Список
Шрифт:
– И что я, по – твоему, хотел сделать?
– Для начала – убедить меня переговорить с тобой наедине, – уверенно ответила я. – А что ты там дальше хочешь, знаешь только ты.
Штефан смущаться не стал. Напротив, выглядел он сейчас скорее оскорбленным в лучших чувствах. Подбородок, на котором Эмми в свое время находила все признаки породистости, гордо задрался вверх. Но выпятившийся при этом кадык не способствовал привлекательности образа.
– А почему ты не обвиняешь Эмили? – возмутился Штефан. – на точно так же держит тебя за руку, и у нее тоже есть
– Зачем ей это, Штефан? – усмехнулась я.
– Затем, что она с самого начала строила мне глазки, особенно, когда была уверена, что ты этого не видишь, – нагло заявил он. – И прижималась при каждом удобном случае. Я тебе не хотел говорить, чтобы не расстраивать. Но сейчас твоя… гм… подруга перешла всякие границы.
– Что? – Эмми отпустила мою руку и шагнула вперед. Щеки ее пылали. – Что за вранье?
– Какое ещё вранье? – раздраженно сказал он. – Ты мне в любви призналась на второй день знакомства. Скажешь, не так?
– Не так! – Эмми чуть не рыдала и умоляюще на меня смотрела. – Линда, не верь ему. Ничего такого не было. Ты же меня знаешь столько лет. Разве я на такое способна?
Я растеряно переводила взгляд с него на нее. Оба выглядели уверенными в собственной правоте. Но кто-то из них врал. Врал нагло, безо всякого стеснения. Ни за кем из них раньше я не замечала умения, необходимого для подобной игры. У Эмми сегодня нашли актерский талант, но был ли он, или в той конторе лишь желали заработать на простодушной инорите? Штефан ей действительно понравился при первой же встрече, но стала бы она за моей спиной его отбивать? Знать бы, что у меня стерли, может, и определенность какая-то появилась.
– Ты мне не веришь? – У Эмми задрожали губы, и она горестно всхлипнула. – Да я к ментальной магии даже способностей не имею.
– Не имеешь или не показываешь?
– Штефан, почему же в таком случае она не попыталась влиять на тебя?
Он молча вытащил из-за пазухи связку. В самом деле, как это я забыла, работающим в магистрате не просто выдают ворох защитных артефатов, их еще обязуют их постоянно носить. И все же в пользу Эмми говорила наша многолетняя дружба. Да и не пропадала она, как Штефан, после гибели наставницы. Или – убийства? Эмми всхлипнула, и я взяла ее за руку. Подумаю обо всем этом позже, когда останусь одна и никто не будет пытаться вынудить меня принять сторону одного из них.
– Штефан, и все же, что ты хотел?
– Я? – чуть растерянно переспросил он, так и не отводя неприязненного взгляда от Эмми. – Чувствую, она от тебя сегодня не отлипнет, значит, придется говорить при ней. Линда, я считаю, что в наших отношениях пора прийти к определенности.
Я лишь чуть приподняла бровь в знак вопроса. О какой ещё определенности может идти речь, если он ясно сказал Эмми, что мы расстались? Что может быть более определенным?
– Линда, ты должна выйти за меня замуж! – выпалил он.
И даже достал из внутреннего кармана обручальный браслет. Огромный букет ему ужасно мешал, но я не торопилась
– Не помню, когда я успела тебе задолжать, – заметила я. – Ты считаешь нормальным бросить меня в одиночестве на длительный срок, заявить моей подруге, что у нас все кончено, а потом прийти как ни в чем не бывало и сказать, что я что-то там тебе должна?
– Линда, я не могу подобрать нужных слов, когда Эмили не сводит с меня глаз, – помрачнел Штефан. – Все, что я хочу тебе сказать, предназначено лишь тебе.
Эмми презрительно фыркнула. Полагаю, после сегодняшнего Штефан потерял для нее всю привлекательность, вне зависимости, говорил он правду или нет.
– Линда, раньше ты отказывалась идти со мной в храм, так как тебе надо было закончить академию, – продолжил Штефан. – Но сейчас ты не тольо закончила, ты не можешь найти работу, а значит, я обязан о тебе позаботиться.
И в самом деле, он предлагал пойти в храм почти сразу после нашего знакомства, но я тогда отговорилась необходимостью закончить обучение, да и не нравился он мне настолько. А потом тема эта ни разу не поднималась. Выходит, он ждал, когда и получу диплом? Но все же…
– Подожди, – удивилась я. – Откуда ты знаешь про мои проблемы с работой?
– Она сказала сегодня, – Штефан кивнул в сторону смутившейся Эмми. – Так и вопила на всю улицу: «Как тебе не стыдно, она с голоду скоро умирать будет, а ты здесь с девицами развлекаешься!» Линда, ты мне очень дорога. Если я не пришел с браслетом раньше, то лишь потому, что после смерти Вернер у магистрата возникло очень много вопросов, для решения которых мне, и не только мне, пришлось хорошо поездить по Гарму. Слишком давно в Гаэрре не было подобных случаев. Лет двадцать, не меньше.
– И все же, Штефан, теперь мои проблемы – не твои, – непреклонно сказала я. – А твои – не мои. То, что ты сказал Эмми, лишь подтвердило мои собственные мысли. Между нами все кончено, Штефан. (216de)
– Линда, я был уверен, что она сразу побежит к тебе, – расстроенно сказал он. – Повторю. От агрессии твоей подруги я растерялся и сказал глупость. Ну же, Линда, нельзя быть такой обидчивой. В любом случае, я за тебя волнуюсь. Эмили любит преувеличивать, но если ты не можешь найти работу, то ситуация действительно серьезная.
– Можешь не волноваться, Штефан, – улыбнулась я. – Как раз сегодня работа у меня появилась.
– В самом деле? – он заметно удивился. – И кто тебя взял?
– Частный сыщик, – пояснила я. – Я устроилась секретарем к частному сыщику.
– Ты с ума сошла! – возмутился Штефан. – С твои Золотым дипломом идти в девочки на побегушках? Как можно? Линда, заканчивай маяться дурью, в храм идем прямо сейчас.
Он опять попытался ухватить меня за руку. Но я свою руку ему давать не собиралась ни в прямом, ни в переносном смысле. Не так их у меня много, этих рук, чтобы ими разбрасываться.