Список
Шрифт:
– Маловероятно, – согласился компаньон, глядя на меня с непонятным интересом. – Учитывая, что это длится не один год и нужно готовить отвар, который незаметно не подольешь…
– Так вот. Инор Кремер знал, что его жена встречается со Штефаном давно и регулярно. Также он знал, что любовниками они не являются. И тем не менее приходит с просьбой проследить и выяснить, нe замешана ли эта парочка в запретных делах. Зачем ему это? И главное – почему именно сейчас, когда не утих шум вокруг смерти наставницы?
– Думаю, он хотел обратить мое внимание на Эггера, –
На языке у меня вертелись сразу два вопроса. Я не знала, какой важнее, во всяком случае для меня, поэтому выпалила тот, который меня занимал уже давно:
– А почему ты ушел из Сыска?
Дитрих помрачнел. Похоже, вспомнилось ему что-то очень неприятное.
– Не сошлись в мнениях с начальством, – наконец туманно ответил он. – Я считал и считаю, что на некоторые вещи нельзя закрывать глаза, даже если преступник относится к верхушке аристократии.
– Ты ушел, и там все равно закрыли глаза, так?
– Так. Но не я.
Дитрих нахмурился – даже думать об этом ему было неприятно. Поэтому я не стала расспрашивать, кого он отказался покрывать и что этот кто-то сделал. Вместо этого спросила:
– Ты рассказал своим друзьям в Сыске о Штефане?
– А откуда бы я узнал о родственных связях Эггера с Вернер? Да и в завещании мне бы никто не позволил копаться. Все-таки работа на Корону имеет свои преимущества – пускают туда, куда частным Сыщикам вход закрыт.
– Жалеешь, что ушел?
– Глупо жалеть о том, что сделал осознанно, – Дитрих вздохнул.
– Но жалеешь.
– Жалею, – признался он. – Как выяснилось, слишком однообразная работа у частного сыщика. Ничего серьезного от него не ждут. Выслеживание неверных супругов – скучное занятие, не требующее применения даже сотой части моих знаий. Я способен на большее, и это меня немного угнетает. С другой стороны, в работе частного сыщика есть и свои преимущества.
– Какие?
– Не уйди я из Сыска, мы бы не познакомились.
– Кто знает, – неуверенно сказала я. – Возможно, ты занимался бы делом иноры Вернер, и мы все равно встретились бы.
– Возможно, – ответил он. – Судьба – штука такая, интересная и непредсказуемая.
Он улыбнулся, а я поняла, что он почему-то уже совсем не за столом, а со мной рядом. И не просто рядом, а обнимает меня, нежно, бережно, словно я могу разбиться прямо у него в руках. Нo ещё больше меня удивило, что мои собственные руки оказались на шее Дитриха, а губы сами тянулись за поцелуем. Я успокаивала себя, что инор Кремер сам сказал – отчет ему не к спеху, а тренировать навыки конспирации просто необходимо…
– Гхм, – прогрохотал неприятный смешок от двери.
– Инор Кремер, рад вас видеть в добром здравии.
Дитрих сказал это таким тоном, что создавалось
– Просмотрел ваш отчет, – буркнул он. – Как-то там слишком мало для той суммы, что вы за эту бумажку запросили.
– Это промежуточный отчет, – невозмутимо ответил Дитрих.
– Все равно – мало, – заявил Кремер. – Я смотрю, вы здесь заняты чему угодно, тольо не делами клиентов. Инорита, романы с собственными начальниами обычно плохо заанчиваются, знаете ли.
Он выразительно посмотрел на меня, заставив покраснеть.
– Видите ли, инор Кремер, – невозмутимо сазал Дитрих. – По анонимному доносу меня лишили лицензии, без которой немного затруднительно осуществлять некоторые действия.
Инор Кремер сривился и опять хмынул, на этот раз – презрительно.
– азворошили осиное гнездо, – недовольно сазал он. – ещё утверждали, что специалист в своем деле. Какой вы специалист, если не можете даже проследить за объектом, не спугнув его? Я уже нескольо раз пожалел, что к вам обратился.
– Потому что я в отчете уазал, что ваша жена и инор Эггер не являются любовниками, встречаются тольо в людных местах, а посему заниматься запрещенными практиками не могут, во всяком случае – вместе? – Дитрих слегка прищурился, что почему-то придало ему устрашающий вид.
Инор Кремер проникся и сразу уменьшил напор.
– Я и не утверждал, что они вместе занимаются чем-то этаким. Я сказал, что от Магдалены пахнет травами, которые могут использоваться в нехороших целях, и просил вас проверить, не замешана ли она сама.
– Для того, чтобы с уверенностью ответить на этот вопрос мне нужен доступ в ваш дом, – неожиданно сказал Дитрих. – Следовательно нужно ваше разрешение, которое не потребовалось бы, будь у меня действующая лицензия.
Инор Кремер покраснел от возмущения и стукнул кулаком по моему столу, возле которого мы так и стояли. Я вздрогнула, стол устоял, хоть и немного покачнулся, а Дитрих невозмутимо спросил:
– Счет за разбитую мебель будете оплачивать отдельно?
– Вы думаете, я не заметил бы, если бы таким занимались в моем собственном доме? – заорал инор Кремер. – Будьте уверены, в моем доме ничего такого нет и быть не может!
Стучать по столу он больше не стал, но выразительно уставился на Дитриха, с явным желанием получить извинения. Но мой компаньон не проникся.
– Иногда люди не замечают, что творится у них под носом, инор Кремер. Вы весьма неравнодушны к жене и часто отсутствуете, – невозмутимо заметил он. – Сюда вы пришли, поскольку вас беспокоило, не замешана ли инора Кремер в чем-то противозаконном. Твердо ответить на этот вопрос я смогу только после осмотра вашего дома, поскольку инора Кремер только там проводит достаточно времени для подобных занятий.