Спираль
Шрифт:
Свет плечевых фонарей вырвал из тьмы фрагмент коридора. Собственно такой планировки и следовало ожидать. По личному опыту Антон знал, что наиболее важные отсеки любого корабля расположены ближе к центру и носовой части, где они защищены слоями внешних палуб. Если он хотел собрать больше информации об этом реликте с наименьшими затратами времени, то ему следовало двигаться в указанном логикой направлении. Болтаться в разрушенных отсеках внешнего слоя, среди хаоса угловатых, плавающих в невесомости обломков было рискованно и бесперспективно.
Он
Такой переход обнаружился через пятьдесят метров. Сразу три массивных люка образовывали сегментированный выступ. Два боковых были закрыты, центральный же оказался выжжен. Антон сразу узнал работу тяжелого импульсного излучателя плазмы: от люка осталась лишь дыра, края которой покрывали частые полукруглые выемки — стены, пол и потолок вокруг носили следы плавления от той температуры, что образовалась в коридоре в момент, когда работал ИИП.
За выжженным люком следовал еще один «слой» отсеков и коридоров, в основном технического назначения. Разрушения были повсюду, свет фонарей освещал выщербленные стены, погнутые трубопроводы, деформированные механизмы. Приборные панели попадались нечасто, и все они носили следы какого-то исступленного, варварского уничтожения — ни единого уцелевшего окошка датчиков или экрана, все покорежено, изувечено до полной бесполезности и неузнаваемости.
Неожиданный сюрприз принесла ему следующая, очевидно, центральная часть огромного космического корабля.
Не без труда Полынин отыскал ведущий в нужном ему направлении люк, который удалось открыть при помощи рычага, просто отодвинув запирающую проход овальную плиту по ее направляющим.
За люком внезапно открылось огромное пространство.
Антон в первый миг растерялся: куда ни глянь — всюду пустота, лишь на высоте пятидесяти метров свет фонарей достает до плоскости потолка, покрытого выщербленными пластинами матово-белого цвета, — возможно, это был какой-то вид плоских осветительных плафонов.
Но главное, самое потрясающее открытие ждало его впереди.
Стоило сделать шаг за порог этого гигантского помещения, как магнитные подошвы скафандра тут же потеряли контакт с металлической палубой. Сделав неосторожный шаг, он начал всплывать, и лишь натянувшийся страховочный фал спас его от бесконтрольного кувыркания в пустоте.
Справившись с пространственной стабилизацией тела, он отрегулировал слабину разматывания троса и поплыл в метре над полом странного помещения, выполняя заученные до автоматизма движения, позволяющие ему двигаться в избранном направлении, словно пловцу-подводнику.
Его путь вел к центру огромного зала.
Свет плечевых фонарей резал вязкий мрак, выхватывая из тьмы непонятные, черные как смоль, ветвистые контуры каких-то конструкций, которые тянулись от пола отсека к его своду, выложенному из матово-белых пластин.
До
Дерево…
Это было дерево! Огромный, почерневший ствол, ветвящиеся лишенные листвы побеги, морщинистая кора — настоящий гигант, которому должно быть понадобился не один десяток лет, чтобы дорасти до таких размеров!..
Это было потрясающе… невероятно…
Полынину потребовалось некоторое время, чтобы мысленно переварить факт такой необычайной находки: дерево, обнаруженное внутри космического корабля!
Справившись с волнением, Антон опустился ниже, чтобы проверить еще одну, возникшую тут же догадку.
Он не ошибся — пол исполинского отсека был покрыт полуметровым слоем смерзшегося в вакууме грунта, на поверхности которого лежала ломкая, но все еще зеленая трава!
В растерянности он огляделся по сторонам.
Немые темные исполины возвышались вокруг, образуя нечто похожее на мертвый лес. Деревья не были высажены по какой-то системе, рядами, например, нет — каждое возвышалось в отдельности, в той живописной асимметрии, которая присуща настоящему живому лесу… Но ведь Полынин прекрасно помнил, что находится внутри космического корабля, да и вырасти такие гиганты здесь не могли — пятидесятисантиметровый слой почвы мог удерживать и питать разве что траву, но не столетние деревья!.. Значит, их корневая система и часть стволов уходят ниже, сквозь переборку палубы, в какие-то специальные крепления, заполненные питательной средой.
Убей бог, он не видел смысла в подобном использовании внутреннего пространства космического корабля… Все увиденное потрясало, приводило в смятение его разум, воспитанный на определенной технической логике, — не зря этот космический корабль с самого начала показался ему столь необычным…
Единственное, что Полынин знал в эту минуту наверняка, — он не уйдет отсюда, не выяснив, кому принадлежал этот искусственно созданный мир и что произошло с его настоящими хозяевами.
Двигаясь к центральной части огромного зала через мертвый лес почерневших деревьев, Антон размышлял над увиденным. Корабль явно подвергся нападению, об этом, бесспорно, свидетельствовали сотни фактов, но среди пробоин, разрушений, следов пулевого и энергетического оружия он не увидел ни одного тела, ни защитников корабля, ни нападавших. Все это казалось более чем странным.
Вопрос о том, кому на самом деле принадлежал этот реликт, все более занимал его разум, ведь в ответе крылся кончик той ниточки, ухватив который можно попытаться раскрутить историю странного корабля, понять: где, когда и с какой целью он был построен?