Спираль
Шрифт:
Лана, поборов дрожь, коснулась еще нескольких псевдокнопок.
— Последнее сетевое соединение было установлено с бортовым компьютером колониального транспорта «Бристоль», — ответила она. — Туда велось перемещение данных с основных носителей.
Глава 10
Деметра.
Район последней стоянки колониального транспорта «Бристоль».
Давно заброшенная сфера колониального транспорта утопала в снегу и песке
Лана, для которой Полынин поднял из ниши в полу резервное кресло, озиралась вокруг широко открытыми глазами.
Ее интересовали не приборы АРК, а то, что демонстрировали вытянутые в обзорный триплекс экраны внешнего обзора.
Она впервые в жизни видела снег, который все валил и валил, укрывая землю и руины мягким белым покрывалом.
«Тайфун» совершил посадку подле возвышенности, которая лишь отдаленно напоминала полусферу и казалась скорее оплывшим холмом, чем творением человеческих рук.
Еще один артефакт, наполовину утонувший в поверхности Деметры, занесенный многовековыми слоями песчаных отложений, а сейчас еще и припорошенный снегом…
Если бы не детекторы, Полынин прошел бы мимо, не заподозрив, что под этим холмом покоится в выбитой при посадке воронке сфера колониального транспорта «Бристоль».
Единственное, что указывало на истинное содержимое холма, был недавний отвал почвы и несколько вывороченных с корнями кустов в том месте, где не так давно открылся старый овальный люк…
— Пошли.
Лана молча и умоляюще посмотрела на Антона.
— Я не пойду… — Ее взгляд безошибочно отыскал на склоне холма овальный провал, который зловеще чернел на фоне укрывшего возвышенность снега. — Я боюсь…
— Мне будет нужна помощь в общении с бортовым компьютером.
Лицо Ланы отражало внутреннюю муку, смятение, какое-то отчаяние. Полынин не мог понять, что с ней творится, в чем причина такой внезапной волны ужаса, буквально захлестнувшей ее.
Губы девушки дрогнули, некрасиво искривившись.
— Там другая система… — выдавила она не своим голосом. — Ты ведь сам можешь общаться с бортовым компьютером корабля…
— Откуда ты знаешь?
Лана молчала, снова оцепенев. Ее взгляд впился в обзорные экраны, зрачки остановились, словно примерзли к одному месту.
— Ну, хорошо. — Антону действительно стало жаль ее. Он подумал, что страх Ланы перед очередной мрачной конструкцией вызван зловещими обстоятельствами ее появления на свет в недрах цоколя, но на этот раз он глубоко заблуждался.
Причиной ее муки, так явно отразившейся на лице девушки, был вовсе не страх перед мрачным зевом открытого люка.
Между секциями пульта АРК был намертво заклинен обесточенный шар РИГМЫ.
Полынин уже встал со своего кресла и не видел, что в нижней части мертвого, отрезанного от бортовой сети сфероида, содержавшего внутри себя кибернетические схемы домашней компьютерной системы, нервно помаргивает едва уловимое глазом излучение инфракрасного порта.
Отключенные
— Сиди здесь и ничего не трогай.
Оглянувшись на пороге шлюзовой камеры, Антон понял, что предупреждение было лишним — Лана по-прежнему сидела, будто окаменев, только ее губы беззвучно шевелились в непонятной артикуляции…
Люк, который кто-то открыл изнутри, располагался на склоне холма ближе к его вершине.
Антон прекрасно знал внутреннее устройство колониальных сфер. В этих конструкциях не было изысков. Если учесть, что корабль на девяносто процентов покоился под землей, в выжженной при посадке многометровой воронке, то видимая часть холма по логике являлась не чем иным, как основным управляющим модулем «Бристоля».
Протиснувшись сквозь заваленное осыпавшимся песком отверстие, Антон оказался в шлюзовой камере. Ему пришлось потратить несколько минут, руками отгребая мерзлый песок, прежде чем обнажились рычаги аварийного механического привода, при помощи которых он сдвинул с места массивную овальную плиту внутреннего люка.
За ним в коротком отрезке коридора горел тускло-желтый свет.
Открутив привод на половину возможного хода, Антон боком протиснулся внутрь колониального транспорта.
Сюда, вероятно, не заглядывал никто на протяжении многих сотен лет, и тем не менее комплекс продолжал функционировать.
Энергосберегающий режим, который поддерживался бортовым компьютером «Бристоля», свидетельствовал, что, по мнению кибернетической системы транспорта, не все исполнительные функции были исчерпаны.
«Неужели еще кто-то позабыт в криогенных камерах?» — подумал Антон. Деметра казалась ему образчиком безумия, но на самом деле и заброшенный цоколь, и этот погребенный под землей колониальный транспорт, на борту которого по-прежнему могли функционировать криогенные камеры, являлись лишь частностью, ярким, но маленьким эпизодом, выхваченным из картины многовековой давности, когда тысячи подобных транспортов покидали Землю.
Достоверно была известна судьба нескольких сот из них, а остальные? Сколько еще немых свидетельств эпохи Первого Рывка раскидано по неисследованным уголкам спирального рукава Галактики?
Этого не знал никто.
Короткий, тускло освещенный коридор действительно вывел его в рубку управления «Бристоля».
Помещение напоминало немного увеличенную в размерах кабину АРК. Антон не удивился тесноте отсека и обилию аппаратуры, он прекрасно знал, что девяносто девять процентов от объема колониального транспорта занимала огромная полость, разделенная на решетчатые палубы. Грузовые уровни для техники, так называемые «пассажирские» для криогенных камер и спящих в них людей. Техника прошлого, на фоне современных межзвездных лайнеров, казалась творчеством безумца, но ведь и на далекой, полузабытой теперь Земле первыми мореплавателями были отчаянные смельчаки, пересекавшие огромные водные пространства на утлых плотах, — большинство первобытных племен в ту пору даже не знало лодок…