание. Бедняжка, он готов принести себя в жертву, готов подарить ей свое тело! Какая преданность брату!

Она немного отстранилась от него, в ее глазах была мрачная насмешка.

— Что ж, могу сказать, интересное предложение. Вполне деловое. Предлагаешь мне свое тело в обмен на свободу Джо? — Габи улыбнулась, увидев растерянное выражение его лица. — А что бы, собственно, не предложить мне просто деньги, Марк? За пять тысяч долларов я, может, пойду на такую сделку, как пошел когда-то ты. Предпочитаю наличные твоему телу. Уверена, ты меня поймешь, у тебя ведь есть опыт в подобных делах.

Марк замер и закрыл глаза. Перестал танцевать. Потом веки его поднялись, и он посмотрел на нее пристальным взглядом, как будто не мог поверить собственным ушам.

Габи откинула голову и весело рассмеялась ему в лицо, словно ей и вправду было весело и сердце ее не разрывалось на части. Она отстранилась от него и покачала головой.

— Ах, Марк, ты большой шутник. Спасибо за предложение, но я теперь в здравом уме. Со мной теперь такой номер не пройдет.

Она бросила его на середине площадки и пошла к Джо, который вскочил со своего места и улыбался во весь рот.

— Что такое ты ему сказала? — спросил он, кивнув на Марка, который большими шагами направился к бару.