Сплетение судеб

Блейн Диана

Габи взяла сумку и направилась к двери.

— Габриэла! — вдруг окликнул ее отец.

Она обернулась.

— Если бы мы не вмешались, — начал он, — ты вышла бы замуж за этого орангутанга?

— Да, вышла бы, даже если бы пришлось жить с ним в бедности, в комнате за гаражом и воспитывать десять детей. — Габи улыбалась. — Может, я и нарожала бы ему целый выводок. Ну все, папа, вечером увидимся.

— До свидания, иди. — Отец проводил Габи взглядом и ссутулился в кресле, будто сразу постарев. Обвел взглядом кухню. Пустая, как и его жизнь. И все потому, что когда-то он

безропотно подчинялся жене, вместо того чтобы следовать своей интуиции. Он вздохнул и допил кофе. Почему-то вдруг припомнилась строка из песни: «Скажу тебе „прости меня“, но что сказать потом?»

Теперь уже ничего не скажешь. Поздно. Отец встал и отправился в свою контору.

В студии Габи ожидал Джо. Он смотрел, как ее снимали, а потом, хотя время ленча уже прошло, повез ее в ближайший ресторан.

— Бедная девочка, — пожалел он ее, — тридцать пять кадров! Бр-р-р!

— Он меня прикончит. — Габи потягивала холодный чай. — Оставлю посмертную записку: «…считать виновным…»

— Хочешь, нашлю на него дядю Майкла? — заговорщически шепнул Джо.

Габи рассмеялась.

— А дядя Майкл, небось, ростом в четыре фута и носит красные, в полоску, галстуки.

— Нет. Ростом он футов шесть, не меньше, седовласый и закалывает галстук бриллиантовой булавкой, — уточнил Джо. — К тому же в свое время он слыл дамским угодником.

— Ах-ах, а я-то тут с тобой зря время трачу! — поддразнила Габи.

Джо, довольный, засмеялся. Уперев лицо в ладони, он с обожанием смотрел на нее. У него приятное лицо, подумала Габи. С первого взгляда не влюбишься, и не такое твердое, словно высеченное резцом, как у Марка, но все равно очень приятное. За то время, что она с ним встречается, он просто расцвел, к тому же не проявил никакого недовольства после вечера у Марка, не приревновал ее. Он шутит и смеется и явно радуется их встречам, но, судя по всему, решил не форсировать их отношения. Габи была этому рада — ничего, кроме дружбы, она по-прежнему не могла ему предложить.

— Увы, я не дамский угодник, — признался Джо, — но я богат, хорош собой и полон обаяния.

— Забыл упомянуть, какой ты скромный, — подсказала Габи.

— Да, и это тоже. Я жутко скромный.

Габи расхохоталась.

— Ты просто прелесть!

— Стараюсь, стараюсь. Как насчет того, чтобы сегодня вместе поужинать?

Габи улыбнулась.

— Непременно, но ты уже столько водил меня по ресторанам, почему бы не поужинать сегодня у нас дома? Приходи примерно в пять, заодно познакомишься с моим отцом.

— Хочешь представить меня папаше? Ладно, переживу. Договорились.

— Отец тебе понравится. Он тоже славный.

— Он и должен быть славным, если у него такая дочь. — Джо засмеялся, увидев, какую гримаску состроила Габи. — Значит, в пять.

— Буду ждать, — пообещала она и подумала: а что скажет Марк, когда Джо сообщит ему о визите? А он непременно сообщит.

Отец явно нервничал, когда ровно в пять явился Джо.

— Здравствуйте, здравствуйте, приятно познакомиться! — пожимая руку молодому человеку, сказал он с несколько преувеличенной любезностью. — Рад вас видеть в нашем доме.

Габриэла

разглаживала свое летнее белое платье и, слегка нахмурившись, наблюдала за отцом. Что это с ним? Покраснел и смущен. На него не похоже, он всегда держится непринужденно в любой компании.

— Что будете пить? — спросил он, ведя их в просторную гостиную.

— Мне немного перье, — сказала Габриэла. — А что тебе, Джо?

— Водку с содовой. — Пока Джек Беннет наполнял стаканы, Джо сел на диван рядом с Габи. — У вас прекрасный дом, — заметил он, оглядывая изысканно обставленную гостиную.

— Это заслуга жены, я тут ни при чем, — с улыбкой заметил Джек, опускаясь в кресло напротив. — У жены был безукоризненный вкус.

— Мама умерла несколько месяцев назад, — вставила Габриэла, опустив глаза. Потом улыбнулась. — Она была настоящая леди. Правда, папа?

Джек кивнул, отпил из своего стакана и, кажется, перестал нервничать.

— Да, мама у нас была замечательная. Может, в каких-то вопросах немного наивная и излишне прямодушная, но прекрасная женщина. — Отец взглянул на Габи. — Как прошла съемка?

— Лучше спросите у меня. — Джо усмехнулся и подмигнул Габи. — Ваша дочь великолепна! Она уже принесла нам миллион долларов дохода. Для нас она просто подарок. Я очень доволен, что она представляет корпорацию.

— Прекрасно. А как относится к этому ваш брат? — вдруг спросил Джек.

Джо пожал плечами.

— Марк не сообщает мне, как он к чему-то или кому-то относится. Не считает нужным. Он ни словом не обмолвился о рекламной кампании. Ну, может, одно-то слово обронил, — поправился Джо с виноватым видом.

— Представляю, какое слово, — хотел меня отставить? — сказала Габи, делая пробный ход и наблюдая, как откашливается Джо, словно вдруг поперхнулся.

— Это не относилось ни к кому в частности, — поспешил заверить Джо, и в его глазах появилось смущенное выражение, будто он извинялся за брата. — Он считал, что нам нужна блондинка.

— А что мне стоит перекраситься в блондинку? Пожалуйста, хоть сегодня, — усмехнулась Габи.

— Конечно.

Джек, уловив неожиданную напряженность, поспешил ее снять. Он поднялся и объявил, что ужин уже на столе. Поглощая вкуснейшие блюда, приготовленные поваром Джека, они переговорили обо всем на свете: о политике, о налогах, о зрелищах, — и вечер, начавшийся несколько натянуто, прошел на редкость приятно.

— Приходите к нам, как только вам захочется, — сказал Джек на прощание. — Буду очень рад снова вас повидать.

— Спасибо, — ответил Джо, пожимая ему руку. — Я получил большое удовольствие.

— Так же как и я, — сказал в ответ отец и отправился наверх.

Габи вышла проводить Джо до его «мерседеса» с откидным верхом. Джо молчал, как будто обдумывал что-то.

— Хочу тебя кое о чем спросить, — начал он.

— Да? — Габи улыбнулась ему.

— Мне очень хочется пригласить тебя поехать со мной в Хамптон, — сказал Джо: — У нас там дом на берегу. Наш семейный дом. Он очень красивый, со своим пляжем. На праздничные дни — я имею в виду Четвертое июля — там соберется небольшое общество. Мне будет приятно, если ты будешь моей гостьей.