Список для чтения

Адамс Сара

Как только он познакомился с сестрами Марч и Марми, он понял, почему Наина и Прия так любили эту книгу. Девочки: Джо, Мег, Бет и Эми, из американского штата Массачусетс были веселыми, обладающими богатым воображением, они жили в книгах и за их пределами, любили и заботились друг о друге. А еще все в «Маленьких женщинах» напоминало ему о Наине. Каждая страница была наполнена ее заветами и духом. К сожалению, отец сестер находился далеко, на войне, и мать одна их воспитывала. Помимо этого, она заботилась и присматривала за другими людьми, работала для нужд фронта, с теплотой и добротой относилась к соседям, помогала друзьям, в Рождество приносила еду тем

семьям, которые в ней нуждались. Будь Наина жива, она была бы точь-в-точь как Марми, с радостью поставила бы собственные нужды и комфорт на второй план. С каждой прочитанной страницей он все четче визуализировал Наину.

Ему хотелось рассказать ей, что благодаря чтению он нашел себе занятие, наладил контакт с другими людьми, у него появился повод выбираться из постели и выходить из дома.

Наина продолжала жить, подобно миссис Марч, но Мукеш, с тех пор как ушла жена, отгородился от мира. Он позволил дочерям ухаживать за собой, довольствуясь своей посредственной жизнью. Мукеш сделал глубокий вдох, это продолжалось до недавнего времени. Разве сейчас он не стал хоть немного походить на Марми? Стал. Он знал, что изменился и достиг больших успехов.

В животе заурчало, слова о большом рождественском обеде Марчей перебежали со страниц через кончики его пальцев и стали распространяться по телу. Он чувствовал запах еды: жареной картошки, конфет и пирожных. Мукеш перенесся мыслями к обедам на праздник Дивали, которые устраивала Наина: горы конфет, гулаб джамун, бурфи^[49], сладкий пирог митхаи – все, что только можно пожелать. У них не было такого празднества с тех пор, как она ушла. Теперь, если они праздновали вместе, то была еда навынос. Нет, решил он, сегодня он устроит праздник для своей семьи. Прия и Рохини собирались прийти сегодня вечером на ужин. Он приготовит на троих. Мукеш думал о сестрах Марч, о Марми, несмотря на все трудности, они источали позитив, вновь и вновь доказывали, что было бы желание, а способ всегда найдется.

Он сделал глубокий вдох и вытолкнул себя из кресла, намереваясь приготовить досу. Он справится.

И, что самое главное, он верил в это.

«Я так горжусь тобой, Мукеш, – прошептала Наина. – А теперь тебе пора за покупками».

Ему не требовалось повторять дважды.

Мукеш преодолел свой привычный путь в гору, который занял у него больше времени, чем обычно, но меньше, чем он ожидал, учитывая его боли. Когда он добрался до главной дороги, там оказались толпы футбольных фанатов с сине-белыми шарфами на шеях и в синих футболках. Так много белых лиц в Уэмбли он видел, только когда на здешнем стадионе проходил футбольный матч или концерт или другое подобное мероприятие. Машины сигналили, пытаясь пробиться сквозь толпу пешеходов. Мукеш старался держаться как можно ближе к зданиям и магазинам слева, старался не мешать движению, чтобы его не затоптали, хотя болельщики просто бодро распевали, махали пивными банками, из которых разбрызгивалось пиво, знаменуя победу сине-белой команды. Когда Мукеш наконец нашел прибежище в магазине, его приветствовал Нихил.

– Что покупаешь сегодня, Мукеш?

– Хочу приготовить что-нибудь другое. Доса!

– Доса! Ты уверен, что готов?

– Угу. – это прозвучало с большей уверенностью, чем он ощущал. Доса была его любимым кушаньем. Наина готовила ее каждые две недели вечером в пятницу. А когда девочки были подростками и всегда где-то пропадали

по вечерам, она готовила только для них двоих. Когда жена готовила блинчики для всей семьи, то у нее никогда не было возможности присесть и поесть с ними, так как за раз у нее выпекался только один блинчик. – Моя Наина готовила самые вкусные доса из всех, что тебе доводилось пробовать, и я очень хочу тоже их приготовить. Они не будут самыми лучшими, но надеюсь, у меня получится неплохо.

– Да, тетя Наина иногда давала их мне для школьного перекуса.

– Правда? – расплылся в улыбке Мукеш.

– Если у нее оставались излишки и маме нужна была помощь, когда она работала в ночную смену.

Наина всегда говорила, что готовить доса легко, но Мукеш знал, что это неправда. То, что было легко для нее, для него будет сродни восхождению на Эверест.

– Позволь я соберу необходимые ингредиенты. Подожди. – Нихил покинул свое место за прилавком и с головокружительной скоростью принялся обшаривать магазин. Уже одно наблюдение за тем, как он носится вокруг, утомило Мукеша, его сердце сильно колотилось, и он не мог понять: он взбудоражен наблюдением за стремительным юнцом или же страшно нервничает по поводу приготовления досы для Прии и Рохини?

Знает ли он, как готовить досу? Как готовить правильно? Он мысленно пошагово пробежался по процессу приготовления, стараясь представить каждый шаг как можно яснее. Когда мысленные образы начали крутиться в голове, он, обводя взглядом магазин, вдруг увидел, как продукты принялись соскакивать с полок, окружая его, и яркие цвета пакетов: красный, розовый, синий затуманили его зрение.

– Нихил! – позвал Мукеш.

– Да, Мукеш.

– Мне что-то нехорошо.

– Да, одну секунду. Принести воды?

– Да, пожалуйста, сынок.

Мукеш вцепился рукой в грудь, дыхание было стеснено. Нихил проворно подставил ему стул, который прятался за прилавком, и так же стремительно принес ему холодной воды.

– Вот.

Мукеш потихоньку глотнул воды.

Он стал применять йоговское дыхательное упражнение, которому научила его Вритти. Вдох, задержка дыхания, выдох, задержка, вдох, задержка, выдох.

И постепенно, вдох за вдохом, он начал чувствовать себя лучше и почувствовал руку у себя на плече. Это не была рука Нихила, то была рука Наины, напоминающая ему, что он в силах это сделать.

Мукеш смотрел, как часовая стрелка приближается к пяти. Гостей еще не было.

Потом он увидел, как часы показали четверть шестого. Их еще не было.

Мукеш наблюдал, как тикают часы…

Прозвенел дверной звонок. Вот и они!

Мукеш вскочил быстрее, чем мог себе позволить.

Он отворил дверь, обтирая о брюки вспотевшие от нервов ладони.

В дом вбежала Прия, прижимая к груди «Убить пересмешника». Его сердце воспарило, словно было легче воздуха.

– Мне так нравится эта книга, дедушка! Мне так нравится Глазастик. Мне бы тоже хотелось иногда переживать такие же приключения.

– Думаю, тебе это удастся, внучка. – Он наклонился, чтобы поцеловать ее в макушку, а она обвила его руками. – Кроме того, у тебя много всевозможных приключений!

Прия крепко стиснула его в ответ и побежала, чтобы усесться в привычное кресло и продолжить чтение. Внучка сейчас читала книгу, которую он хорошо знал, знал мир, в который сейчас она погружена. Это была какая-то магия – в том, чтобы делить с кем-то мир, который любишь, позволяя другому видеть его сквозь те же самые очки, сквозь которые смотришь сам.