Ловит византийский запах чайка.Не зови меня за горизонт!Летом не хочу менять причала.В длинном крике явно слышен стон.Думаю, что все поймут меня —может быть зимой, в начале дня…Дымка и нырки. Волна качает.Ловит византийский запах чайка…Это невозможно в светлом мае,(ранние рассветы, бриз и зыбь),в мае быт рыбацкий не меняют —(аромат бензина, трап скользит).Птица начинает всё сначала,за собою звать не устаёт.Ловит
византийский запах чайка,покоряя снова небосвод.
Каменный идол
Где время не имеет берегов,блуждают в думах каменные старцы…Шаманский знак отбит на лбу его,он выжил, смог самим собой остаться.Вершился культ: и хоровод, и танцы,с грехами можно было вновь расстаться.Звучало эхо заговорных слов,где время не имеет берегов…Грозится идолом ночная степь,где лёгкий дым – гонец слепой тревоги,где ветры гложут россыпи костей,и вдаль летят, где каменные Богииных равнин, зубами стиснув зов,в столетних позах йоги дышат праной,где время не имеет берегов,и травы гнутся почерком Корана.
«На дуэлях – белый с красным…»
На дуэлях – белый с красным,с красным – жёлтый, жёлтый – с чёрным,с парусиной – лоск атласный,с Северяниным – Кручёных…с флейтой Ада – лира Рая,с соловьём – субтон курая,с безрассудностью – опасность,с белоснежным – ярко красный…С откровением – молчанье,и со штормом – цепь причала…С гулом рынды – стоны чана,с тишиной – ветра печали…По своей идти дороге,противоположно, часом,безусловности и догме,принимая все контрасты!
Шкипер
Купаются чайки во взгляде бездонном,в шершавых ладонях мозолей руда.Уходят всё дальше от нас горизонты,и, слушает бездну в тиши Кара-Даг.Тоскует душа по просторам морским,и по закоулкам ночей хуторских.Кочуют по морю туманов бизоныи плещутся чайки во взгляде бездонном…То тихим присвистом на мысль отвечает,то с кем-то бессловно ведёт диалог.Блуждающий странник рыбацких причаловзаплыл в эпилог бесконечных дорог.У мазанки – столик уютный со стоном,над ним – как бычок из латуни луна.Купаются чайки во взгляде бездонном.И – ночь. И – цикада. И – бездна без дна…
«Ледовой фигуры душа нараспашку…»
Ледовой фигуры душа нараспашку.Тепла бы чуть-чуть, но убежища нет.Все стали на год ускользающий старше,скатился январь по зеркальной тропе.Там снежная Баба под маскою псау крепости снежной стоит на часах,а здесь – надевают на тело тельняшку,ледовой фигуры душа нараспашку…Сквозящие тембры всегда динамичны.Тепла бы немного, но нет и костра.Но, как и всегда, божества ироничны,февральского Пугала совесть чиста.Сосульки под крышей щетинятся страшно.Прочитан в окне приглашения знак.Ледовой фигуры душа нараспашку.И хочется чудо на ужин позвать…
«Сирень ли только в этом виновата…»
Валентине П.
Сирень
ли только в этом виновата —исчезли в бездну сумрачные дни,гуашь, мазки, и майские раскаты,бессвязный лепет, шорохи страниц…?Качнулся ворох высушенных роз,влетел в окно без спросу чёрный дрозд,жирней и ярче – на палитре пятна,сирень ли только в этом виновата?Пока не надо друга, пары, тени.На холст набросок вполз из полусна.Бокал вина. Луна. Прозрачный тенор.Взлетел вскипевший стебель со стола.Болит в душе какая-то утрата.Теперь рукой подать до первых гроз…Сирень ли только в этом виноватаиль в память залетевший чёрный дрозд?!
«Случайность каждая – знаменье…»
Случайность каждая – знаменье.Острее, ярче каждый штрих,чувствительней подтекст измены,проникновенней каждый стих.Скрывает много каждый знак.Не знает партитура дна.Палитра – крен самосожженья.Пятно – акцент, – предвосхищенье.Чернила с клюва… Сантименты…Просторней: небо забытья,коллаж размётанных фрагментови… гениальности изъян!Над этим всем – грозы затменьеи, как молитва, капель стук,и каждая деталь – знаменье,и значимее каждый звук.
«Изъяны и изнанки…»
Изъяны и изнанкикартонных масок спят.Ползут по окнам знакив цветные сны ребят.Лиловый огонёкокрасил уголок,на этом фоне явнозвучат едва изъяны…Пусть всё вот так и будету нас под Новый год —подарков детских груды,искристый небосвод,улыбка обезьянки,нечаянный звонок,изъяны и изнанкикак… времени итог.
Фантазия-экспромт
Звучит вступления аккорд:смола душистой хвои свежей,и запахи прибрежных гор,лаванды утренней и нежной.Йод, канифоль, имбирь со спиртом,цветные жидкости в пробирках.Значений, знаков, чисел брод.Звучит вступления аккорд…Сиреневый струится свет,огонь под колбой, дым и всплески…Чу! – восковых фигур квартет,горбатый карлик – у челесты.И пахнет мистикой фиорд,и непонятно время года.Вот и вступления аккорд —разбита чаша небосвода!
Капельмейстер
Белые перчатки, взмаха выпад,фрака мышь летучая летит,заросли гобоев, хохот выпи,струнные скелеты в забытьи…Каждой ночью – чёрная работа:под сарказмы хриплые фаготов,реплики казарменных острот…Белые перчатки… Хаос строк…Сцены у фонтанов, шорох ложи,флейт аттракционы, тушь, перо,и дирекционы в мягких кожахи раненья лёгкого тавро,хляби интендантского обоза,станции, станицы, дождь и град…Белоснежная перчатка с розой —лучшая награда из наград.