Spintriae
Шрифт:
На плече Ворхесса место уничтоженного механического пыжака заняла инфицирующая форма. Этот гад успел не только посидеть там, с тремя своими коллегами, облазить тушку, но и попытаться надкусить. Проверяет, гад, что неорганик. Им нельзя собрать мои знания классическим способом, через заражение. Вот и сотрудничает.
— Не перегрызи синтетические мышцы. Иначе придется меня нести, смекаешь?
Ворхесс и сам выглядит ни разу не презентабельно. Стабилизация нарушена, и это однорукое, залитое желтой жижей тело прихрамывает. Причем жижа успела местами прорости чем-то вроде грибка, отчего выглядит Ворхесс как проросшая грибами и плесенью мумия.
Меч уничтожен, так что остался только обрез, что-то большее одной рукой не использовать. Хорошо, что оружие Цитадели использует вольфрамовые бруски и на количество боеприпасов не жалуется. Только на перегрев.
Совсем скоро мы окажемся на верхних уровнях комплекса. Паразит попадал туда и раньше, но наличие у Арии кораблей и тяжелого оружия позволяло войскам сдерживать противника. Банально сшибать их пушечным огнем, пользуясь тем, что у жителей нижних ярусов нормального оружия почти не было. Войска Арии держатся большими группами и применяют колдунов, что позволяло им с потерями, но отбивать атаки. После чего выжигать всё, что хоть немного выглядит зараженным. Предельно жесткие меры, предпринятые хозяйкой Омеги в вопросе утилизации тел, неплохо работают. Их оборона начала быстро сыпаться с только прибытием жнецов.
Те разнесли корабли, баланс нарушился. И раз так вышло, я этим воспользуюсь. Некоторые мои действия часто критиковали, за излишне прямолинейный подход. Глупость, конечно, СВР действует по разному, и куклы действуют по разному. Кто-то прямолинеен, кто-то ученым ассистирует. Ворхесс, вон, проникает в такие места, куда никто вменяемый добровольно не сунется.
— Добро пожаловать на борт, хе-хе!
Очередная дверь с шипением открылась, выпуская нас в тени башен верхнего города. Тут довольно мрачно, имеется задымление и все та же мелкая едкая пыль, но это не важно, мы почти пришли.
— Итак, моя верная команда, мы наверху. И нас тут определенно не ждут. Но не спешите разбегаться, нам не сюда, — Ворхесс указал в сторону громады «Загробной Жизни» виднеющейся вдалеке, — воооон там наши сокровища, смекаете? Только по поверхности мы не пойдем, прибьют. Мы пойдем другим путем.
И это отлично видно. Здание клуба уже не светится неоном, но вокруг него масса уничтоженной техники, тел, а на всех поверхностях вокруг видны воронки. Вижу несколько крупных убитых хасков, в том числе тварей, и четвероногого летающего десантного уродца, напоминающего бесхвостого дракона. Покрытый трубками и обрывками плоти, с грубыми кожистыми крыльями, синеватой жижей, а вместо рта раструб орудия. Довольно жирный противник, способный и десант высадить, и огнем поддержать, а тут их… два, еще один проломил стену здания, там еще масса воронок. Второй просто валяется посреди улицы в изрешеченном виде. Очевидно, обитатели Омеги там обложились оружием и сидят, довольные. Я бы поступила так же, но сегодня мы не союзники. Сегодня не ваша ночь.
Раздался свист, и хотя Ворхесс отреагировал мгновенно, пуля оставила просеку на голове. Не то, чтобы это попадание прибило одержимую, но все равно неприятно.
Зараженные взвыли, пришлось их осадить.
— А ну тихо, крысы сухопутные! Вас заманивают под гранаты и снаряды! Молчать, сучьи дети! Назад, в тоннели! Сейчас я вам покажу, как на Земле клизмы делают!
Боевые формы подчинились, а вот инфицирующие веселым шуршащим ковром хлынули
— Отлично, местные точно на это отвлекутся. Но мы пойдем другим путем. За мной!
Скоро этот район будет захвачен паразитом. Не думаю, что у местных была возможность утилизировать все трупы, вон их сколько вокруг бара валяется. Хоть часть из них будет пригодна для заражения. Гражданские, пытаясь выжить, способны прятаться в самых неожиданных местах и щелях, что неоднократно демонстрировали. Солдат в броне может и не протиснется, но паразит найдет. Всегда находит.
Под уровнем поверхности станции традиционно находится целая сеть технических тоннелей и переходов, и даже линии монорельса есть. И следы многочисленных боев. Да, тела уже остыли, а затем их сожгли до обгоревшего скелета, но воссоздать, как в этих коридорах происходила бойня, несложно. А вон те кажется более целые. Сзади раздалось утробное рычание быстро преобразуемых заражением тел, но Ворхесс не обернулся и не остановился. Мертвецам уже безразлично. Почему не должно быть мне?
Реактор уже должен начать терять стабильность. Я отправила сообщение, и ответ пришел быстро: так и есть, реактор сектора станции вышел в критический режим, и плавит оболочку. В реальности реакторы как правило не взрываются в обычном смысле, но разогреться до уровня маленького солнца, плавя всё вокруг и сжигая территорию колоссальным жаром и высоким давлением — могут. Не говоря о радиации и прочих радостях. Радиация такой подарок, который постоянно себя дарит. А в глубине космической станции всё еще хуже.
В любом случае, паразит все еще сдохнет от голода, если на Омеге не будет возможности выжить. А если не сдохнет, сожжем станцию окончательно.
— Опаааа, вы зашли не в тот район, девочки!
Впереди показался отряд хасков, собирающих тела. Обычные, рядовые особи, ничего интересного. Вот только у меня теперь не десять бойцов, отъявленных головорезов, беспринципных пиратов, а почти полсотни жирных откормленных жмуров, и это только в этом коридоре. Хаски, заметив нас, взвыли, их лидер, бывший турианец в броне, проскрипел что-то приказывающее. Вот только ответом им стала волна плоти и обстрел из кучи оружия. Мне даже подставляться не пришлось.
— Веди, — потребовал гигант зараженный, которого оставили прикрывать тушку Ворхесса.
И мы двинулись далее по тоннелям, перешагивая изрубленные тела хасков и лужи фиолетовой крови, утекающей сквозь решетку. Хлюпая, стуча и шелестя мерными шагами к своей цели. Предполагаю, жнецы только что осознали, что у них прорыв. Нужно действовать быстро, ведь это тоже часть плана. Снизить давление паразита за счет атаки хасков. В узком пространстве, при поддержке «тварей» это замедлит их в два или даже три раза.
— Ну и насрано же тут. Никакого самоуважения.
Эти тоннели пусть и несут на себе меньше грязи, но куда больше баррикад и следов боев. Местные явно спаивали конструкции воедино с помощью унигеля, сваривая баррикады из подручных материалов. Хаски заморачиваться не стали, и пустили в атаку «тварей». Эти личности просто голой физической мощью проложили путь, разрывая и баррикады, и тех, кто за ними прятался. Впрочем, сами прорывающие обнаружились дальше, смятые явно колдовскими ударами. Очень характерные травмы на бронированных целях оставляют «деформации». Прочные металлические конструкции буквально сминаются.